Дмитрий Журавлев: Выборы глав регионов превратились в референдум доверия Путину

Москва, 19.09.2017, 11:26

В силу очень высокого авторитета президента губернаторы-новички, как воплощение этого авторитета, были обречены на победу, отмечает эксперт

Единый день голосования прошёл. Уже появились не только первые комментарии, но и аналитические доклады, посвященные выборам. Вот и мы тоже решили высказать свое мнение по этому поводу. Причем будем говорить не о конкретных фактах и не о политтехнологических приемах, примененных на этих выборах, о них уже прекрасно сказано в опубликованных докладах. Мы попытаемся поговорить о политических и элитных результатах этих выборов.

В Единый день голосования прошли выборы разных уровней: губернаторские, региональных парламентов и муниципальные.

Сосредоточимся на двух типах выборов, которые, на наш взгляд, будут иметь наибольшие политические последствия. Это выборы губернаторов и муниципальных депутатов в Москве. Очевидно, их политические результаты и последствия будут наибольшими.

Губернаторские выборы

Губернаторские выборы прошли в 16 регионах страны. Победителей можно разделить на два класса – это старые тяжеловесы, губернаторы, находящиеся у власти уже несколько сроков и сумевшие создать элитный консенсус. Самыми яркими примерами могут служить Владимир Волков в Мордовии и Евгений Савченко в Белгороде. Ко второй группе относятся молодые (новые) выдвиженцы – вновь назначенные исполняющие обязанности губернатора.

Владимир Волков. Иллюстрация: stolica-s.su

 

Если сравнивать результаты не отдельных губернаторов победителей, а именно групп, то можно увидеть много интересного.

Во-первых, стиль кампаний. У новых в кампаниях практические нотки и безосновательные обещания, упор делался на конкретные дела, даже если их ещё не очень много. Популизм и патернализм остались для них в прошлом.

Во-вторых, у новичков в среднем более высокие показатели, чем у тяжеловесов. И это, наверное, самое важное.

Максим Решетников. Иллюстрация: business-class.su

 

Это может показаться парадоксальным. При более мягком стиле ведения кампании новички в командном зачете победили старожилов. Если вдуматься, то никакого парадокса здесь нет. Есть принципиальные отличия этих выборов от всех предыдущих.

Поясним нашу мысль.

Конечно отчасти различие стилей определяется культурными и пораженческими различиями. Старые губернаторы, выросшие из политики, используют традиционные подходы, где патернализм является основой, а популизм одним из средств. Хотя нужно иметь в виду, что если патернализма в кампаниях тяжеловесов было достаточно, то популизма и у них было немного. На популизме можно выигрывать один раз, но нельзя побеждать постоянно. А тяжеловес тем и отличается, что он побеждал многократно.

Евгений Савченко. Иллюстрация: belive.ru

 

Новички прошли школу силовых и государственных служб, бизнеса, общественной деятельности. На них не давит традиция, зато их личный опыт говорит, что излишние и трудновыполнимые обещания лягут дополнительным грузом на их же плечи. Новый стиль – это наиболее стиль удобный для новых людей. Но вряд ли все можно свести только к этому.

Стиль успешной предвыборной кампании определяется не только желаниями кандидата, но и позицией электората. Действительно, у современного электората, по крайне мере у его части, впервые после начала 90-х годов появился запрос на отказ от патернализма и уж тем более популизма. Причина этого очевидна – смена поколений не только в политике, но и в обществе. Патернализм востребован неуверенными в своем будущем бедняками. Владейте нами, но гарантируйте нам покой и стабильность. Сегодня выросло поколение, которое ждет не помощи от государства, а скорее того, чтобы государство им не мешало. С другой стороны, представители нового поколения более рациональны. Их уже нельзя купить невыполнимыми обещаниями, которые их скорее раздражают. Таким образом само развитие российского общества создало запрос на изменение стиля российской политики. И новички, как наиболее соответствующие новому стилю, получили поддержку нового поколения.

При всей важности вышесказанного это не может быть главной причиной победы новых людей. Новое поколение играет большую роль в жизни общества, но явно не является его большинством. Поэтому для победы одной его поддержки явно недостаточно. Но победа новых глав регионов полная и абсолютная. Почему?

Владимир Путин и Дмитрий Миронов. Иллюстрация: kremlin.ru

 

Вот здесь и проявляется главный фактор этих выборов – фактор президента. Все новые люди назначены Владимиром Путиным. Поэтому голосование за них, хочет того Кремль или нет, было референдумом по доверию президенту. Выступающие против новичков могли рассматриваться, как выступающие против президента. Поскольку Путин с его авторитетом не мог проиграть этот референдум, то не могли проиграть и новички. В этом главный, но не единственный секрет их успеха.

Однако фактор Путина повлиял не только на результаты выборов, но и еще на два института.

Партии и губернаторские выборы

Фактор Путина изменил роль партий в этих выборах. Собственно, она никогда не была большой. Но именно на губернаторских выборах партийные аппараты работали как выборные институты. На этих же выборах авторитет Путина существенно ослабил роль партий. Если по отношению к "Единой России" это не очень заметно. Там всегда была ставка на путинский авторитет. В действиях оппозиционных партий, а особенно КПРФ, это видно. Коммунисты на этих выборах выступили скромно. Заговорили о закате КПРФ. Если подумать: "А какую ещё роль, кроме пассивной, могла принять КПРФ на выборах, которые по факту стали референдумом по доверию Путину?" КПРФ готова бороться с ЕР за губернаторские кресла, но не выступать против Путина на референдуме по доверию. Это не только опасно, но и не нужно коммунистам.

Владимир Путин и Геннадий Зюганов. Иллюстрация: kremlin.ru

 

Партия критикует экономическую политику, но стратегию Путина она никогда под сомнение не ставила. Следует говорить не о закате, а об отступлении коммунистов. То же можно сказать и о других партиях парламентской оппозиции. Поэтому ослабление роли партий в данной избирательной кампании – вещь естественная. В следующий раз, когда фактор Путина не будет столь силен, роль партий снова будет расти.

Региональные элиты и губернаторские выборы

В похожей, но гораздо более сложной ситуации оказались региональные элиты. Если для политических партий противопоставление себя президенту опасно и бессмысленно, то для региональных элит это бессмысленно и смерти подобно. Поскольку именно сегодняшняя система гарантирует им место в элите. В случае атаки со стороны федеральной власти они легко могут потерять свое место в элите, а может быть и что-то большее. Поэтому региональные элиты приняли новичков как нечто неизбежное, как смену времен года.

На наш взгляд, именно поэтому в регионах практически не было кампаний под лозунгом: "Чужака вон!" Хотя население обычно чувствительно к подобным лозунгам. И произошло то, чего не могло не произойти. При поддержке или, в крайнем случае, нейтралитете местных элит с большим отрывом победили новички. Они получили карт-бланш на свою деятельность. Но именно в этом успехе и есть главная опасность.

Внутриэлитные противоречия никуда не делись. Они не исчезли, они отложены. Старые элиты согласились с первенством новичков, но будут терпеть его лишь до тех пор, пока "новая метла" не ущемляет их интересы. Однако не ущемлять новый начальник сможет лишь в одном случае, если не будет ничего делать. Во-первых, любые действия будут ущемлять чьи-то интересы. Во-вторых, политика и государственное управление – игра командная и вслед за новым руководителем придет его команда. Региональные элиты малочисленны, и чтобы найти место новым, придется убирать старых. В-третьих, даже если случится такое удивительное событие, и новый лидер не ущемит интересов местной элиты, то сама элита сделает все, чтобы ущемить его интересы.

Превращение неизбежного, но чужого лидера в "английскую королеву", которая царствует, но не правит, – это идеальное решение для местных элит. Молодые и амбициозные руководители вряд ли с этим согласятся. В результате обязательно будет внутриэлитная борьба. Только начнется она чуть позже и будет идти в скрытых (ограниченных) формах, а значит будет более долгой и ожесточенной. Перетряхиванием регионального правительства не обойдешься. То, что обычно выстраивается в ходе подготовки и проведения выборов, придется получать в ходе борьбы. Самое опасное здесь это скрытая форма, внешне все будут лояльны, а это создает иллюзию всемогущества и неуязвимости руководителя. А это в политике главное условие поражения.

Выводы

Что же в сухом остатке?

Главная особенность выборов 10 сентября состоит в том, что в силу избрания назначенных Путиным врио губернаторов, выборы превратились в референдум по доверию Путину. В конечном счете – в первое действие президентских выборов. В силу того, что авторитет президента очень высок и референдум не мог быть не выигран, то и губернаторы-новички, как воплощение этого авторитета, были обречены на победу. Это в свою очередь имело три следствия.

Роль политических партий была меньше, чем обычно. Это связано с тем, что была не борьба партий за губернаторское кресло, а референдум по отношению к Путину, отношение к которому у большинства партий единое. На наш взгляд, с этим связана слабая активность КПРФ.

Новые губернаторы воспринимались как неизбежность. Поэтому не было противодействия им со стороны старой элиты. Поскольку перераспределение власти при новом лидере неизбежно, то борьба за власть (вокруг лидера) тоже неизбежна. Но она будет проходить в скрытой, подковерной форме. А значит идти она будет дольше и ожесточенней. И главная опасность для новых губернаторов – пропустить момент начала этой борьбы и не стать её жертвой. И это опасно не только для самих губернаторов, но и для будущих президентских выборов. Именно поэтому эта опасность будет учтена.

Вместе с новыми людьми в выборы пришел новый стиль. Вместо популизма и патернализма пришли здравый смысл и рациональность. Этот стиль близок как молодым губернаторам, так и активной части молодого поколения в регионах. Но поскольку большинство пока ещё жаждет патернализма этот стиль не мог бы победить сам. Так как новые губернаторы неизбежны, то и стиль их неизбежен. Если это не случайность и тенденция на усиления такого стиля продолжится, то это будет самым значимым вкладом этих выборов в развитие российской политической системы.

Выборы в Москве

Выборы муниципальных депутатов в Москве имели большой резонанс. Оппозиция заявила о своей победе. И тот факт, что московские выборы удостоились даже похвалы от оппозиционных политиков, за беспрецедентную с их точки зрения, честность и открытость, доказывает, что оппозиция выборами в Москве довольна.

Дмитрий Гудков. Иллюстрация: dp.ru

 

Конечно, в каком-то смысле это победа. Непарламентская оппозиция получила 10% голосов и контроль над рядом муниципалитетов. И похоже она получила больше, чем сама ожидала. Политическое значение этой победы ещё выше. Впервые за долгое время оппозиция продемонстрировала, что она может побеждать, тем более в столице. Это само по себе поможет консолидировать оппозиционный электорат в регионах и усилит роль оппозиционных политиков.

Однако не стоит переоценивать этот эффект. Поскольку если говорить не эмоционально, а рационально то никакой победы оппозиции нет. 10% – это не победа, а контроль над частью муниципалитетов, пусть даже значимых. Это поражение пусть и с менее разгромным, чем обычно, счетом. Главное, что не выполнена основная задача этих выборов для оппозиции: ключи от мэрии остались в руках Собянина. Получить столько муниципальных мандатов, чтобы гарантировать себе прохождение муниципального фильтра на выборах мэра Москвы оппозиция не смогла. Поэтому, когда эмоции улягутся, политический эффект от московских выборов существенно ослабнет.

Нам важно другое – причины этой победы. Мы считаем, что они эти в процессе более масштабном и значимом, чем выборы даже московские. О технологических ошибках московских властей много сказано и ещё много будет сказано. В конечном счете ошибками противника ещё нужно суметь воспользоваться. Важны именно успешные решения оппозиционеров. Они апеллировали к активной части населения к тем, кого не удовлетворяет патерналистский стиль власти, и сумели сделать этих людей своей опорой. То есть они как раз и ответили на запрос на смену политического стиля. Они не просто работали в соцсетях, они создавали там группы, которые не были привязаны исключительно к выборам. Таким образом они получали влияние не на людей с оппозиционными взглядами, а на людей, ищущих решения конкретных проблем, именно ищущих решения, а не ожидающих этого решения от власти.

Сергей Собянин и Анастасия Ракова. Иллюстрация: daily.afisha.ru

 

Это и есть люди нового стиля, о котором мы говорили в разделе о губернаторских выборах. И победа оппозиции зиждется на том, что в Москве она привлекла этих людей на свою сторону, так как власть не заметила запрос на новый политический стиль. Да этих людей не так уж много даже в Москве, а в провинции их ещё меньше. Но в силу своей активности они играют в жизни и политике большую роль, чем можно ожидать, исходя из их численности. Что и продемонстрировали московские выборы.

Муниципальный фильтр

Единый день голосования снова сделал актуальным вопрос о муниципальном фильтре. Были случаи на губернаторских выборах, когда кандидаты, имеющие шансы победить, не прошли через этот фильтр. В связи с этим рядом политологов было высказано предложение отказаться от муниципального фильтра, как от инструмента, ограничивающего свободу и демократию. Другие предлагают фильтр оставить, но смягчить. Снизить число необходимых подписей, ограничить максимальное число подписей для одного кандидата и т.д. Третьи требуют оставить фильтр в неприкосновенности.

Наша точка зрения по этому вопросу такова: фильтр необходимо оставить, наверное, его нужно модернизировать и смягчать, но в смягчении нужно быть осторожным.

Главная польза фильтра в том, что он заставляет политические партии работать на местном уровне. Давайте честно скажем, что, если бы не фильтр даже на московских муниципальных выборах не было бы такого уровня конкуренции, а муниципальные выборы в глубинке просто прошли бы незамеченными для серьезных политических партий. А между тем политическая система является системой только тогда, когда идет активная работа на всех уровнях.

Но бедность и слабость российских муниципалитетов делает борьбу за них неинтересной для серьезных политических сил. А это в свою очередь лишает политическую систему основания. Именно на местном уровне политика встречается с реальными людьми. И необходимость находиться на низовом уровне делает политику более реалистичной. Принципиально эту проблему можно разрешить, усилив муниципалитеты – перераспределив в их пользу налоги и полномочия. Но пока это не сделано, а это не будет сделано ещё очень долго, муниципальный фильтр должен оставаться.

Долгосрочные результаты: Смена элит, как окончательная цель

Ну вот вроде все описали. Но остался один вопрос. На наш взгляд, самый главный. И этот вопрос: "Зачем?"

Зачем Путин провел кадровые перестановки в регионах до президентских выборов? И тем самым превратил губернаторские выборы в референдум по доверию себе. Конечно, при путинском уровне поддержки большой проблемы это не составило, но непонятно какую пользу принесло. А ведь какую-то принесло, раз это было сделано.

Многие говорят о том, что заменены непопулярные губернаторы, которые если бы остались бы на своих постах, снизили бы рейтинг власти и самого Путина. В некоторых случаях это действительно так. Но, во-первых, не во всех. После ряда отставок президент говорил, что не имеет претензий к уходящим главам, а просто необходима смена поколений. Во-вторых, для победы на выборах такая замена губернаторов не имела смысла. Путин все равно победит.

Тогда остается лишь то объяснение, которое дал сам Путин: "Необходима смена поколений". Зачем она нужна и почему не могла потерпеть до 2018 года?

Смена поколений, а не просто замена отдельных людей, необходима тогда, когда нужно координатное изменение той сферы, в которой эти люди действуют. В нашем случае это политическая сфера и сфера государственного управления, которые в России почти совпадают. И причины необходимости таких изменений в изменении самого общества. С одной, стороны рядом с бедным большинством, в силу своей бедности жаждущим патернализма государства, вырос новый слой, который надеется в первую очередь на себя, а поэтому требует от государства создания условий, а не контроля над собственной деятельностью.

Этот слой состоит из двух групп из экономически активного и уже чего-то добившегося среднего класса, который поэтому уверен в своих силах и из молодежи, которая всегда считает, что, если ей не будут мешать, она многого добьется. Оби эти группы важны для общества. Средний класс придает динамику экономике. Молодежь – это будущее. Поэтому значение этого слоя гораздо больше, чем его количественный вес. А этот "новый" слой хочет новой политики, нового политического стиля. Более конкретного и тонкого, когда широковещательные популистские заявления и акции заменяются четкими планами и конкретными делами, а монолог диалогом.

С другой стороны, политика за четверть века перестала быть для нас экзотикой, периодической революцией или спортивным состязанием. Поэтому и большинство, полностью поддерживающее власть, хочет изменения политического стиля, пусть и не столь радикального как меньшинство. Хочется четкости и конкретики, особенно от региональных и местных властей. Общество взрослеет, должен меняться и стиль общения с ним.

Однако столь координатная смена стиля возможна лишь со сменой носителя этого стиля. Со смены хотя бы части политического сегмента элиты.

Президент уловил этот запрос общества и начал замену губернаторов на людей нового стиля. Причем сделать это можно только сверху, так как региональные элиты достаточно консолидированы, чтобы долго игнорировать запросы снизу.

А к чему могут привести игнорирование таких запросов общества показали московские выборы.

Остается последний вопрос: "Зачем делать это до марта 2018? "

Думаю, причин две.

Первая причина – стратегическая. Это длительность и масштабность процесса. Эффективная смена элит – не ломка, а выращивание. А оно – процесс длительный, требующий постоянного внимания. Чтобы новый стиль стал стилем элиты недостаточно просто сменить губернатора, необходимо всех остальных приучить к этому стилю, а это в условиях подковерной борьбы процесс длительный и сложный. Поэтому начать нужно как можно раньше, чтобы хватило времени закончить начатое.

Вторая причина – тактическая. Президент в России не лидер политической партии с определенной идеологией, а лидер страны, лидер всех россиян вне зависимости от идеологий. Поэтому ему нужна не только поддержка большинства, но и меньшинства, которой в сегодняшних условиях добиться будет очень трудно, если вообще возможно. Поэтому смена элит и стиля – это и стратегическое направление, но и предвыборный ход, создающее дополнительные трудности, но позволяющее надеяться на больший выигрыш.

Что же у нас получается в целом?

Российское общество развивается и усложняется. Тем самым оно требует изменения элит и политического стиля. Президент понял это и начал изменения элит с губернаторского корпуса. Выборы 10 сентября закрепили этот процесс. В этом их главное значения. Они стали предварительным этапом президентских выборов, который президент и выиграл. Выборы продемонстрировали, что там, где стиль меняется успех достигается, а там, где как в Москве запрос на изменения не услышан, результаты скромнее и это главный урок выборов.

P.S. Не хотелось быть не понятым, так что нас ждет безоблачное завтра. Процесс модернизации элит, если это именно процесс модернизации, а не просто замена лиц, сложен и противоречив. Успех здесь никому и никем не гарантирован. Предстоит большая работа с не до конца понятным результатом. Но шанс на успех все же есть. И при таких масштабах задачи это очень хорошо.

 

Дмитрий Журавлев – директор Института региональных проблем, специально для Экспертной трибуны "Реалист"