Дмитрий Журавлев: Историческое значение Октябрьской революции состоит в эксперименте по построению социалистического общества

Москва, 27.10.2017, 15:12

К сожалению, сам СССР, стремясь уйти от собственного прошлого, рухнул и развалился

Приближается 100-летний юбилей Великой Октябрьской социалистической революции. Все согласны с тем, что это событие – историческое. С каким знаком воспринимать данное историческое событие? Этот вопрос до сих пор вызывает яростные споры. Для одних Октябрь – начало эры освобождения человечества и выхода человека в космос, для других – катастрофа, отбросившая нашу страну, как минимум, на полвека назад.

Ярость этого спора не позволяет свести всё к вкусовым различиям – одним советский социализм нравится, другим нет. Одни выводят из советского прошлого, другие стараются это прошлое преодолеть. Нет. Есть что-то большее, что-то несущее и величие, и трагедию. Попробуем высказать свою точку зрение на загадку Октября.

На наш взгляд, эта тема имеет три аспекта: 1. Как могла произойти Октябрьская революция? 2. Был ли советский социализм новым этапом в развитии человечества? 3. Как Октябрь повлиял на жизнь мира? Попробуем ответить на поставленные вопросы.

 

Победа в Октябре – то, что, казалось бы, не могло случится, но случилось

 

Когда произошла Февральская революция, никому не приходила в голову мысль о том, что большевики могут взять власть. Более того, когда в апреле 1917 года Владимир Ленин поставил задачу взятия власти, его не поддержали даже ближайшие соратники. Недаром Ленину пришлось дважды в течении одного дня выступать с апрельскими тезисами перед одним и тем же составом. Такие сомнения были вполне обоснованы. Партия была небольшой и основные её вожди долгие годы находились в иммиграции. В результате влияние партии было невелико.

Несмотря на это, большевики пусть и существенно позже, и не с первой попытки все-таки взяли власть. Кажущаяся нелогичность этого породила даже версию, что приход большевиков к власти был результатом заговора части военной верхушки и лидеров февралистов, за которыми стаяли англичане. Даже если такой заговор был, а это возможно, поскольку для британцев приход большевиков к власти в тот момент был выгоден, так как большевики обязательно заключили бы сепаратный мир (как и случилось) и тем самым освободили бы Антанту от всех обязательств перед Россией. Германия же в любом случае проиграла войну.

Однако для успеха заговора необходимы были более глубокие причины. И они были. Главная из них - это полная неспособность Временного правительства к какой-либо управленческой деятельности. Последовательно был утерян контроль над армией, регионами, транспортом, была ликвидирована старая полиция, а новая так и не была толком создана. В конце концов Временное правительство потеряло все рычаги влияния на ситуацию в стране, то есть потеряло власть. И произошло это без помощи большевиков. Большевикам лишь хватило храбрости разогнать правительство, которое и так ничем не правило, и в отсутствии власти объявить властью себя.

Октябрь был историческим и логическим венцом (завершением) Февраля. Многомесячный развал и шатания, которые вожди Февральской революции постоянно путали со свободой, привел к полной потере управляемости страной и исчезновению власти. В результате этого небольшая и обладающая весьма ограниченными ресурсами партия большевиков смогла легко взять власть. Страна оказалась в руках социалистов-радикалов, то есть людей, готовых любой ценой провести в стране социалистические преобразования. С их точки зрения захват власти был не революцией, а лишь её началом. А революция – это построение социализма.

Владимир Ленин

 

Социалистический эксперимент – путь к новому миру или азиатской диктатуре?

 

Именно в этом процессе социальных преобразований состоит основная суть Октября. Если считать, что преобразования были успешными, то и Октябрь – великий шаг на пути прогресса человечества. Останется лишь спорить о том, нельзя ли было достигнуть тех же результатов с меньшими потерями. Но по сути это ничего не меняет. Шаг был. Если же считать, что эксперимент не удался, то значит советский период был ошибкой, потерей огромных ресурсов и блужданием по историческим болотам, вместо движения вслед за лидером по торной дороги истории.

Для ответа на вопрос, удался ли эксперимент, нужно ответить на следующий: «В чем он состоял?».

Классики марксизма считали, что построение социализма (коммунизма) в основе своей имеет отказ от частной собственности на средства производства – обобществление такой собственности. Такое обобществление в свою очередь позволяет снять противоречия между производительными силами и производственными отношениями. Что в свою очередь позволит перейти от управления экономикой к контролю над ней.

Проще говоря, в обществе, где все будет общим, людьми не нужно будет управлять, люди по своей доброй воле будут качественно и эффективно работать. А поэтому функции управления, принуждения и пресечения отомрут за ненадобностью, а вместе с ними отомрет и государство. Это позволит обществу сэкономить огромные ресурсы, которые пойдут на развитие общества и станут базой для качественного скачка.

Большевики, будучи радикалами, стремились как можно быстрее начать процесс преобразования государства. Но возник вопрос о форме обобществления. Собственность должна быть не частной, а какой? Причем речь шла не просто о формальной принадлежности, она скорее всего в любом случае должна была быть государственной, а кто фактически будет распоряжаться этой собственностью?

Сначала решили, что собственность должна быть общественной – распоряжаться ей должны трудовые коллективы, в первую очередь, через профсоюзные комитеты. И Высший совет народного хозяйства (ВСНХ) – орган управления экономикой, первоначально задумывался как высший совет профсоюзных организаций. Однако подобная форма не дала ожидаемого эффекта – коллективный эгоизм оказался не менее сильным, чем индивидуальный, и для его преодоления необходимо было снова управлять экономикой. Выполнять эту функцию могло только государство.

В результате практически вся собственность стала государственной. При этом государство распоряжалось всем не только в экономике, но и в обществе. Обобществление осуществилось в форме огосударствления. Наличие внешних и внутренних врагов ещё более усиливало роль государства. К моменту, когда советская система окончательно сложилась, государство стало единым и единственным институтом советского общества. Все "общественные институты" были фактическими подразделениями государства. Вместо общества свободных индивидов получилось общество абсолютного государства. Правда, коммунисты (большевики) понимали, что общество, которое они построили, не является полным коммунизмом. Они считали, что построили общество, которое является ступенью и одновременно инструментом для построения коммунизма. При этом попытки перехода к коммунизму не удались.

На наш взгляд, это не случайно. Коммунистическое учение, как и либеральное, исходит из того, что человек всеблаг и лишь давление общества извращает его природу, делая его жестоким и жадным эгоистом. Если освободить человека от давления общества, он превратится в ангела. Коммунисты от либералов отличаются лишь одним: либералы предлагают освободить человека от государства, а коммунисты от эксплуататорских классов.

Коммунистам удалось ликвидировать эксплуататорские классы, но человек ангелом не стал, так как эгоизм и индивидуализм – это не извращение, а сущность человеческой природы. Поэтому общество свободных индивидов, не подвергающихся внешнему воздействию, невозможно. Человеческий эгоизм разорвет такое общество. В этой связи коммунистический эксперимент был обречен на провал. Что и показал советский опыт. Когда Горбачев дал ограниченную свободу эгоизма (предпринимательства), система пошла вразнос.

Но можно ли из этого сделать вывод, что советский эксперимент был абсолютно провальным? На наш взгляд, нет. Как часто бывает в экспериментальной науке, получив отрицательный ответ на поставленный вопрос, экспериментатор получает другой неожиданный, но важный результат.

В СССР не удалось построить коммунизм, но удалось построить общество без частной собственности. Эксперимент показал, что это общество обладает целым рядом специфических преимуществ и недостатков. Важнейшим из преимуществ стала способность максимальной концентрации ресурсов на решении ключевых задач, что позволяло такому обществу быстрее и эффективнее решать стратегические задачи: СССР выиграл Вторую мировую войну и первым оказался в космосе (О недостатках говорить не будем, о них много сказано). Далее необходимо было усиливать достоинства и минимизировать недостатки. К сожалению, в 1980 – 1990-е годы Россия пошла прямо противоположным путем. Зато нашим опытом прекрасно воспользовались в социалистических странах Азии: в Китае и Вьетнаме. Какой же вывод можно сделать из вышесказанного?

Да, в России был осуществлен грандиозный эксперимент по построению социалистического общества. И именно в том, что Октябрь позволил осуществить этот эксперимент - главное историческое значение Октября. Эксперимент дал отрицательный ответ на поставленный вопрос о возможности построения социализма теми средствами и в тех условиях, в которых эксперимент проводился. Но побочным следствием эксперимента стало построение специфического советского общества. Что само по себе было важным событием в истории человечества. Опираясь на опыт, развиваются Китай, Вьетнам и другие страны, включая развитые, которые многое взяли из советского опыта. К сожалению, сам СССР, стремясь уйти от собственного прошлого, рухнул и развалился.

Столь сложные результаты порождает сложное, порою противоположное восприятие этих результатов. Одни считают эксперимент провалившимся – коммунизм не построили, другие – успешным, общество без частной собственности построить удалось и это общество достигло многих успехов. Третьи считают неудавшимся именно эксперимент, в результате которого СССР рухнул. Четвертые считают, что эксперимент удался, так как он дал бесценный опыт, а СССР распался по субъективным причинам. Пятые считают, что любой эксперимент над обществом опасен и не эффективен, а инновации в обществе нельзя построить, можно только вырастить. Шестые считают, что даже понимание низкой эффективности экспериментов над обществом является бесценным результатом советского эксперимента.

Но все эти различные точки зрения отражают различные стороны полученного результата.

Так что Октябрь - это важное и настолько сложное историческое событие, что однозначный плюс или минус ему поставить невозможно.

Иосиф Сталин

 

Международное значение Октября: идеологическое клише или реальный факт?

 

Косвенным доказательством значения Октября может служить то влияние, которое революция имела на внешний мир. Влияние это было огромно и началось с самого начала советской эры. Дело в том, что Первая мировая война привела к краху идеологической конструкции тогдашнего мира. До войны идеология в своей основе имела технический прогресс: нужно развивать технику и технологию и это решит все проблемы общества.

Война показала, что технический прогресс не решает проблемы общества (он не смог предотвратить войну), зато позволяет нанести ему огромный урон. Идеология рухнула в одночасье. Октябрь силен самим фактом того, что он позволил западному миру создать целый ряд идеологических конструкций, которые базировались на большевистских идеях. Других столь мощных и практически реализуемых идей просто не было.

Их можно разделить на четыре группы:

  1.  Коммунистическая (левая) идеология, которая была прямой трансляцией идей СССР в западный мир. Эта была идеология не только низших классов, но и интеллигенции (Бернард Шоу, Луи Арагон), и даже элитной молодежи. Влияние её то возрастало, то падало, но было существенным весь XX век. С крахом советского эксперимента она маргинализировалась. Очень вероятно, что это ещё не конец.

  2. Идеология социального партнерства, которая взяла из советского опыта социальную составляющую, но отрицала революцию. Эта идеология активно развивалась после Второй мировой войны и в конце XX века заняла лидирующие позиции.

  3. Идеология консерватизма, которая, казалось бы, ничего не взяла из советского опыта. Но возродилась она на противостоянии советский идеологии. Похоже, что именно представители этой идеологической позиции перехватывают первенство у социальных либералов.

  4. Наконец, ультраправые, в первую очередь немецкие нацисты, которые взяли у большевиков революционную форму, но наполнили её националистическим содержанием. Нацисты взяли у большевиков идею ниспровержения традиционного общества и замены его новым, сконструированным в соответствии со своими идеологическими предпочтениями. Эта идеология, к счастью, не в почете. Но, к сожалению, надеется на её кончину рановато. И если все будет идти как идет, то шанс вернутся у этой идеологии останется.

     

Таким образом можно утверждать, что все основные идеологические конструкции современного мира так или иначе связаны с советской идеологической конструкцией. И поэтому можно утверждать, что влияние Октябрьской революции - не просто штамп из доклада на советском пленуме. Оно было огромным и остается таковым до сих пор после краха СССР (завершения эксперимента).

Осталось только решить, радоваться нам этому или огорчатся.

 

Дмитрий Журавлев – директор Института региональных проблем, специально для Экспертной трибуны "Реалист"