Михаил Александров: США пытаются заблокировать границу между Сирией и Ираком

Москва, 08.06.2017, 12:25

Интервью

 

6 июня ВВС США вновь нанесли авиаудар по позициям правительственной армии САР, вошедшей в "зону деэскалации" неподалеку от населенного пункта ат-Танф. "Несмотря на прошлые предупреждения, силы сторонников режима вошли в согласованную зону деэскалации с танком, артиллерией, средствами противовоздушной обороны", – говорится в пресс-релизе группировки американских войск в Сирии. По оценке египетского генерала Гамаля Мазлюма, Пентагон стремится ослабить военный потенциал Дамаска, целенаправленно нанося удары с воздуха по сирийской армии.

Джеймс Мэттис. Иллюстрация: dailysignal.com

 

За разъяснениями Экспертная трибуна "Реалист" обратилась к ведущему эксперту Центра военно-политических исследований МГИМО (У) МИД России Михаилу Александрову.

 

"Реалист": Чего ждать от США в Сирии? Какова их цель?

 

Михаил Александров: Я думаю, провокации все-таки будут продолжаться, потому что американцы там преследуют и израильские цели – не допустить возникновения шиитской оси: Иран-Ирак-Сирия-Ливан (Хезболла). Для этого им надо заблокировать границу между Сирией и Ираком. Поэтому провокации неизбежны. Что касается турецкой зоны, то с Турцией вроде пришли к каким-то соглашениям. Вопрос в том, насколько они долговечны. Сейчас Эрдоган заинтересован в поддержке России и он там будет сдерживать оппозицию. А если у него изменятся настроения, то он может, наоборот, дать отмашку на интенсификацию боевых действий.

 

"Реалист": В англоязычных СМИ говорят о неких тайных встречах представителей России и США в Иордании. Есть ли в них смысл?

 

Михаил Александров: Я думаю, России нет смысла вести какие то дополнительные переговоры с США в Иордании. Это больше похоже на дезинформацию со стороны Израиля. У Москвы и так достаточно каналов для обсуждения вопросов с США. У нас есть и дипломатические каналы, есть каналы по военной линии. Непонятно, зачем какие-то ещё дополнительные сходки в Иордании проводить.

Прийти к соглашению с США не получится. Наши цели в корне противоположны. Мы не заинтересованы в блокировании коммуникации с Сирией через Иран и нам совершенно не нужно, чтобы граница между Сирией и Ираком оказалась в руках проамериканской оппозиции. Потому что это альтернативный маршрут поставок нам вооружения и продовольствия. Если Турция заблокирует проливы или возникнет война с США, нам придётся действовать в изоляции. Это очень важный момент. И не случайно американцы хотят сделать так, чтобы не было никаких альтернативных маршрутов снабжения.

Я уже давно выступаю за то, чтобы мы более жестко действовали, потому что они нанести удар по нашим союзникам. У нас пока есть иллюзии в отношении договоренностей с США. Для таких договоренностей я пока не вижу возможности. Они возможны только путём сдачи наших позиций, как во времена Горбачёва. Я не думаю, что Путин на это пойдёт. 

Выступление нашего заместителя министра иностранных дел Рябкова было довольно взвешенным. Он упомянул, что удару с воздуха подверглась не сирийская армия. Но это не значит, что нам все равно. Мы этот удар осудили. Другое дело, что встает вопрос, как нам реагировать, если эти удары будут повторятся. Я считаю, что пора наносить ответные удары по проамериканской оппозиции. На каждый удар по нашим союзникам, отвечать ударом по их союзникам.

Какая альтернатива в создании зон деэскалации? Альтернатива – в свержении режима Башара Асада. Либо наоборот – это этническая чистка всех суннитских анклавов, контролируемых оппозиционерами. Оба варианта хуже. Поэтому раздел Сирии надо рассматривать как рабочий вариант, хотя публично заявлять об этом вовсе не обязательно. В конце концов все произойдет естественным путем, даже вопреки нашему желанию. Мы же не собираемся вводить в Сирию сухопутные войска для обеспечения единства страны? И никто не собирается. Поэтому, если стороны не смогут договориться, то раздел неизбежен. Пусть договариваются, если хотят сохранить единство Сирии.

Конечно, наши базы при этом будут находиться в прифронтовой зоне. Но в этом нет ничего необычного. Мы имели базы в Афганистане. У нас сейчас есть базы в Таджикистане на границе с Афганистаном, где продолжается война. Идут боевые действия в Донбассе, фактически на нашей границе. Так что вряд ли стоит рассчитывать на идеальные условия для наших баз в Сирии.  

 

Михаил Александров – доктор политический наук, ведущий эксперт Центра военно-политических исследований Московского государственного института международных отношений МИД России, специально для Экспертной трибуны "Реалист"