МОСКВА (ИА Реалист). Блокада Ормузского пролива, возникшая в результате вооружённого конфликта Ирана с США и Израилем, кардинально изменила глобальные подходы к энергетической безопасности.
Пока сохраняется неопределённость с возобновлением судоходства по этой стратегической артерии, страны-экспортёры углеводородов Персидского залива приступили к реализации проектов обхода опасного участка. Одновременно ускорился переход на возобновляемые источники энергии (ВИЭ), который ранее сдерживался из-за дороговизны.
Своим анализом ситуации делится ведущий научный сотрудник ИМЭМО РАН, кандидат исторических наук Станислав Иванов.
Саудовская Аравия: ставка на нефтепровод «Восток-Запад»
Монархии Персидского залива наращивают объёмы экспорта нефти по уже имеющимся трубопроводам и намерены строить новые в обход Ормузского пролива.
Саудовская Аравия значительно активизировала свою систему нефтепроводов «Восток-Запад». Эта 1200-километровая магистраль доставляет сырую нефть из крупнейших в мире месторождений в Восточной провинции королевства к морским терминалам на побережье Красного моря (порт Янбу).
Оттуда углеводороды направляются через Суэцкий канал в Средиземное море или через Баб-эль-Мандебский пролив в страны Азии.
Началом магистрали служит нефтеперерабатывающий комплекс Абкайк, принадлежащий саудовской национальной компании Saudi Aramco. Этот комплекс обеспечивает подготовку и транспортировку до 7% всех мировых углеводородов. Сегодня через порт Янбу уже экспортируется около 7 млн баррелей нефти в сутки.
ОАЭ: трубопровод Хабшан – Фуджейра и новые логистические хабы
Не отстают от Эр-Рияда и Объединённые Арабские Эмираты. Они транспортируют нефть по суше с помощью трубопровода из месторождения Хабшан непосредственно к побережью Оманского залива (порт Фуджейра). Этот терминал является главным стратегическим хабом ОАЭ, откуда морские суда могут свободно выходить в открытый океан, минуя Ормузский пролив.
Пока трубопровод Хабшан – Фуджейра позволяет транспортировать 1,5–1,8 млн баррелей нефти в сутки. ОАЭ уже приступили к строительству ещё одного трубопровода на этом участке, который почти вдвое увеличит пропускную способность системы Национальной нефтяной компании Абу-Даби (ADNOC).
Совместно с Саудовской Аравией ОАЭ развивает и сухопутные маршруты вдоль морского побережья, связывающие региональные логистические центры: Даммам (КСА) – Шарджа (ОАЭ) – Хор-Факкан (ОАЭ). Новый маршрут объединяет морскую и сухопутную логистику и должен ускорить движение грузов между ОАЭ и восточным побережьем Саудовской Аравии.
Архитектурные бюро ОАЭ разрабатывают и инновационные проекты амбициозного характера, например «Пролив Союза» — создание искусственных водных артерий. По замыслу авторов, этот маршрут может стать своего рода «национальным хребтом», обеспечивающим устойчивость торговли, диверсификацию экономики и развитие новых городских территорий. Ключевым звеном этой схемы становится порт Хор-Факкан на восточном побережье ОАЭ, грузы через который не зависят от транзита через Ормузский пролив.
В зоне риска Кувейт, Катар и Бахрейн
В более сложном положении из-за блокады Ормузского пролива оказались Кувейт, Катар и Бахрейн, которые пока не имеют альтернативных каналов транспортировки своих углеводородов. В сложившихся условиях эти государства вынуждены лишь аккумулировать объёмы нефти и газа в хранилищах или перенаправлять ограниченные партии углеводородов через сухопутные терминалы Саудовской Аравии или ОАЭ.
Ирак: наращивание экспорта через Турцию и Сирию
В отличие от них Ирак, как и КСА с ОАЭ, пытается задействовать уже имеющиеся у него сухопутные маршруты. В частности, наращивается экспорт углеводородов через трубопроводы из Киркука в турецкий средиземноморский порт Джейхан — с 220 тыс. до 770 тыс. баррелей в сутки.
Одновременно задействуется и сирийский маршрут: сырая нефть отправляется конвоями автоцистерн через пограничный переход Аль-Ярубия из иракской провинции Ниневия через сирийскую провинцию Хасеке в порт Банияс на побережье Средиземного моря для дальнейшей транспортировки танкерами. Этому варианту экспорта способствовало достижение мирного соглашения в марте 2026 года между центральным правительством Сирии и курдским автономным районом «Рожава».
На долгосрочную перспективу обсуждаются проекты строительства стратегического нефтепровода из иракского морского порта Басра до средиземноморского побережья, что потребует многомиллиардных инвестиций и координации действий с соседними странами. К этому проекту, по некоторым данным, проявляют интерес инвесторы из монархий Персидского залива.
«Дорога развития»: новый сухопутный коридор Ирак – Турция – ЕС
В стадии проектирования и начала строительства находится сухопутный маршрут между Ираком, Турцией и ЕС, известный как «Дорога развития». Этот коридор протяжённостью около 1200 км соединит Персидский залив с Европой, проходя через иракский порт Фао, Багдад, Мосул и далее через Турцию в страны ЕС.
Строится высокоскоростная железная дорога и многополосная автомагистраль, которые могут стать альтернативой Суэцкому каналу и Ормузскому проливу. В проекте участвуют, помимо Ирака и Турции, ОАЭ и Катар. Общий размер инвестиций составляет свыше 17 млрд долларов, срок окончания работ намечен на 2030 год. Уже сейчас для грузоперевозок на этом направлении активно задействуются имеющиеся автодороги и пограничные переходы.
Иран: альтернативный порт Джаск в Оманском заливе
Говоря об арабских странах Персидского залива, нельзя не сказать и об Иране, который также страдает от блокады. Иран пытается искать альтернативные маршруты выхода на мировой рынок, в частности, развивает экспортный терминал в порту Джаск, расположенном в Оманском заливе. К нему проложен трубопровод протяжённостью 1100 км, который связывает иранский порт Горэ в провинции Бушер на побережье Персидского залива с портом Джаск. Это позволяет Ирану наладить экспорт своей нефти, минуя проход судов через Ормузский пролив.
Энергопереход ускоряется: от углеводородов к ВИЭ
Блокада Ормузского пролива кардинально изменила глобальные взгляды на энергетическую безопасность. Если раньше возобновляемые источники энергии (ВИЭ) критиковали за дороговизну и нестабильность, то теперь именно традиционные ископаемые виды топлива — нефть и газ — стали главной проблемой для мировой экономики.
Перебои в поставках углеводородов из стран Персидского залива (около 20% мирового экспорта нефти и сжиженного газа) сопровождаются значительным ростом цен на топливо в Европе и Азии. Как следствие, многие страны ускорили переход на солнечную и ветровую генерацию, дополненную системами накопления энергии.
- Китай уже достиг уровня 60% ВИЭ от установленной мощности электроэнергетики.
- Страны ЕС и США наращивают инвестиции в ВИЭ и стремятся не отставать от Пекина.
- Монархии Персидского залива только в последние годы стали ускоренными темпами развивать солнечную и ветряную энергетику. Саудовская Аравия планирует увеличить долю ВИЭ в своём энергобалансе до 50% уже к 2030 году. Бюджетные и частные инвестиции в этот сектор КСА оцениваются в 270 млрд долларов. По этому же пути идут и все другие монархии.
Блокада Ормузского пролива вынуждает лидеров государств региона не только находить альтернативные маршруты выхода на мировой рынок, но и форсировать переход на ВИЭ. Даже в случае открытия пролива для судоходства процесс развития альтернативных маршрутов и ускоренный переход стран региона и других государств на возобновляемую энергетику не остановится. Мир не забудет кризисных последствий вооружённого конфликта Ирана с США и Израилем никогда.
Станислав Иванов, ведущий научный сотрудник ИМЭМО РАН, кандидат исторических наук.