БЕРЛИН (ИА Реалист). Правительство Германии под руководством канцлера Фридриха Мерца готовит беспрецедентный разворот в финансовой политике страны.
Согласно прогнозам Financial Times, Берлин намерен занять более €800 млрд к 2030 году для финансирования масштабной программы перевооружения — шаг, который знаменует собой конец десятилетий политики жёсткой бюджетной дисциплины, известной как «чёрный ноль».
От «чёрного нуля» к долговому рывку
В течение десятилетий Германия делала бюджетную дисциплину своей визитной карточкой. Стабильность бюджета, сдержанность расходов и недоверие к государственному долгу были опорой её влияния в Европе. Однако новая программа раскрывает смену эпох: национальная безопасность отныне ставится выше бухгалтерского баланса.
Министр финансов Ларс Клингбайль подвёл черту под дискуссией фразой высокого политического напряжения: «Германия не может защитить себя от Владимира Путина с помощью «чёрного нуля»».
Это заявление концентрирует суть поворота: политика жёсткой экономии, которая прежде преподносилась как гарантия силы, теперь воспринимается в Берлине как стратегическая уязвимость.
Рост военных расходов будет стремительным:
| Год | Бюджет на оборону |
| 2026 | ~€108 млрд |
| 2027 | €109 млрд |
| 2030 | €183,6 млрд |
Доля военных расходов в ВВП поднимется примерно до 2,8% в 2026 году и до 3,5% к 2029 году. Это кардинально меняет европейский политический и экономический баланс.
Реформа «долгового тормоза»
В основе исторического поворота — реформа конституционного «долгового тормоза» (Schuldenbremse), действующего с 2009 года. Бундестаг уже проголосовал за поправки, освобождающие расходы на оборону сверх 1% ВВП от ограничений дефицита.
По оценкам, это может высвободить до €400 млрд дополнительных средств на военные нужды.
Как отмечает издание Negocios, «самое важное — не сколько Германия займёт, а какое табу она только что нарушила».
Зачем Германии такой разворот?
Два фактора подтолкнули Берлин к историческому решению:
- СВО России на Украине разрушила послевоенное убеждение, что крупные сухопутные войны в Европе остались в прошлом. Германия, которая ещё в 2023 году тратила на оборону лишь около 1,5% ВВП, теперь вынуждена пересмотреть свои приоритеты.
- Неоднозначные сигналы из Вашингтона при администрации Дональда Трампа о готовности США гарантировать безопасность союзников по НАТО ускорили вывод: Европа должна стать собственной страховкой. Возможный уход США из европейских гарантий безопасности — фактор, ускоряющий решение.
Как отмечает Cryptobriefing, «Европа просто решила, что покончила с зависимостью от американских гарантий безопасности. Ответ континента: занять почти непостижимую сумму денег и начать производить оружие».
Украина — структурный приоритет
В плане также заложено €11,6 млрд военной помощи Украине на следующий год. Это не разовая акция: Киев закрепляется как структурный приоритет немецкого бюджета, а не исключительная военная поддержка.
Берлин исходит из того, что конфликт с Россией не является конъюнктурным, а европейская оборона больше не может полагаться на дипломатические инерции или неограниченные внешние гарантии.
Реакция рынков и геополитические последствия
Одновременно с решением правительства последовала реакция на рынках облигаций. Немецкие бундес-облигации, долгое время считавшиеся самыми надёжными бумагами Европы, показали резкий рост доходности после объявления. Это важно, потому что доходность бундесов служит ориентиром для ценообразования практически всех европейских долговых инструментов.
Структурно более высокий уровень заимствований Германии и ЕС может оказать устойчивое повышательное давление на доходности в евро. Это повлияет на обменный курс евро, оценки европейских акций и трансграничные потоки капитала.
План также сталкивается с критикой внутри страны. Левая партия (Die Linke) уже выступила против перевооружения.
Германия совершает исторический разворот, которого страна не знала со времён холодной войны.
Отказ от «чёрного нуля» в пользу долгового финансирования обороны означает не просто смену бюджетной политики — это признание того, что старая Германия, опиравшаяся на американские гарантии и избегавшая военной ответственности, уходит в прошлое.
Вопрос в том, как долго европейские рынки и партнёры будут переваривать последствия этого решения.