Искусственный интеллект должен улучшить жизнь людей, а не внедрять рабство

В докладе Мирового экономического форума поставлены следующие вопросы:

Как влияют новые технологии на геополитику, на увеличение разрыва между развитыми и развивающимися странами, сохранение культурных различий или культурную конвергенцию, на пересмотр отношений между гражданским обществом, правительством и бизнесом?

Приведут ли технологии к расширению прав и возможностей личности и к распределению власти или к полному государственному контролю?

Будет ли скорость инноваций расширять возможности авторитарных стран, угрожая при этом крупным демократиям?

Будут ли дипломаты выбирать коммуникационные технологии и технологии «мозг-компьютер» для улучшения коммуникации или эти технологии будут применяться к ним без их ведома?

Что на самом деле означает искусственный интеллект (ИИ) и как мы должны использовать этот термин? В беседе с ИА «Реалист» перспективы новых технологий оценила заведующая кафедрой стратегического планирования и экономической политики факультета государственного управления МГУ имени М.В. Ломоносова, доктор экономических наук Елена Ведута:

«Несмотря на широкое использование ИИ от торговли до обороны, только сейчас в группе G7 начинают решать, как регулировать социальное воздействие ИИ, как выработать общие нормы по различным темам – от безопасности до экономики. Пока что канадское законодательство сфокусировано на стандартах, регулирующих сбор данных, что напрямую не влияет на отношение ИИ к безопасности.

После обстрела мечети в Новой Зеландии министр общественной безопасности Ральф Гудейл призвал цифровые платформы лучше узнавать, как их платформы распространяют правый экстремизм и терроризм. Гудейл пошел дальше и сказал своим коллегам по G7, что цифровые платформы, которые не могут умерить свои алгоритмы, «должны ожидать государственного регулирования… если они не смогут защитить общественные интересы».

В недавнем ежегодном отчете, опубликованном Канадским комитетом парламентариев по национальной безопасности и разведке, утверждается, что, по крайней мере, когда речь идет об ИИ, амбиции Китая и России представляют угрозу для канадской и глобальной безопасности. А также последние встречи G20 также были омрачены нелиберальным поворотом благодаря влечению президента Дональда Трампа к авторитарной политике и его отказу от традиционного руководства США.

Члены G7 по-прежнему идеологически настроены (несмотря на США) на продвижение ИИ, ориентированного на человека. В преддверии прошлогоднего саммита Канада и Франция опубликовали совместное заявление по искусственному интеллекту, в котором связали искусственный интеллект с социальным контекстом, и призвали к созданию международной исследовательской группы правительственных экспертов, которые будут содействовать развитию «искусственного интеллекта, ориентированного на человека, основанного на правах человека, включении, разнообразии, инновациях и экономическом росте», соблюдению этичности ИИ.

По сути, Канада правильно предпочитает терминологию «автоматизированное принятие решений» об инновациях и экономическом росте, ориентированного на человека, основанного на правах человека, и соблюдении этичности ИИ.

Именно такие задачи в СССР стояли перед разработчиками ОГАС- общегосударственной автоматизированной системы управления экономикой. Поэтому российские ученые значительно опережают другие страны в создании такой системы. У нас есть динамическая модель межотраслевого-межсекторного баланса, служащая ядром такой системы. В этом направлении у ЕАЭС есть шанс уйти далеко вперед.

Будущее принадлежит ИИ, восстанавливающему управление экономикой для улучшения жизни людей.

Кстати, в докладе Николаса Райта «Как искусственный интеллект изменит мировой порядок» имеется серьезная ошибка из-за непонимания механизмов функционирования экономики и необходимости смены кризисной экономической модели. По сути, доклад основывается на наивной вере или обмане, что Китай сможет победить в конкуренции держав, установив цифровой авторитаризм для обреченной уходить в кризис экономики Китая и фактически цифровом запрете на поиск выхода из кризиса.

Райт считает, что к дебатам о страхе перед уходом ИИ от человеческого контроля и новой промышленной революции, замещающей людей машинами, следует добавить дебаты о грядущей конкуренции между цифровым авторитаризмом и либеральной демократией.

Эти дебаты Райт считает возможным вести на эмоциональном уровне, сравнивая конкуренцию XXI века между цифровым авторитаризмом и либеральной демократией с борьбой между либерально-демократическими, фашистскими и коммунистическими социальными системами, определившей большую часть XX века.

В течение десятилетий считалось, что либеральная демократия предлагает единственный путь к устойчивому экономическому успеху. Некоторым репрессивным странам удалось на некоторое время вырастить свою экономику, но в долгосрочной перспективе авторитаризм всегда означал стагнацию. Так вот, по мнению Райта, ИИ обещает разрушить эту дихотомию. Он предложит авторитарным странам альтернативу либеральной демократии, сдерживающую политические дискуссии, которые могут нанести ущерб и сделает своих граждан богатыми при тотальном контроле над ними. Китайцы не только не станут богатыми, поскольку у них кризисная модель развития, но и затормозятся в умственном развитии, превращая себя в рабов Запада на века».

Елена Ведута – заведующая кафедрой стратегического планирования и экономической политики факультета государственного управления МГУ имени М.В. Ломоносова, доктор экономических наук, специально для ИА «Реалист»