Игорь Бобров: Народное хозяйство России представляет интерес для инвесторов при любых условиях

Американский банк Bank of America Merrill Lynch назвал Россию самым надежным и привлекательным развивающимся рынком для инвесторов. Банк опубликовал отчет о состоянии развивающихся стран и составил рейтинг 10 самых привлекательных государств на основе анализа макроэкономических данных, включая динамику ВВП, дефицит бюджета и госдолг. По данным аналитиков, Россия обогнала Китай даже с учетом того, что через несколько дней США примет новый пакет антироссийских санкций. В десятку развивающихся стран также вошли Южная Корея, Индонезия, Индия, Мексика, Польша, Бразилия, Турция и ЮАР.

С чем связан рост инвестиционной привлекательности России? Насколько объективны данные американского банка? На вопросы Информационного агентства «Реалист» ответил кандидат экономических наук Игорь Бобров:

«Как я уже писал для ИА «Реалист» в связи с оживлением на рынке недвижимости США, направления инвестирования, связанные с недвижимостью, обнаруживают определенный рост. Россия имеет явное преимущество перед КНР именно в сфере операций с недвижимостью, а также в фондоемких, в том числе землеемких и водоемких отраслях производства. Кроме того, как я опять же уже писал в связи с Китаем, китайская рабочая сила неминуемо дорожает. С санкциями или без санкций, народное хозяйство России представляет определенный интерес для как долгосрочного, так и спекулятивного краткосрочного инвестора при любых ценах на нефть, при любом внешнеторговом балансе и даже при любом состоянии публичного и частного долга.

Конечно, если бы на российском фондовом рынке обращалось больше доходных ценностей, в частности закладных облигаций, обеспеченных фондами недвижимости. Если бы приватизация земель затронула лесной фонд, этот интерес мог бы стать еще выше, но институциональное обустройство, выстраивание гарантий и правил доступа, саморегулирования и судебной ответственности требует определенного времени и связано с политической волей, и должно занимать еще не мене пары пятилеток. Не говоря уже про инфраструктурное обустройство. Даже в существующем виде, ряд отечественных стратегических преимуществ, связанных с коммерческим землепользованием, являются глобальным фактом. Также глобальным фактом является более или менее постоянный рост российского транспорта.

Если иметь в виду сферы недвижимости и транспорта, рубль имеет за собой экономику со значительным потенциалом развития и уже немалыми активами. Впрочем, немалы и риски.

Среди валют, есть валюты «дорогие», или, лучше сказать «твердые», с незначительными колебаниями курса, низкой ставкой рефинансирования (напомню, ей кратны ссудный процент и норма прибыли в данном народном хозяйстве) и высокой конвертируемостью, и соответственно, «дешевые» и «мягкие», у которых эти признаки сравнительно мало проявлены. Попытка властей сделать рубль слишком твердой валютой очень дорого обошлась в 1994-1998 гг. Будем уповать на то, что эта попытка не повторится, ведь перед нами опыт Украины и Латвии с твердыми валютами, означавшими для этих экономик застой, притом, зачастую, без снижения макроэкономических рисков. Спасибо, не надо подобной стабильности.

А вот нестабильность, в условиях неопределенных плохо просчитываемых возможностей, будет означать своего рода волны грюндерства, притом с постоянными переливами капиталов из одного направления бизнеса в другое, штамповку сходных бизнес-идей и проектов, теоретическое появление на рынке иностранных капиталов, специфическую слабость обратных связей и странную географию развития. Но пока что это цена российского динамизма. И относительно небольшой рискованности вложений, при слабости кредитной сферы и низкой эффективности институциональной инфраструктуры (от суда до саморегулируемых организаций).

Не будет удивительным, если на отечественную валюту, акции и облигации ряда наших эмитентов в преддверии выборов или вследствие затухания войны в Сирии состоятся спекулятивные атаки. Ведь допуск иностранцев на наш фондовый рынок несколько шире чем на китайский, например, да и курс рубля «мягче» курса юаня. Кроме того, наши фондовые рынки сравнительно узки, и обеспеченных недвижимостью облигаций на них толком нет. Плюс к этому внутрироссийская деловая публика не имеет доверия к вложению средств в отечественные фондовые ценности, включая паи инвестиционных фондов. К тому же, экономика России вряд ли будет лишена в ближайшее время динамизма.

Системной проблемой в России остается инвестиционный процесс как таковой. Мелкий инвестор не может доверять свои деньги собственно никому кроме лидеров банковской отрасли. Впрочем, он еще может вкладываться в недвижимость. Крупный инвестор не склонен считаться с интересами мелких, типично для делового пейзажа России акционерное общество, не выплачивающее дивидендов столь долго, сколь это только можно, почти типичны довольно ажиотажные попытки создать кооперативные объединения с нуля. Внедрение нового порядка поимущественного налогообложения еще не привело к существенной переоценке имуществ и росту имущественного залога. А все эти меры, и имущественный залог, и регулярность дивидендов, и широта возможностей инвестирования для мелкого собственника, способствовали бы некоторому укреплению, но, наверное, не столько курса рубля, сколько уверенности в инвестиционных и кредитных делах внутри России».

Игорь Бобров – кандидат экономических наук, специально для Информационного агентства «Реалист»