Политическая система России озабочена собственной выживаемостью – версия

Современная российская политическая система представляет собой скорее сетевую организацию, она не линейна и не вертикально выстроена, в ней нет устойчивого центра принятия решений, кроме президента, считают авторы телеграм-канала «Незыгарь».

«Выработка и принятие решений скорее по сути полицентрично. Структура власти более проекционна, с   реактивными и смысловыми образованиями; временными узловыми центрами и тактическими развязками. Особенность системы в том, что она способна на перегруппировку: мобильно принимает и отторгает поведенческие модели, решения; моделирует собственный баланс интересов», – отмечается в публикации.

По мнению авторов канала, с 2016 года система вступила в фазу активного обновления и приспособления к «новым вызовам»: «Иными словами, постсоветский период заканчивается и уступает место «новой реальности». Система серьезно озабочена собственной выживаемостью, осознает риски, но в целом не понимает весь объем угроз и возможностей. Отсюда осторожное нащупывание, маленькие шаги, реактивные отливы».

В канале отметили, что обновление политического класса системы – важнейший смысловой элемент. «Именно здесь заложены самые сильные субъективные риски.  Задача заполнения политического класса представляет собой революционное явление в эволюционных формах. Хотя бы по задумке акторов процесса. Постсоветская элита обладала звериным качеством выживаемости, но при этом была лишена навыков политического девелопмента. Персонализация лидера в системе была нужна на «постсоветском этапе». На этапе трансферта требуется скорее гарант. А в обновленной системе персональность вообще не важна и даже сверхзатратна для системы», – пишут авторы «Незыгаря».

В системе присутствует два интересных тренда: «С одной стороны, она ищет баланса. С другой, предпочитает управляемый хаос. Баланс означает достижение к стабильности. А реформации нужен конфликт. Все сходится в точке саморегулирования. Учитывая, что у элит крайне слабый опыт саморегулирования через консенсус и принятия договоренностей, систему еще ждет немало политических горок. Поиск саморегулирования – это целевая задача, в том числе и некий вызов».