Работа по палочной системе: зачем парламент перенес дату окончания Второй мировой войны

Совет Федерации одобрил перенос Дня окончания Второй мировой войны на 3 сентября. Изменения вносятся в список дней воинской славы и памятных дат. Ранее закон приняли депутаты Госдумы. Против утверждения закона проголосовали двое сенаторов, один воздержался.

В 1945 году президиум Верховного совета СССР установил на 3 сентября День победы над Японией. Ранее дата окончания Второй мировой войны была установлена на 2 сентября — на день капитуляции Японии. Десять лет назад датой окончания войны установили 2 сентября. Именно в этот день в 1945 году был подписан акт капитуляции Японии.

Решение власти о переносе Дня окончания Второй мировой корреспонденту ИА «Реалист» прокомментировал политолог Михаил Мирзоян:

«Думаю, что множество споров вокруг этой темы связаны прежде всего с особенностями юридической лингвистики. На самом деле, законодатель не изменил дату окончания Второй мировой войны. Это сделать, в принципе, невозможно, т.к. дата любого события относится к истории и является свершившимся фактом. Законодатель изменил памятную дату, закрепив за ней день, когда мы вспоминаем о тех или иных событиях, имевших место быть в прошлом.

Просто по иронии судьбы этот памятный день носит официальное название – «3 сентября – День окончания Второй мировой войны (1945 год)». При этом все знают, что исторически днем окончания войны считается 2 сентября. Кстати, тем же законом установлено, что 9 мая является Днем Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов. При этом никого особо не волнует, что сам акт о капитуляции был подписан днем ранее. Так что, я не вижу никаких проблем в связи с переносом памятной даты.

С другой стороны, я не очень понимаю необходимость внесения подобных изменений. Насколько это остро стоит перед обществом, насколько этот факт способствует сохранению исторической памяти? Не очень понятно. Такое впечатление, законодатель работает по палочной системе, когда отсутствие законодательных инициатив свидетельствует о плохой работе. К сожалению, давно уже замечаю, что в условиях оформленности российской правовой базы, когда не требуется работы на износ, а требуется всего лишь корректировка, нынешние и будущие законодатели все больше будут склонны к выработке странных, а порой и идиотских и никому не нужных законопроектов. Вся надежда на профессионализм аппарата, способного не допустить сырые инициативы до уровня законов».