Условный срок Серебренникову: когда чиновники сдерживают силовиков

Условный срок Кириллу Серебренникову демонстрирует, что в резонансном деле престиж силовиков соблюдается неукоснительно – просто тихо прекратить его не получилось, так как общество расценило бы снятие обвинений как свою большую победу, пишет заместитель директора Центра политических технологий Алексей Макаркин.

«Поэтому дело из прокуратуры вернули обратно в суд, после чего обвинительный приговор стал безальтернативным, а его оформление было делом техники – вторую экспертизу дезавуировали с помощью третьей. Теперь силовики могут формально занести это дело в свой актив – оно доведено до приговора, причем всем обвиняемым даже Софье Апфельбаум, которую тоже признали виновной, хотя и в предельно мягком формате», – отметил эксперт.

По его мнению, внутриэлитного консенсуса по поводу срока Серебренникову не было по трем основаниям: «Первое – немалая часть политической элиты не хочет дальнейшей силовой экспансии (это проявилось и в «деле Ивана Голунова»). Второе – понимание, что в московском образованном слое высок уровень протестности и в обозримом будущем она может расти. В относительно «спокойном» 2019 году на проспект Сахарова вышли более 50 тыс. человек – протестовать против раскрутки «дела о массовых беспорядках». Тогда же было ярко выраженное протестное голосование на выборах в Мосгордуму. После пандемии настроения могут быть еще более радикальными – и дополнительно раздражать людей не стоит».

Третье основание, по версии политолога, заключается в том, что Серебренников после возбуждения уголовного дела «не перестал быть частью культурной элиты – это наглядно продемонстрировала постановка «Нуреева» в Большом театре». «Роль театральных «мэтров» снизилась в министерство Мединского, но сбрасывать со счетов их фактор было бы неверно. А аргументы для заступничества за Серебренникова видны из только что обнародованного письма совсем не революционного писателя Евгения Водолазкина: «не всякое нарушение правил является осознанным преступлением» и главное – «милость выше справедливости», – резюмировал заместитель директора Центра политических технологий.