Отрицательный отбор: почему ухудшается качество российской «элиты»

Владислав Иноземцев, доктор экономических наук, директор Центра исследований постиндустриального общества, в комментарии для телеграм-канала  «Кремлевский безБашенник» рассуждает о попытках Кремля сымитировать обновление партийной системы России и политическом классе:

«Незаметно для себя Россия вступила в предвыборную неделю, которая открывает новый большой избирательный цикл. В прессе и блогосфере идет дискуссия о «переформатировании» политической системы – не секрет, что старые партийные проекты стали безнадежно несовременными.

Конечно, может показаться, что новые люди (только без кавычек, с какими мы их видим сейчас) в российской политике нужны – лидеры системных партий уже достигли возраста Брежнева. Однако, на мой взгляд, следовало бы учитывать два обстоятельства.

С одной стороны, качество российской «элиты» ухудшается – причем сразу по двум причинам. Во-первых, как и прежде в СССР, мы видим недопуск в круг избранных людей, которые могли бы в нем быть по своим профессиональным качествам: отрицательный отбор идет сегодня гораздо быстрее. Страна замыкается от мира, принятие решений примитивизируется, коррумпированность всех и вся растет – поэтому в специалистах по сложным решениям система не нуждается.

Во-вторых, и этого в прежние времена не было, российская «элита» не разделена структурно: это раньше была элита производственная, партийная, военная, научно-техническая – у нас состоятельный человек почти наверняка сейчас или в прошлом депутат, силовик и профессор. Берясь за все, российская элита не способна решить ни одну задачу – ни отстоять прежние позиции в космонавтике, ни вовремя достроить «Северный поток-2», ни даже отравить Навального. Но самое важное – то, что все нынешние тренды не случайны: они выбраны осознанно ради построения имеющейся сегодня системы. Двадцать лет движения в одном направлении оставляют мало шансов на возможный разворот.

С другой стороны, надо иметь в виду, что «переформатирование» партийного проекта несет в себе существенный риск. Кризис 1980-х годов в СССР случился не от проявления спонтанного протеста. Он был порожден «демократизацией» КПСС и возникновением соблазна для уже находившихся во власти людей сыграть на этом. Организованная Администрацией президента партийная возня – из этой же серии: в Кремле хотят по-новому рассадить давно известных персонажей и добавить к уже имеющимся партийным профанациям новые, «проредив» ряды проверенных людей. Но зачем? Чтобы воспрепятствовать росту оппозиционных настроений? Кейсы Фургала и Навального показывают, что борьба со своими опаснее борьбы с чужими: посадка губернатора выводит тысячи людей на улицы уже третий месяц, тогда как попытка убийства оппозиционера вызвала только небольшое дребезжание соцсетей. Российская власть сформирована как криминальное сообщество, и не может управляться нетипичными для него методами.

Персоналистская авторитарная политическая система имеет только одну цель: сохраниться до момента, когда придется проводить в последний путь своего создателя. Чтобы достичь этой цели, она не должна прикидываться демократией и строить «лифты» в одноэтажном доме. Она должна минимально эффективно обеспечивать потребности развития и добиваться хотя бы некоторого роста жизненного уровня населения. Ни одна из этих целей не достигается в России уже как минимум седьмой год. Последнее, что следует делать в такой ситуации – затевать перестройку чего бы то ни было. Если система хочет жить, ей надо попробовать заставить свои элементы работать, а не только делать вид, что они чем-то заняты. Но этот вопрос, судя по всему, сегодня вообще не стоит на повестке дня – что порождает не самые оптимистичные ожидания».