Российская школа не дает образования, а натаскивает детей на ЕГЭ

Почти ежедневно в новостях трагедии и скандалы из мира ЕГЭ. Кто-то повесился, куда-то слили результат, кому-то не поставили нужное. Особенно скверно от мысли, что люди расстаются с жизнью из-за того, из-за чего не стоит даже крепко напиться. Люди (школьники, родители, родственники) боятся, что чадо не поступит, ожесточенно оспаривают результаты, искренне считая, что поставленная в школе оценка отражает истинное положение вещей. Они убеждены, что поступить в ВУЗ нужно непременно, потому что как же без него, без ВУЗа то. Они не понимают, что искренне ломятся в открытую, гнилую дверь, ведущую в старый полуразрушенный сарай, наполненный призраками прошлого и химерами настоящего, который представляет собой наша система образования. Сарай, через который можно выйти только на пенсию, но не в будущее.

Начнем с того, что школа не дает образования. Образование – это создание образа, то есть это интеллект плюс сердце, тренировка ума и воспитание души. Сегодня в школе не учатся, там, как в бурсе Помяловского, учат. Учат даты и имена, чтобы попасть в ответы ЕГЭ. То есть задача школы – натаскивать. То есть школа – это огромная репетиторская сеть, где побеждают самые усидчивые, самые дрессированные и натасканные, а не самые умные. В процессе натаскивания понятия «анализ», «синтез», «понимание» выводятся из процесса обучения полностью. Как только задается вопрос на уроке/экзамене, лицо подследственного багровеет и раздается скрип мозгов – в закромах памяти усиленно ищется выученный правильный ответ. И если правильный ответ оказывается неправильным, начинается паника, включается метод «тыка», подкрепленный тем выражением лица, которое, вероятно, бывает у лабораторной мыши, которую уложили на стол вивисектора.

Дальше ВУЗ. Для чего поступать в ВУЗ, не знает почти никто, ибо целью стало само поступление, а не обучение. Не случайно документы подаются в несколько ВУЗов одновременно – лишь бы хоть куда-то попасть. Сам процесс обучения превратился в обременительную барщину, крепостные кряхтят, халтурят и смотрят на сторону. Прилежные отделываются от барина скачанными из сети рефератами, более свободолюбивые занимаются отходничеством, появляясь лишь иногда, а наиболее обеспеченные переходят на «откупа» и платят оброк. Можно посмотреть на лица ближе к сессии, на обмен мнениями в соцсетях и увидеть что угодно, кроме радости познания нового и восторга от научного творчества. Стирается разница между отличником и двоечником – оба исправно сдают сессии. То есть воскресает советская уравниловка в худшем виде, отягощенная еще и тем, что тех, кто на коммерческом отделении, принято беречь, не кантовать и с горки не спускать, и они это прекрасно знают. Нет четкого определения и понимания цели обучения. Наконец, происходит выпуск, в процессе которого исполняется ритуальная пляска в виде ничего не значащих госов, пустых дипломов и пр. – она является необходимой частью инициации выпускника.

Что дальше? Практически никто не работает по специальности, так как товар в ВУЗах изготавливается невзирая на отсутствие спроса (как в СССР) и качество товара дрянь. Поэтому сегодня любой начальник добывает новых сотрудников не в ВУЗе на выпускном вечере, а по знакомству. То есть годами выпускается хлам, который потом прибивается в «Кофехауз», «Евросеть», в виде менеджера, агента и т.д. Ведь этим они могли бы заниматься и без высшего образования? Да. Но система работает. Одни платят, другие получают, одни делают вид, что учат, другие – что учатся и все вместе дружно костерят прогнившую систему образования.

…И вот из-за этого кто-то вешается, кто-то оказывается на больничной койке, и все вместе страшно переживают. Хотя для них весь мир открыт во все концы и никакой аттестат и диплом был не нужен ни Дурову, ни десяткам и сотням других, кто сейчас зарабатывает большие деньги и вписывает свои имена в историю тех или иных сфер. Но как это объяснить?…

Борис Якеменко – историк, доцент кафедры истории России Российского университета дружбы народов