Пандемия становится демонстрацией лишения свободы даже над своим телом

МОСКВА (ИА Реалист). Проблема коронавируса (вернее того, что им считается, а это не столько болезнь, сколько социальный феномен и социальность в коронавирусе значительно превосходит биологию) является довольно точным отражением и прямым следствием тех процессов, которые происходят в обществе. Для того, чтобы это понять, нужно определить здоровье, как «пребывание человека на своем месте», то есть как репрезентацию порядка. Понятие «своего места» включает в себя социальный статус и социальный адрес, самообъективацию, дающую возможность полной самореализации – все это в значительной степени обеспечивается состоянием здоровья. Здоровье всегда только свое, им нельзя поделиться и невозможно его заимствовать от другого, оно причина себя самого, оно самодостаточно и личностно. В этом отношении оно имеет онтологическое, сущностное сходство со смертью, которая также всегда только своя и ее наступление доказывает, что личное может быть аннигилировано только личным.

То есть здоровье (его уровень в социуме и отношение к нему) в значительной степени есть отражение общественного состояния – стабильности, уверенности в себе, понятной логики событий, общего социального порядка. Соответственно, болезнь – это смещение человека со «своего места», придание ему нового статуса «больного», ограничение его жизнедеятельности, нередко смена социального адреса (увольнение, больница, хоспис). То есть разрушение прежнего, логически и сознательно выстроенного порядка и создание из его «обломков» нового «энтропийного порядка» (назовем его так), который существует в вывернутой логике, не всегда поддающейся расшифровке сознанием.

Важно помнить, что этот механизм работает и в обратной последовательности – насильственная смена статусов, вынужденное смещение со «своего места», лишение возможностей самореализации часто приводят человека к разрушению и болезни. То есть прямым отражением нестабильность, неуверенность, хаос в сознании и в информационном поле, утрата или расшатывание своего статуса, утрата логики событий становится и болезнь, возрастание ее роли в жизни, почти постоянно присутствующее ощущение скверного самочувствия, которое то улучшается, то ухудшается, но никогда не становится совсем хорошим.

В метафизическом смысле болезнь становится вторжением всеобщего в единичное, общественного в индивидуальное, так как почти всегда является следствием контакта с окружающим миром. В процессе этого вторжения («заражения») всеобщее и индивидуальное взаимно трансформируются и поэтому не бывает двух одинаковых болезней – каждая болезнь индивидуума уникальна и переносится по своему, иначе, нежели та же самая болезнь у другого человека, обладая при этом одновременно общими для всех болеющих признаками. Можно обратить внимание, что коронавирус у каждого свой.

Как здоровье (особенно культивируемое), так и болезнь становятся факторами объединения людей в сообщества, то есть они становятся формами коммуникации, при этом последняя сегодня гораздо более сильная форма коммуникации, нежели первое (здоровье обсуждают гораздо реже, нежели болезни). Необходимо указать и на то, что здоровье синонимично свободе – больной человек не может быть свободен, так как болезнь автоматически создает конфликт между возможностями и желанием, что использует и государство, с помощью защитных мер, усиливая ощущение несвободы и зависимости.

Здоровье в этих условиях становится довольно странным состоянием, позволяющим функционировать, но непременно включающим в себя болезни и травмы самого разного психологического характера. Заболевание сегодня становится наглядной демонстрацией тотального лишения свободы даже над своим телом и его состояниями (социальных свобод в современной Европе уже почти нет), которые отныне также находятся во власти государства, ею определяются и формируются.