Мир после Brexit: наступает новая эра американо-британского единства

Великобритания 31 января вышла из состава Европейского союза, став первой страной, покинувшей блок с момента его основания. Одни радуются тому, что Британия и ее экономика получат самостоятельность от европейской бюрократии. Другие печалятся об уходящей возможности использовать рынки континентальной Европы. Страна практически раскололась. Этот раскол отражает глубинное противоречие самого существования Великобритании в Евросоюзе.

Англия после Второй мировой войны претендовала на роль лидера Европы, поэтому проигнорировала создание европейского объединения. Вступила в ЕС лишь в 1973 году. В результате Лондон не смог захватить лидерство в Евросоюзе, да и экономика острова явно уступала немецкой. В результате Соединенное Королевство стало важным, но все-таки рядовым элементом союза.

В таких союзах выигрывают либо лидеры, либо аутсайдеры. Первые устанавливают правила игры и через это получают возможность контролировать остальных при наличии формального равноправия. Они играют роль, похожую на роль хозяев казино, которые в конечном счете всегда выигрывают, потому что это их казино. Вторые получают помощь от организации, которую в другом случае они не получили бы.

А вот середняки, хотя и получают выгоду от присутствия в союзе, но одновременно несут все тяготы жизни по чужим правилам. Причем дело не только в каких-то затратах или потерях, а в первую очередь в самом ощущении того, что, играя по чужим правилам, ты не можешь не потерять. Именно поэтому евроскептицизм так развит в Старой Европе.

В Великобритании, которая рассматривала себя в качестве европейского лидера и посла мирового лидера США в Европе, недовольство германским доминированием на континенте еще сильнее. На это накладывается многовековое соперничество с Францией – вторым лидером континентальной Европы. Поэтому британцы в большинстве своем склонны видеть лишь отрицательную сторону своего участия в ЕС. Даже все перипетии Brexit не смогли существенно поколебать эти настроения. Результат мы увидели 31 января.

Дело в том, что в переходный период сначала исчезнут положительные стороны участия в Евросоюзе, а уж затем – отрицательные. Поэтому положение рядовых британцев, скорее всего, ухудшится. Запустив Brexit, Борис Джонсон открывает ящик Пандоры.

Однако премьер-министр Британии излучает оптимизм и говорит о начале «новой эры». Трудно предположить, что британское правительство не понимает, что оно делает. Думается, что, обрубив канаты, связывающие Лондон с Брюсселем, консерваторы собираются причалить к американскому берегу Атлантики. Новая эра станет эрой американо-британского единства. Но вот понравится ли эта эра британцам? Посмотрим.

Дмитрий Журавлев – директор Института региональных проблем, специально для ИА «Реалист»