Илья Кравченко: “Индо-Тихоокеанский” президент США, или Итоги азиатского турне Трампа

На этой неделе завершилась самая долгая поездка президента США по странам Азии за последнюю четверть века. Дональда Трампа ожидаемо тепло приняли в Токио и Сеуле и поддержали его стремление разрешить северокорейскую дилемму (с оговоркой, что в Южной Корее не приемлют исключительно военного решения конфликта). Все были уверены, что Трамп продолжит жесткую линию в отношении Китая, традиционно критикуя нарушения там прав человека и осуждая экспансию в Южно-Китайском море. Тем более, что 45-й глава Белого дома неоднократно подвергал критике китайскую внутреннюю и внешнюю политику, как в период своей избирательной кампании, так и будучи президентом. Нельзя забывать и о том, как Трамп демонстративно продемонстрировал силу, сообщив о своем решении нанести ракетный удар по Сирии за ужином с председателем КНР Си Цзиньпином.

Однако все пошло по другому сценарию. Официальный Пекин поддержал стремление Трампа начать разрешение северокорейского вопроса, были подписаны контракты на десятки миллиардов долларов, а президент США ни разу не упрекнул главу КНР в несоблюдении принципов ВТО. Си Цзиньпин решил самостоятельно провести экскурсию по основным достопримечательностям Запретного города, и вместе с тем, продемонстрировал достижения китайского ВПК на военном параде. Трамп любит красивые церемонии. Но больше всего он любит прибыльные контракты. Одним из таких одновременно красивых и прибыльных (как бы подытоживающих китайскую часть азиатского турне), стало предварительное соглашение о долгосрочном контракте на поставку в Китай американского сжиженного газа.

Помимо всего прочего, Трамп еще накануне своей поездки в интервью заявил, что был бы не против встретиться с Путиным. Потом пошли слухи о том, состоится ли все-таки официальная встреча между двумя лидерами. В итоге, по причине “сложного графика президента Трампа”, встречу отменили. Скорее всего, на принятие подобного решения главу Белого дома натолкнули члены Совета по национальной безопасности. В частности, одним из инициаторов могла выступить Фиона Хилл, советник президента по Евразии, критик России, лично знакомая с Путиным в рамках мероприятий Валдайского клуба. Но Трамп не был бы Трампом, если не взял инициативу в свои руки и пошел наперекор своим советникам.

Кулуарные беседы, которых, по словам Трампа, было “то ли две, то ли три”, привели к следующим результатам. Во-первых, были достигнуты договоренности о том, что сирийский конфликт не может быть решен военным способом, окончательное урегулирование должно быть в рамках Женевского процесса в соответствии с резолюцией Совета Безопасности ООН. Помимо этого, главы государств подтвердили свою приверженность независимости и территориальной целостности Сирии. Во-вторых, Трамп, являясь человеком, формирующим внешнеполитический курс страны, показывает, что несмотря на все сложности в отношениях между Москвой и Вашингтоном, а также на непростой политический климат внутри США, готов к диалогу. По крайне мере, он не стремится демонстративно отдалится, хотя именно к этому его подталкивают советники.

Многие аналитики ругают Трампа за отсутствие четкой политики в отношении Азии. Но знаменитый обамовский “разворот в Азию” тоже не произошел внезапно. Нынешний глава Овального кабинета неоднократно подчеркивал в своих выступлениях, что видит “Индо-Тихоокеанский” регион, а не “Азиатско-Тихоокеанский”. Это принципиально рознит его с подходами предыдущих администраций Белого дома. Ведь уже сейчас видно стремление Трампа поддерживать тесные контакты не просто с партнерами США в рамках военного сотрудничества или в вопросах бизнеса.

Критикуя его за отход от идеи американского глобального лидерства, оппоненты 45-го президента Соединенных Штатов забывают (или не замечают), что и у него есть представление о том, какие ценности должны быть в основе взаимодействия Вашингтона с другим государствами, в том числе и в Азии. Для Трампа важно выстроить тесную линию между ведущим демократиями в регионе. Речь идет о своеобразной оси, соединяющей Индию, Японию, Южную Корею, Австралию, Новую Зеландию и США.

Более того, Трамп сыграет на противоречиях Нью-Дели и Пекина. Китай активно строит новые острова в неспокойном Южно-Китайском море, которые в перспективе станут военными базами. Причем стратегическое расположение новых островов позволит китайцам контролировать значительную часть морского грузового трафика в регионе. Но помимо строительства новых земель, Пекин активно спонсирует портовые проекты в Пакистане и на Шри-Ланке, что явно беспокоит Индию. Вашингтон готов предоставить помощь, но не безвозмездно. Трампу нужны новые оружейные контракты и диверсификация рынка с привлечением индийских инвесторов, но уже в американские проекты. Вполне возможно, что в ближайшем будущем мы увидим больше официальных контактов и заявлений первых лиц по интеграции на этом направлении.

Как бы кто не говорил, а плоды азиатского турне Дональда Трампа мы реально ощутим в ближайшее время. По тому же северокорейскому вопросу уже пошли результаты. И, к сожалению, не в пользу России. Выступая на пресс-конференции, посвященной итогам своей заграничной поездки, Трамп подчеркнул, что США и КНР не примут российский план “двойного замораживания” по КНДР, который предполагает остановку любых ядерных испытаний Пхеньяном, с одной стороны, и крупномасштабные военные учения США и Южной Кореи – с другой. Так или иначе, внешняя политика 45-го главы Белого дома вырисовывается все четче. И она явно не будет изоляционистской.

Илья Кравченко – кандидат политических наук, эксперт Российского совета по международным делам, специально для Экспертной трибуны “Реалист”