От Рокфеллера до Маска: что скрывается за первой тысячей миллиардов

НЬЮ-ЙОРК (ИА Реалист). Человечество вступает в эру триллионеров. Всего восемь лет назад ни у кого на Земле не было состояния более 100 миллиардов долларов. Сегодня 18 человек в индексе миллиардеров Bloomberg преодолели эту отметку. Удачное первичное публичное размещение SpaceX может сделать Илона Маска, чье состояние уже превышает 670 миллиардов долларов, первым в мире триллионером. И такими темпами он может стать не последним в это десятилетие, пишет обозреватель Bloomberg Бен Стиверман, анализируя, как появление первых миллиардеров сто лет назад помогает понять феномен грядущих триллионеров.

Если это кажется беспрецедентным, так оно и есть. Но это также напоминает другую эпоху. На рубеже XX века ошеломляющие социальные и технологические изменения, поляризованная политика и стремительный рост богатства на самом верху заставляли американцев чувствовать тревогу и растерянность. Среди концепций, которые им было трудно осмыслить, было само слово «миллиард». Когда состояние первого миллиардера стало реальностью, одна газета в 1903 году отметила, что миллиард долларов — это «столько же долларов, сколько минут прошло с рассвета христианства».

И все же наша нынешняя задача — осмыслить тысячу таких миллиардов — столько же долларов, сколько минут прошло с наступления ледникового периода.

Разница между четырьмя запятыми и тремя огромна. Миллиардер может тратить по 1000 долларов каждый день на протяжении примерно 2700 лет, в то время как триллионер мог бы тратить по миллиону долларов в день столько же времени. Будь то Маск, Марк Цукерберг или пока неизвестный претендент из бума ИИ, что означает такое богатство в руках одного человека?

Ответ дает история Джона Д. Рокфеллера. Еще в 1890 году, когда состояние 50-летнего нефтяного магната едва превышало 100 миллионов долларов, люди предсказывали, что он станет первым миллиардером. Благодаря доходам Standard Oil его богатство удвоилось к концу XIX века, несмотря на тяжелую рецессию, а затем ускорилось в начале 1900-х. К 1915 году его состояние превысило миллиард долларов.

С поправкой на инфляцию 1,3 миллиарда долларов Рокфеллера в 1915 году составляют около 40 миллиардов сегодня, что помещает его лишь на 54-е место в индексе миллиардеров Bloomberg. Но лучший способ оценить власть, которую давало его богатство, — сравнить его с размером экономики США. По этому показателю Рокфеллер в 1915 году владел крупнейшим частным состоянием в истории — суммой, равной примерно одной тридцатой ВВП США того времени, или чуть более триллиона долларов в сегодняшних деньгах.

Путь к богатству

Во времена восхождения Рокфеллера люди не могли понять, что кто-то будет делать с миллиардом долларов — на один доллар тогда можно было купить самое изысканное блюдо в самых шикарных ресторанах города. Даже сегодня, после 110 лет инфляции, миллиард долларов физически трудно потратить за одну жизнь. Джеффа Безоса критиковали за его свадьбу в Венеции, которая, по сообщениям, обошлась примерно в 20 миллионов долларов. Но при такой цене пара могла бы обновлять клятвы в столь же роскошных условиях каждые выходные в течение следующего года, не потратив и миллиарда.

Чтобы лучше понять, что значит находиться в центре огромного состояния, корреспондент Bloomberg отправился поездом вдоль замерзшей реки Гудзон в Тарритаун, штат Нью-Йорк, в Архивный центр Рокфеллера. В первом же открытом архивном досье idiosyncrasies семьи выпрыгнули со страницы. Рокфеллер-старший построил Standard Oil, выжимая каждый цент из переработки и транспортировки нефти — одержимость эффективностью, которую унаследовал его сын. В одном письме младший детализирует свои годовые расходы (83 238,35 доллара, включая пожертвование в 25 000 долларов Брауновскому университету). В другом он отклоняет как ненужное предложение модернизировать конюшни за своим домом в Нью-Йорке. В третьем он благодарит отца за «весьма существенную экономию в наших домашних расходах» от поставки «спаржи на сумму 11,10 доллара».

Письмо раскрывает фирменную бережливость Рокфеллеров наряду с их исключительной привилегированностью. В то время, когда средняя зарплата фабричного рабочего составляла 20 центов в час, спаржа на 11,10 доллара была бы невообразимой роскошью для почти всех.

Ешьте богатых?

Для богатых американцев, таких как Рокфеллеры, переход от Позолоченного века к Прогрессивной эре был тяжелым испытанием. К началу 1900-х Рокфеллер был одним из самых ненавидимых людей в Америке после того, как журналисты-разоблачители раскрыли безжалостную тактику, которую он применял при строительстве Standard Oil. Уклоняясь от судебных исков и уголовных обвинений, он наблюдал, как антимонопольный федеральный иск против его любимой компании дошел до Верховного суда. В 1911 году суд единогласно вынес решение против Standard Oil, приказав разделить монополию на десятки дочерних компаний.

В письме отцу на следующий год младший жаловался на «общий дух и чувство социального и политического беспокойства в различных странах мира». Он упомянул революцию в Китае, масштабную забастовку угольщиков в Англии и президентские выборы в США 1912 года, на которых кандидаты, включая бывшего президента Теодора Рузвельта, предлагали конкурирующие планы обложения богатых налогами. Год спустя Рокфеллеры столкнулись с первыми счетами по федеральному подоходному налогу.

Угрозы были не только финансовыми. В нескольких письмах в архиве младший звучит почти параноидально, опасаясь, что итальянские анархисты могли проникнуть в штат их нью-йоркского поместья. У него были причины для беспокойства, особенно после 1914 года, когда он присоединился к отцу как один из самых ненавидимых людей в Америке. Весной того года агенты угольной компании, принадлежащей Рокфеллерам, устроили бойню бастующим шахтерам и их семьям в Ладлоу, Колорадо. Когда политики обвинили наследника в убийстве, на Верхнем Ист-Сайде Манхэттена прогремел взрыв бомбы, предназначавшейся для поместья Рокфеллеров.

Эта угроза так и не материализовалась, но Рокфеллеры и другие богатые американцы были обеспокоены. В следующем месяце младший присоединился к собранию богачей на яхте Дж.П. Моргана-младшего. После вступления США в войну несколько лет спустя ставка подоходного налога самой богатой семьи мира подскочила бы до 77%.

Сегодня, по оценкам Федеральной резервной системы, верхний 1% американцев контролирует около 32% богатства США, что является самым высоким уровнем со времен Второй мировой войны. Однако в последние несколько десятилетий часто казалось, что американцы не обеспокоены огромными состояниями среди них: как минимум столько же боготворят богатых, сколько и злятся на них. Налог на наследство в США, утвержденный в 1916 году, сегодня изобилует лазейками. Дважды американские избиратели избирали Дональда Трампа.

Но недавно появились признаки сдвига. Доля американцев, которые говорят, что восхищаются миллиардерами, упала на 8 процентных пунктов в опросе Harris Poll с середины 2024 года. Две трети теперь согласны с тем, что «миллиардеры создают более несправедливое общество», включая 57% республиканцев, и почти три четверти говорят, что они делают недостаточно со своими состояниями для улучшения общества. Общественное мнение о Маске и Трампе также испортилось: 58% относятся к каждому из них неблагоприятно, согласно недавнему опросу Pew Research Center.

В то время как богатые платят одни из самых низких ставок федерального подоходного налога за столетие, несколько штатов угрожают повысить налоги для своих самых богатых жителей. Самый заметный — Калифорния, где прогрессисты продвигают законопроект о введении единовременного 5-процентного налога на богатство миллиардеров.

Как использовать состояние

Тогда и сейчас путь к миллиардеру или триллионеру может быть концептуально прост, хотя практически редок. Основать компанию, превратить ее в глобального гиганта и сохранить значительную долю собственности. 3,3% акций Nvidia Corp. Дженсена Хуанга достаточно, чтобы сделать его одним из 10 самых богатых людей в мире. Рокфеллер владел примерно четвертью акций Standard Oil. Если бы Хуанг владел такой долей Nvidia, у нас уже был бы триллионер.

Первый миллиардер и ведущий претендент на первого триллионера по-своему интерпретировали этот путь к богатству. Маск распределяет свои ставки по нескольким компаниям и поддерживает интерес инвесторов, часто меняя их бизнес-стратегии.

Но современные мега-состояния волатильны. Маск настолько доминирует в заголовках и рейтингах богатства, что легко забыть, что он впервые поднялся на вершину индекса миллиардеров Bloomberg пять лет назад, и что его нынешнее правление как самого богатого человека в мире началось только в июне 2024 года. Когда индекс дебютировал в 2012 году, самым богатым человеком в мире был Карлос Слим. Затем Билл Гейтс, который до сих пор держит общий рекорд по продолжительности пребывания на вершине.

Гонка за триллион

Состояние Рокфеллера покоилось на более прочном фундаменте. С 1883 по 1906 год Standard Oil выплатила 550 миллионов долларов дивидендов, позволив Рокфеллеру диверсифицироваться в железные дороги, шахты, сталь и банки. К 1911 году доля Рокфеллера в Standard Oil, вероятно, составляла менее четверти его общих активов.

И все же после поражения в Верховном суде и на фоне других надвигающихся угроз казалось, что Рокфеллер-старший может никогда не стать миллиардером. Затем Европа вступила в войну, и бензиновый автомобиль взлетел, подстегнув спрос на нефть. Хотя разделенная на десятки дочерних компаний, преемницы Standard Oil выросли в цене и выплачивали щедрые дивиденды. Финансовые журналисты теперь уверяли читателей, что Рокфеллер стоит не менее миллиарда, если не двух.

Возможно, правда, что Рокфеллер больше не был миллиардером в 1918 году. Но анализ исторических данных показывает, что его состояние могло легко достичь 1,5 миллиарда долларов ранее.

Восхождение Рокфеллера к миллиарду

Лгали ли Рокфеллеры? Не обязательно. Подсчитывая свое состояние, старший мог думать о своем богатстве в более осязаемых терминах — в трубопроводах, нефтеперерабатывающих заводах и регулярных дивидендах — а не в рыночных оценках. Так называемое «бумажное богатство» может быть уничтожено колебанием рыночных настроений. То же самое можно сказать и о первом триллионере, особенно если это Маск, который убедил инвесторов оценивать его бизнес во много раз выше, чем другие компании со сравнимыми доходами и прибылью.

Но миллиард — это все еще миллиард, а триллион — это все еще триллион. Даже если они никогда не продадут свои компании, сверхбогатые сегодня могут брать кредиты под свои гигантские доли, чтобы получить наличные.

Рокфеллеры использовали свое состояние иначе. Старший пожертвовал 540 миллионов долларов на благотворительность при жизни. Другие 500 миллионов достались его семье, почти все — младшему. Ко времени смерти Рокфеллера-старшего в 1937 году в возрасте 97 лет один из самых ненавидимых людей в американской истории стал одним из самых почитаемых.

Но миллиард Рокфеллеров купил больше, чем просто популярность. Верные себе, они, казалось, выжимали каждый цент ценности из своих пожертвований. Списки небольших пожертвований Рокфеллеров заполняют тысячи страниц в архивах, а среди крупных бенефициаров — Чикагский университет, Колледж Спелман, Университет Рокфеллера, национальные парки, Музей современного искусства. Гранты Рокфеллеров преобразили социальные науки, изучение общественного здравоохранения и особенно медицинские исследования.

Сегодняшние сверхбогатые тоже могут изменить мир своей филантропией. Но большинству претендентов на триллион не нужно было бы отдавать ни цента, чтобы повлиять на нашу жизнь. Цифровые миры, где мы проводим все больше времени, находятся под их прямым контролем.

Труднее заметить, как их приоритеты могут пропитать общество, меняя то, как мы думаем и живем. Рокфеллеры были сторонниками «сухого закона», а затем, когда алкоголь снова стал легальным, тихо оказали решающую раннюю финансовую поддержку основателям движения, которое стало Анонимными Алкоголиками.

Для такого влияния нет ограничений по срокам. Чем терпеливее, добросовестнее и креативнее сверхбогатые, тем эффективнее они могут быть. Если у нас будет триллионер, очень важно, кто этот человек и что он делает с таким, казалось бы, безграничным богатством.

Бен Стиверман — обозреватель Bloomberg, специализирующийся на вопросах неравенства, богатства и состояниях миллиардеров