Проход через Ормуз подорожал: танкеры взвинтили ставки на фоне войны

ЛОНДОН (ИА Реалист). Цены на фрахт крупнотоннажных нефтяных танкеров, следующих через стратегический Ормузский пролив, более чем удвоились за неделю после начала израильской атаки на Иран. Судовладельцы отказываются рисковать и предпочитают держать суда в стороне от зоны потенциального конфликта.

По данным Clarksons Research, стоимость аренды сверхбольшого танкера (VLCC), способного перевозить до 2 млн баррелей нефти, на маршруте из Персидского залива в Китай выросла с $19 998 в сутки (накануне атаки) до $47 609 — на 138%. Для сравнения, глобальный индекс Baltic Dirty Tanker, отражающий ставки по всему миру, за тот же период прибавил лишь 12%.

Резкий рост объясняется ограничением доступного тоннажа.

«Владельцы судов ожидают ещё большего роста ставок и придерживают флот», — заявил Йоаким Ханнисдал, глава хедж-фонда Gersemi Asset Management.

Фрахт для танкеров LR2, перевозящих нефтепродукты, подскочил с $21 097 до $51 879 в сутки. Некоторые покупатели, опасаясь перебоев в поставках и иранских судов «тёмного флота» (работающих вне международной юрисдикции), переориентируются на легальные поставки из других стран Залива. Это создаёт дополнительный спрос на флот с международной сертификацией.

Тем не менее, как отметил Стивен Гордон, управляющий директор Clarksons Research, «нефтеэкспорт из региона продолжается, несмотря на рост фрахтов и премий за риск».

На этой неделе ситуация обострилась после столкновения судна Front Eagle, принадлежащего крупнейшему публичному оператору танкеров Frontline, с танкером из «тёмного флота» у выхода из Ормузского пролива. Пострадавших нет, но инцидент подчеркнул растущие риски судоходства в зоне конфликта.

Ормузский пролив остаётся ключевым маршрутом мировой нефтеторговли — через него проходит до 20% глобального экспорта нефти. Любое ограничение его проходимости мгновенно отражается на фрахтовых ставках и цене барреля.

Спекуляции вокруг иранского экспорта — лишь один из факторов. Главное — страх перед непредсказуемым сценарием: даже без реальных потерь в инфраструктуре рынок закладывает риски полномасштабной войны. Вопрос уже не в доставке, а в устойчивости всей логистической модели региона.