Как известно, брошенные своим правительством на произвол судьбы в 2012 году, сирийские курды смогли в ожесточенных боях с боевиками ИГИЛ* (организация, деятельность которой запрещена на территории РФ) не только отстоять свои территории, но и освободили от джихадистов практически весь восточный берег реки Евфрат. Де-факто на северо-востоке Сирии создан неподконтрольный Дамаску автономный район «Рожава» со своими органами самоуправления и отрядами самообороны. Основной политической организацией региона стала Партия демократического союза (ПДС), другие политические и общественные организации объединились в Курдский национальный совет (КНС).
В региональных и муниципальных органах власти и отрядах самообороны «Рожавы» есть представители и других местных этнических групп (арабы, ассирийцы, армяне и др.). Кроме того, ополченцы «Рожавы» входят вместе с вооруженными отрядами арабских племен Заевфратья в так называемый «Демократический альянс», которому продолжает оказывать логистическую и военную поддержку американский экспедиционный корпус (несколько сот военнослужащих сил специального назначения и армейская авиация).
Следует заметить, что сирийские курды не принимали участия в гражданской войне в стране и вот уже девятый год придерживаются строгого нейтралитета. Они стараются не вступать по своей инициативе в вооруженные столкновения с правительственными войсками и отрядами оппозиции. По заявлениям их лидеров, «Рожава» не требует полной независимости, регион готов сотрудничать с любыми властями в Дамаске при условии закрепления в будущей конституции государства равных прав и свобод национальных меньшинств с арабским большинством и сохранения автономного статуса региона. То есть курды видят в федерализации Сирии возможность воссоздать единое и суверенное сирийское государство.
Некоторые псевдополитики и псевдоэксперты пытаются навешивать на сирийских курдов ярлыки сепаратистов и даже террористов, коими они не являются и никогда не были. Более того, забывается, что именно курды внесли решающий вклад в разгром бандформирований ИГИЛ* и сейчас в силу своей этнической и религиозной толерантности пытаются поддерживать хрупкий мир в стране и регионе. Упреки в сепаратизме курдов звучат больше из Дамаска, а в терроризме – из Анкары. Сирийские центральные власти по-прежнему игнорируют сам факт существования национальных меньшинств в стране, пытаются силой восстановить унитарную систему государства, которая существовала в условиях военного положения и диктатуры партии Баас на протяжении около 50 лет, практически до событий «Арабской весны» 2011 года и последующей гражданской войны.
Эрдоган размахивает жупелом «национальной угрозы» турецкому государству от самого факта существования прокурдской автономии на севере Сирии. Якобы сирийские курды тесно связаны с детищем турецких спецслужб — Рабочей партией Курдистана (РПК) и нападают на вторую по численности в НАТО, полумиллионную турецкую армию, жандармерию и полицию. Несмотря на то, что за 8 лет гражданской войны в САР сирийские курды ни разу не нарушили границу с Турцией и все мелкие инциденты вдоль границы были спровоцированы самими турками, Эрдогану удалось в какой-то мере убедить Вашингтон и Москву, что надо срочно создавать в приграничных районах Сирии турецкие плацдармы и зону безопасности от 10 до 32 км глубиной.
В оккупированные турками районы (провинции Идлиб, Алеппо, административный район Африн, анклав между Рас-эль-Айном и Телль-Абъядом) вошли не только механизированные колонны ВС Турции, но были переброшены отряды сирийской вооруженной оппозиции и боевики радикальных исламистских группировок. Курдским ополченцам и местным жителям был нанесен значительный урон убитыми и ранеными, разрушены и разграблены жилища курдов, десятки тысяч семей вынуждены были покинуть свои дома и спасаться бегством. Эрдоган грозится переместить в эти районы свыше миллиона сирийских беженцев из лагерей на турецкой территории.
Чтобы избежать дальнейшего кровопролития, курдские ополченцы отошли вглубь сирийской территории до 30 км и согласились с вводом в ряд приграничных районов на северо-востоке страны правительственных войск, а также совместных российско-турецких военных патрулей на бронемашинах. Что касается органов самоуправления и всей структуры «Рожавы», то они остались неприкосновенными.
Не собираются также курды передавать под контроль Дамаска или его наемников месторождения нефти и газа на восточном берегу реки Евфрат. Логика курдов проста и понятна: курдские ополченцы и местные племена являются полноправными сирийскими гражданами и до принятия новой конституции и формирования коалиционного правительства вправе распоряжаться своими природными богатствами. Несмотря на начало работы Конституционного комитета в Женеве в конце ноября-начале декабря 2019 года, у курдов остаются большие сомнения в его эффективности и в том, что в ближайшие годы сирийский кризис будет преодолен. Оснований к такому скептицизму больше, чем достаточно.
Начнем с того, что делегатов от «Рожавы» в Конституционный комитет не включили. Асад, Эрдоган, иранские аятоллы и сирийская оппозиция по-прежнему считают, что будущую Сирию они могут строить без учета мнения ее курдского народа. Турецкие, арабские и иранские националисты «наступают на грабли» своих предшественников — колонизаторов типа Сайкса и Пико, которые лишили курдов права создать свое государство.
Другим камнем преткновения остаются прямо противоположные позиции сторон: Асад и его сторонники хотели бы сохранить существовавшую ранее конституцию, внеся в нее лишь небольшие, декоративного характера, поправки. Ими не допускается никакого федерализма, они считают, что государство должно сохраниться арабским и унитарным. Партия Баас сохраняет свои позиции правящей партии. Открыто не говорится, но подразумевается, что проиранский арабо-алавитский клан должен безусловно сохранить свое доминирующее положение во власти.
И, если оппозиция предлагает ограничить временными рамками начавшийся процесс работы Конституционного комитета, чтобы ускорить достижение мира в стране, то представители Асада от этого уклоняются, всячески затягивают начавшиеся переговоры, без видимых причин покидают Женеву, предлагают перенести следующие раунды встреч рабочих групп в Дамаск. Похоже, что Асад намерен провести предстоящие очередные парламентские выборы 2020 года в рамках прежней конституции, а может быть дотянуть и до президентских выборов 2021 года. Чтобы ослабить давление на власть оппозиции, сторонники Асада пытаются также причислить к террористам все отряды вооруженной оппозиции, в том числе и нейтральных курдов, и требуют их незамедлительного разоружения.
Оппозиция же считает, что правительство Асада продолжает вести войну против своего народа, ее лидеры требуют незамедлительного прекращения боевых действий, вывода иностранного шиитского военного контингента (КСИР Ирана, «Хезболлу», наемников из других стран), коренного пересмотра статей конституции, создания нового демократического государства. Лидеры оппозиции рассчитывают на то, что любые свободные выборы с участием 7 млн беженцев и 7 млн жителей неподконтрольных Асаду территорий приведут к смене власти в стране (всего население Сирии сегодня составляет около 20 млн чел.). По мнению оппозиции, правящая верхушка арабо-алавитского меньшинства (около 12% населения) вынуждена будет уступить власть представителям арабо-суннитского большинства (65% населения). Эти планы сирийской оппозиции поддерживает Турция и большинство арабских государств.
Таким образом, ситуация в Сирии по-прежнему остается весьма сложной и запутанной. Асад и его спонсоры в Тегеране не хотят добровольно делиться властью, а сирийская оппозиция и ее зарубежные партнеры не намерены прекращать борьбу за «свое место под сирийским солнцем». Созданный с таким трудом Конституционный комитет пока играет лишь роль ширмы для продолжения ожесточенной борьбы за власть, территории и ресурсы Сирии. Сирийским курдам не остается ничего другого как сохранять нейтралитет в сирийском конфликте и пытаться наладить диалог, как с Дамаском, так и с оппозицией. Выжить и сохранить завоеванный в боях автономный статус на сегодня является приоритетной задачей «Рожавы». Успехам региона на этом направлении будет способствовать укрепление единства основных курдских политических сил (ПДС и КНС) и сохранение их союза с арабскими племенами Заевфратья.
* — организация, деятельность которой запрещена на территории РФ
Станислав Иванов — кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра международной безопасности ИМЭМО РАН, специально для ИА «Реалист»
