ВАШИНГТОН (ИА Реалист). Администрация Трампа близка к заключению сделки, которая может более чем вдвое увеличить доказанные запасы нефти США.
Переговоры с Венесуэлой предусматривают долгосрочный доступ к 17 месторождениям, включая новые участки в поясе Ориноко и зрелые промыслы на озере Маракайбо.
Юридической моделью рассматривается аренда на срок до 100 лет, а извлекаемые запасы оцениваются в 90 млрд баррелей — треть от общих доказанных запасов Венесуэлы.
17 месторождений и вековая аренда
По данным Reuters, в списке обсуждаемых объектов фигурируют 17 месторождений. Среди них — как неразработанные участки в богатейшем нефтеносном поясе Ориноко, так и зрелые промыслы на озере Маракайбо, часть которых в настоящее время контролируется небольшой китайской компанией, получившей контракт ещё при администрации Мадуро.
В качестве юридической модели рассматривается аренда месторождений сроком до 100 лет с последующим аукционом или тендером для распределения участков между американскими производителями.
По оценкам Axios, речь идёт о месторождениях с извлекаемыми запасами около 90 млрд баррелей, что составляет треть от общих доказанных запасов Венесуэлы (около 300 млрд баррелей). Источники называют сделку «исторической», способной более чем удвоить доказанные запасы США.
Юридические и конституционные риски
Действующее венесуэльское законодательство об углеводородах не предусматривает аренду нефтяных участков, а конституция закрепляет основные виды деятельности отрасли за государством.
Хотя недавние реформы разрешают разработку через совместные предприятия и соглашения о разделе продукции, десятилетиями правительство Венесуэлы не позволяло иностранным производителям ставить запасы страны на свой баланс.
| Аспект | Детали |
| Количество месторождений | 17 |
| Извлекаемые запасы | ~90 млрд баррелей (⅓ от общих запасов Венесуэлы) |
| Модель | Аренда до 100 лет |
| Риски | Конституционный вызов, законодательные ограничения |
| Участники переговоров | Госсекретарь Марко Рубио, глава Минэнерго Крис Райт, и.о. президента Венесуэлы Делси Родригес |
По оценкам экспертов, предстоящее соглашение может вызвать конституционные вопросы и столкнуться с юридическими вызовами. Однако стороны, судя по всему, готовы к этим рискам: переговоры ведутся на высшем уровне, а госсекретарь Марко Рубио и глава Минэнерго Крис Райт лично вовлечены в процесс.
Мотивы Вашингтона: выборы, резервы и геополитика
Администрация Трампа находится под давлением в преддверии ноябрьских промежуточных выборов на фоне роста цен на бензин. Сделка с Венесуэлой могла бы смягчить эту проблему через более дешёвые поставки сырья.
Кроме того, Вашингтон остро нуждается в пополнении Стратегического нефтяного резерва (SPR), который сейчас содержит всего 290 млн баррелей — около 41% от общей вместимости. Это рекордно низкий уровень за последние 40 лет, достигнутый после масштабных продаж в связи с конфликтами на Украине и в Иране.
Геополитический контекст также играет ключевую роль: одновременно Венесуэла рассматривает возможность выхода из ОПЕК, укрепляя отношения с США. Если сделка состоится, она станет центральным элементом так называемой «доктрины Донро» — стратегии энергетической гегемонии США в Западном полушарии.
Стороны и перспективы
Переговоры с венесуэльской стороны ведёт исполняющая обязанности президента Делси Родригес, чьё правительство было приведено к власти после операции США по задержанию Николаса Мадуро в январе 2026 года.
Вашингтон стремится подчеркнуть, что сделка принесёт выгоду венесуэльскому народу, опасаясь критики в адрес Родригес за «раздачу» природных богатств страны.
О точных сроках подписания не сообщается, но ожидается, что министр энергетики Крис Райт посетит Каракас уже на следующей неделе.
Нефтяной ренессанс или колониальный захват?
Сделка Вашингтона и Каракаса может стать крупнейшей энергетической перестройкой в Западном полушарии со времён национализации нефтяной отрасли Венесуэлы в 1970-х годах.
Администрация Трампа фактически предлагает модель, при которой американские компании получают доступ к крупнейшим в мире доказанным запасам нефти в обмен на инвестиции и восстановление разрушенной отрасли.
Однако остаются открытые вопросы: сможет ли сделка преодолеть конституционные барьеры и сопротивление внутри Венесуэлы? Не станет ли она инструментом политического давления на Каракас в обмен на доступ к ресурсам? И главное — не приведёт ли этот «нефтяной ренессанс» к новой зависимости Венесуэлы от Вашингтона, которая окажется не менее тяжёлой, чем прежние санкционные ограничения?
Ответы на эти вопросы будут зависеть от того, насколько быстро стороны смогут согласовать юридические детали — и насколько далеко готов зайти Вашингтон в своём стремлении обеспечить энергетическую безопасность за счёт ресурсов соседней страны.
