В Армении начинаются серьёзные экономические преобразования. Как-то главный редактор ИА «Реалист» Саркис Цатурян в эфире «Первого канала» рассказал о мечте, чтобы «экономику повернули лицом к людям». Этот процесс стартовал. Правда, не в России, а в Армении.
По поручению премьер-министра Никола Пашиняна вице-премьеры Мгер Григорян и Тигран Авинян готовят изменения в Налоговом кодексе, которые будут внесены в парламент Армении с началом осенней сессии. Их цель – сократить количество налогов, а некоторые снизить, чтобы создать максимально благоприятные условия для ведения бизнеса, особенно ориентированного на экспорт. В обсуждениях законопроекта принимают участие и многие предприниматели. Власти стараются выслушать предложение и мнение максимального количества лиц, интегрированных и интегрирующихся в процесс.
Подход Пашиняна очень прост и не является новинкой. На английском он звучит как inclusive economy (инклюзивная экономика). В чём её суть? Вовлечь максимальное количество людей в производство общего продукта, благами которого бы пользовались максимальное количество граждан. Эта модель полностью противопоставлена системе, сформированной при Роберте Кочаряне, когда «экономика избранных» достигла своего пика.
«Наша экономика пока не инклюзивна. Что мы под этим имеем в виду? Например, какая-то компания добывает горную руду, экспортирует её и получает сверхприбыль. На обычных гражданах это особо не сказывается. На такой вид деятельности мы, скорее всего, повысим налоги. А для производств, наоборот, создадим максимально льготные налоговые условия. Нам не нужно с протянутой рукой идти и просить благотворительности. Необходимо эту парадигму изменить. Вместо благотворительности – инвестиции и работа. Другими словами – обогащайся и обогащай. Государство создаст равные и максимально благоприятные условия, чтобы люди зарабатывали, становились богаче, генерировали налоги, в результате чего и будет обогащаться само государство. Я очень рад, что много людей быстро улавливают эту логику», – сказал Пашинян во время своего рабочего визита в Тавушский регион, где он встречался не только с представителями бизнеса, но и во многих городах и селах с обычными люди на площадях.
Для реализации этой концепции ключевым Пашинян считает несколько факторов.
Первый – снижение издержек через борьбу с коррупцией и разрушение искусственных монополий в разных сферах. В этом направлении за три месяца работы нового правительства уже достигнуты серьезные успехи. В государственных структурах, полиции и таможне искоренена практика взяточничества. Разрушена монополия на ввоз товаров в Армению. Например, сахара.
Второй – изменения в Налоговом кодексе. Пашинян дал поручения вице-премьерам разработать такой Налоговый кодекс, который создаст максимально благоприятные условия для бизнеса, особенно ориентированного на производство с последующим экспортом. В условиях Армении с населением в 2,8 миллиона невозможно делать стратегически упор на внутренний спрос и потребление.
Третий – снижение издержек с помощью улучшения инфраструктуры, которая автоматически приведёт к удешевлению логистики. Например, за счёт снижения коррупционных издержек в министерстве транспорта найдены дополнительные деньги на строительство и улучшение дорог, связывающих Армению и Грузию. После вступления в ЕАЭС – 145-миллионный российский рынок ключевой для сбыта армянской продукции. Однако есть определенные логистические проблемы как в самой Армении, так и за её пределами.
Если в самой Армении их решить проще, то за её пределами — гораздо сложнее. Перевозкам армянских грузов через Верхний Ларс, где велика нагрузка и зимой возникают сложности в силу природных условий, нужна альтернатива. Усилия армянского правительства направлены на то, чтобы задействовать ещё одну дорогу, а также постепенно подобраться к вопросу возобновления железнодорожного сообщения через Абхазию. Но путь к решению этой проблемы лежит больше в плоскости российско-грузинских отношений и связанных с ними политических проблем вокруг Абхазии и Южной Осетии (одна из альтернативных дорог лежит через Южную Осетию).
Другой потенциальный рынок сбыта – 80-миллионный Иран. У Армении и Ирана хорошие политические отношения. Но иранский рынок в силу теократического государства и протекционистских мер специфичен. Например, поставлять туда спиртные напитки (коньяк, вина) или табак невозможно. Предстоящий в августе визит Пашиняна в Тегеран в основном будет иметь значение с точки зрения попытки максимальной активизации экономических отношений.
В контексте двух этих направлений сбыта нельзя обойти стороной проект строительства трассы Север-Юг, соединяющей грузинскую и армянскую границы Армении. При её реализации привлекательность Армении как транзитной страны резко вырастит и, естественно, снизятся издержки. Однако при прежней армянской власти, которая и наметила эту трассу, проект превратился в грандиозную аферу с тотальным воровством взятых на него кредитных денег. Уже возбуждено уголовное дело, чтобы выявить масштабы хищений и возможность возврата украденных средств.
Четвертый и, может, ключевой – изменения ментальности людей. Армяне по своей натуре единоличны и предприимчивы. Однако часть населения, родившаяся и выросшая при Советском Союзе, находится в той мысленной парадигме, что придёт государство, построит огромный завод или организует колхоз, а люди там будут работать. Модель при Роберте Кочаряна было несколько иная, но чем-то схожая. Организует крупный олигарх свой бизнес, а люди будут работать на него. Пашинян не только конкретными мерами, но поездками по всей стране и непосредственным общением с гражданами пытается поменять это мышление и мотивировать людей на конкретные действия, которые государством будут всячески поощрены. Например, призыв мелким фермерам идти на кооперацию друг с другом для того, чтобы объединить усилия, стать более эффективными и конкурентоспособными.
Порочная армянская экономическая модель, которая начинает меняться на наших глазах, окончательно оформилась при втором президенте Кочаряне. Так называемый «экономический бум» Кочаряна был основан на двух составляющих.
Первая – денежные трансферы из-за границы, в основном из России от армян своим родственникам. В 2000-е годы по мере роста цен на нефть рос и достаток в России, благодаря чему российские армяне с каждым годом отправляли больше денег своей родне и скупали недвижимость в Армении. Из-за этого фактора в Армении нагревался внутренний спрос, что позволило избранным к президенту олигархам, в основном за счет импорта товаров и строительства, обогащаться. Сам Кочарян стал верхушкой олигархической пирамиды и, по оценкам многих экспертов, миллиардером и самым богатым человеком в Армении. Его семье напрямую или через аффилированные структуры принадлежат многочисленные активы в армянских банках и предприятиях, зарубежных компаниях, а также в таком промышленном гиганте, как Каджаранский медно-молибденовый комбинат.
Вторая – крупные пожертвования армянской диаспоры. За счёт восстановления отношений и союза с партией «Дашнакцуцюн», запрещенной при Левоне Тер-Петросяне, и фигуре министра иностранных дел Вардана Осканяна, удалось привлечь большие деньги в качестве пожертвований для Армении. Покойный американский миллиардер армянского происхождения Кирк Керкорян стал основным донором. Но поскольку уровень коррупции и воровства при Кочаряне достигали фантастических размахов, в дальнейшем у диаспоры отпало всякое желание помогать исторической родине. Существенная часть выделяемых денег попросту разворовывалась.
Мировой финансовый кризис-2008/09 годов развенчал миф о «экономическом чуде» Кочаряна. Из-за нехватки дешевых кредитов лопнул строительный пузырь. В связи с подающим уровнем благосостояния в России сократились трансферты в Армению, в результате чего перестал работать мультипликативный эффект и начал падать внутренний спрос со всеми вытекающими последствиями. А крупные доноры из диаспоры уже не собирались жертвовать денег – потеряли доверие.
По сути дела Кочарян, который перманентно кичится своими экономическими успехами, создал тупиковую модель, позволившую обеспечить тактический рост за счёт стимулирования извне внутреннего спроса. И эта система, благодаря которой второй президент и приближенные к нему олигархи сказочно разбогатели, со стратегической точки зрения создала громадные проблемы. В 2009 году Армения стала одним из рекордсменов по уровню падения экономики – минус 14 процентов ВВП. Из экономического тупика, организованного Кочаряном, его преемник Серж Саргсян выйти так и не смог. Не справился со снижением коррупционных издержек, не установил равных условий для всех участников экономического процесса и не сумел вернуть доверия диаспоры.
«Мы гарантируем безопасность любых законных инвестиций в Армению. Наша задача сделать всё возможное, чтобы проекты увенчались успехом. И речь не только о новых инвестициях, но и тех, которые уже осуществлены и развиваются. Условия к предпринимателям только одно – работать в рамках закона», – твердит Пашинян.
Если представители среднего класса из армянской диаспоры, вдохновленныё бархатной революцией, уже делают шаги в сторону возвращения на родину и инвестиций на уровне мелкого и среднего бизнеса, то крупный капитал пока не спешит. По понятным причинам. Переходный период, когда транзит власти не завершен, сопряжен с определенной турбулентностью. А большие деньги любят тишину, которая наступит, скорее всего, в апреле после парламентских выборов.
Неспроста же многие контрреволюционные элементы нынче пытаются объединиться вокруг фигуры Кочаряна. Их мир, созданный при втором президенте и обеспечивавший им максимальные материальные блага, рушится.Артуш Мкртчян – журналист, специально для ИА «Реалист»
