Что дальше? О политических последствиях инициативы кабинета министров корреспонденту ИА “Реалист” рассказал ведущий аналитик Агентства политических и экономических коммуникаций Михаил Нейжмаков:
“Реакция политиков на “пенсионную реформу” отражает важные парадоксы любой крупной протестной кампании: общественное недовольство далеко не всегда гарантирует массовость уличных акций, широкий резонанс по проблеме не отменяет фрагментированного характера протеста, а стремление разных оппозиционных сил закрепить за собой тему может повысить спрос на альтернативную повестку.
К 22 июня мы видим, что наиболее многолюдные митинги против пенсионной реформы прошли под эгидой не партий, а региональных объединений профсоюзов, входящих в ФНПР. Так, сообщалось, что соответствующая профсоюзная акция в Красноярске собрала около 1000, а в Барнауле – несколько сотен человек. Для сравнения, в митинге КПРФ в Тамбове по схожей теме, по данным СМИ, приняло участие несколько десятков человек. Причина здесь, видимо, в том, что на такие акции сейчас выходит, в большей степени, актив данных организаций – и у профсоюзов, в этом смысле, больше мобилизационных возможностей. Вовлечение в эти акции более широкой общественности явно затруднено. Скорее всего, мобилизовать на такие акции представителей старших возрастов будет трудно, в том числе из-за дачного сезона.
На первый взгляд, Алексей Навальный, который может опереться на более молодых, привыкших к уличным акциям, нередко готовых приезжать на митинги в другие города и мобилизуемых через соцсети сторонников, получает определенные преимущества при проведении собственной «пенсионной» кампании. Однако и здесь результат по массовости акций, насколько можно судить предварительно, может быть заметно скромнее, чем в ходе майских митингов под его же эгидой. Для аналогии вспомним, что достаточно скромными по численности были в свое время региональные митинги против “пакета Яровой” (также пример мобилизации более молодой и либеральной протестной аудитории в середине лета) – такие акции, проходившие 26 июля 2018 года в Санкт-Петербурге и Новосибирске собрали 150-300 (по разным оценкам) и около 300 участников соответственно.
Выделялся по массовости тогда столичный митинг против данного закона, прошедший 9 августа 2016 года (около 2600 участников по данным организации “Белый счётчик”, около 2000 по некоторым другим независимым оценкам), но и это заметно меньше, чем было на крупнейших либеральных акциях в столице вне отпускного сезона. Тут можно возразить, что сопоставлять реакцию на пенсионную реформу и “пакет Яровой” не вполне корректно, так как эти меры затрагивают разные сферы и вызвали разный уровень резонанса (“Левада-центр” по итогам исследования, проведенного 22-25 июля 2016 года, отмечал, что только 10% опрошенных внимательно следили за принятием последнего, а 62% ничего о нем не слышали). Но дело в том, что при работе с молодежной либеральной аудиторией мобилизация в связи с “пенсионной” темой может оказаться как раз более сложной задачей.
При этом слухи о “смерти” парламентской оппозиции, несколько упустившей инициативу на старте пенсионной реформы, сильно преувеличены. Да, сейчас непарламентские силы включились в “пенсионную” протестную кампанию едва ли не активнее, чем парламентские (кроме Навального, отметим активность на этом направлении со стороны “Яблока”). Но, судя по всему, на уличные акции каждая из этих сил сможет мобилизовать, главным образом, свою нишевую аудиторию. Кроме того, представители разных оппозиционных сил выступают с примерно одинаковыми лозунгами и инициативами по проблеме (скажем, идею провести референдум по данному вопросу высказали представители и КПРФ, и “Яблока”). Поэтому к сентябрю мы, вполне возможно, уже увидим возросший уровень усталости избирателя от “пенсионной темы”. Шанс выделиться могут получить как раз те политические силы, которые предложат какую-то другую повестку, по крайней мере, в качестве дополнительной. Причем, это может быть и дифференцированная повестка для разных регионов.
На этом может сыграть и “Единая Россия”, в частности, снова обозначившая внимание к “решению проблем локальных территорий и сообществ”, о чём не так давно говорил секретарь Генсовета этой партии Андрей Турчак. Хотя обещания властей почти всегда воспринимаются общественностью с той или иной долей скепсиса (как пел Высоцкий, “а к хорошим слухам люди не привыкли, говорят, что это выдумки и чушь”), их стремление сбить тревожность среди ключевых групп лояльного электората (отметим обещание роста пенсий 2019 году) также может принести свои плоды, работая на снижение рисков, стоящих перед этой партией накануне региональных выборов”.
Михаил Нейжмаков – ведущий аналитик Агентства политических и экономических коммуникаций, специально для ИА “Реалист”
