О союзе России и Ирана с новой силой заговорили после визита Владимира Путина в Тегеран 1 ноября с.г., где состоялась его встреча с главами ИРИ и Азербайджана. В основном президенты обсуждали вопросы экономического характера, а именно сотрудничество прикаспийских государств в сфере энергетики. Однако немало внимания было уделено и сирийской проблеме, в решении которой Россия и Иран выступают на одной стороне. После этих переговоров прошло еще множество международных форматов, которые так или иначе были посвящены сирийскому урегулированию. А также ряд событий на сирийском театре военных действий, которые способствовали более полному представлению о том, о чем еще полгода назад говорить было невозможно – когда этот ужас закончится.
Так, 20 ноября в Сочи состоялась встреча Владимира Путина и президента Сирии Башара Асада. 21 ноября было объявлено о скором завершении военного противостояния и постепенном переходе к политическому урегулированию. Первым шагом подготовки Сирии к мирной жизни, по идее, должен стать конгресс народов Сирии, который планируется провести в Сочи. Но очевидно, что без Ирана всего этого вряд ли удалось бы добиться. Ценой тысяч иранских жизней, вопрос о деэскалации конфликта в Сирии наконец сдвинулся с мертвой точки. И не удивительно, что это крайне не устраивает основных оппонентов Тегерана – США, Израиль и Саудовскую Аравию. Чем очевиднее и внушительнее победы Ирана и России в Сирии, тем решительнее настроены противники, предпринимающие попытки затянуть войну в САР и развязать новую бойню в Ливане, параллельно дискредитируя роль Ирана и “Хезболлы” в регионе, а также пытаясь давить на Россию, чтобы она, в свою очередь, повлияла на Иран.
Однако вместо того, чтобы способствовать выводу бойцов “Хезболлы” с территории Сирии, министр иностранных дел России Сергей Лавров призывает уйти оттуда американцев, которые заявили о своем намерении остаться на севере САР и после разгрома террористов “Исламского государства” (организация, запрещенная на территории РФ). В то время, как с Ираном ведется диалог в рамках трехстороннего Астанинского формата (Россия-Иран-Турция), а в Иране проходит конференция “Иран и Россия: пять веков сотрудничества”, официальный представитель российского МИД России Мария Захарова посвящает полуторачасовой брифинг двуличию американской политики на Ближнем Востоке, называя США “оккупантами”. “Мы с удивлением услышали высказывания министра обороны США Джеймса Мэттиса в беседе с представителями американской прессы, что вооруженные силы США находятся в Сирии – цитата: “С разрешения ООН”. О каком мандате ООН конкретно идет речь, кто и когда его выдал?”, – спросила Захарова.
Как бы не пытались столкнуть лбом Москву и Тегеран, играя в том числе и на экономических струнах, Россия продолжает настаивать на том, что заинтересована исключительно в партнерстве с Ираном. 14 ноября Третий комитет Генеральной Ассамблеи ООН принял резолюции, касающиеся Ирана, Сирии и КНДР. Речь идет об обвинениях в нарушении прав человека. Россия не поддержала ни одно из них, высказавшись категорически против таких инициатив. Примечательно, что 15-страничный документ по Сирии вынесла на голосование Саудовская Аравия. Эр-Рияд осудил Дамаск за нападение на гражданское население, применение химоружия, тяжелых вооружений, бомбардировок с воздуха и так далее. В свою очередь, Иран обвинили в покушении на свободу слова, совести, религии и убеждений, а также в чрезмерном количестве смертных приговоров.
По воле ли накладывающих санкции или же против нее, но сложившиеся обстоятельства еще теснее связывают Москву и Тегеран. Ведь относительно отношений России и Запада, большинство экспертов уверены, что они находятся в стадии новой холодной войны. И чем дальше, тем хуже. В связи с этим очевидно, что Россия намерена заниматься дальнейшим укреплением связей с Востоком. В особенности с Ираном, где прослеживаются аналогичные тенденции. Так, президент Хасан Рухани, пришедший к власти на волне идей о сближении с Западом и повороте к “цивилизованному миру” лицом, потихоньку отклоняется от этого курса, идя на сближение с консервативным лагерем.
Антииранская риторика Трампа побудила Рухани согласиться со своими внутренними оппонентами и перестать говорить о налаживании связей с США. Например, параллельно с этим работы по восстановлению пострадавших от недавнего землетрясения районов были переданы в ведомство Корпуса стражей исламской революции. Это весьма необычно, учитывая некогда антиксировскую риторику президента. Это также заставляет думать, что альтернативой сближению с Западом станет сближение с Россией, несмотря на определенную экономическую конкуренцию. Ранее иранский министр иностранных дел Мохаммад Джавад Зариф подчеркнул, что развитие российско-иранских отношений полезно не только для Москвы и Тегерана, но и для Центральной Азии и Ближнего Востока, так как является залогом безопасности в этих регионах. И, видит Бог, Сирия тому яркое доказательство.
Аббас Джума – журналист-международник, специально для Экспертной трибуны “Реалист”
