КАБУЛ (ИА Реалист). Завершилось 20-летнее присутствие войск США и НАТО в Афганистане и, свергнутое ими в 2001 году радикальное исламистское движение «Талибан»* (организация, деятельность которой запрещена в РФ) вновь пришло к власти. Что можно ожидать от очередной смены правящего режима в этой стране и регионе в целом? Насколько прочны позиции талибов в многонациональном афганском государстве и смогут ли они вывести его из сложившегося на сегодня тяжелого финансово-экономического и социального кризиса?
Ответить на эти вопросы и спрогнозировать ситуацию в Афганистане весьма не просто, для этого приходится решать уравнение со многими неизвестными. И все же, несколько вариантов развития событий в этой стране наиболее вероятны.
Самым благоприятным для самих афганцев и мирового сообщества был бы вариант мирного решения всех проблем афганского общества, достижение консенсуса между племенами, конфессиями и различными политическими силами. Не исключено, что талибы учтут негативный опыт своего пребывания у власти в 1996-2001 гг. и постараются избежать прежних ошибок. Если талибы будут придерживаться достигнутого в Дохе мирного соглашения и не допустят новых преступлений против человечности, решительно отмежуются от всяких контактов и связей с «Аль-Каидой» и другими террористическими группировками, то со временем они смогут добиться исключения из списка террористических организаций ООН и отдельных стран, получить международное признание, необходимую помощь и поддержку из-за рубежа.
Сейчас Афганистан оказался на грани гуманитарной катастрофы по ряду причин (развал экономики и госуправления, засуха в ряде провинций, замораживание зарубежных счетов и активов, приостановка гуманитарной помощи и т.п.). Чтобы закрепиться у власти, правительство талибов должно предоставить равные возможности в новом государстве всем афганцам, независимо от их племенной и религиозной принадлежности, включая бывших госслужащих, военных, представителей других силовых структур и женщин. Было бы желательным интегрировать во власть представителей всех национальных меньшинств.
Пока еще в стране мало делается для реализации первого сценария, поэтому сохраняется угроза гуманитарной катастрофы и нового вооруженного конфликта. Если талибы продолжат курс на узурпацию власти, насильственное навязывание афганскому обществу догм радикального ислама и законов шариата, будут преследовать инакомыслящих, сторонников прежних режимов и т.д., то страна может опять погрузиться в атмосферу хаоса и насилия, в таком случае нельзя исключать и возобновления гражданской войны.
Положение осложняется тем, что лидеры талибов в Кабуле на словах декларируют приверженность Дохийскому соглашению и обещают защиту прав и свобод всех афганцев, а на местах полевые командиры совершают казни и расправы над бывшими военными, полицейскими и мирными жителями. Лишаются завоеванных ими ранее прав женщины, под жесткий контроль берутся СМИ и все учреждения культуры. У талибов отмечается определенная эйфория от легкой победы, появления в их руках огромных арсеналов самого современного оружия, включая бронетехнику, артиллерию, системы ПВО, авиацию, беспилотники и др.
С повестки дня региональной безопасности не снимается террористическая угроза с афганского направления. Наряду со слабо управляемыми из Кабула, радикально настроенными отрядами талибов, которые открыто выражают свое недовольство «соглашательской политикой» лидеров движения и даже обвиняют их в предательстве, в стране сохраняются и ячейки «Аль-Каиды»* (организация, деятельность которой запрещена в РФ), отряды боевиков «Исламского государства»*, других террористических организаций типа «Исламского движения Узбекистана»*, «Исламского государства Хорасан»* и «Исламской партии Туркестана»*.
Особую опасность эти бывшие союзники талибов представляют для стран Центральной Азии: Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана, протяженность границ которых с Афганистаном составляет более 2 тыс. км. Джихадисты могут использовать потоки беженцев, которые пытаются найти временное убежище в сопредельных государствах. При этом существует угроза проникновения групп террористов в Россию и Китай. В частности, Пекин беспокоит деятельность группировок радикальных исламистов в Синьцзян-Уйгурском автономном районе, расположенном на северо-западе страны, где проживает более 10 млн уйгуров-мусульман. В этой связи и России, и Китаю крайне важна стабилизация ситуации в Афганистане. Следует также учитывать, что с приходом к власти в Кабуле талибов наркотрафик с афганского направления никоим образом не уменьшается, есть опасения, что он может даже увеличиться.
Несмотря на неясность в намерениях и последующих действиях лидеров талибов, большая часть заинтересованных в стабилизации ситуации в этой стране государств прилагает значительные усилия по недопущению гуманитарной катастрофы в Афганистане и не отказывается от контактов с представителями ДТ. ООН, ЕС, ШОС и другие международные организации оказывают адресную гуманитарную помощь наиболее пострадавшим от засухи районам страны, на повестке дня стоит и вопрос снятия ограничительных санкций с движения «Талибан». Китай пытается продолжить взаимовыгодное сотрудничество по ранее заключенным проектам, Россия ведет активный диалог с представителями талибов и тоже оказывает гуманитарную помощь. Из соседних стран наибольшую активность в налаживании сотрудничества с новыми властями в Кабуле проявляют Пакистан и Узбекистан.
Есть определенные предпосылки к тому, что все же общими усилиями мирового сообщества удастся сохранить мир в этой многострадальной стране.
*организация, деятельность которой запрещена в РФ
Станислав Иванов — кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра международной безопасности ИМЭМО РАН, специально для ИА Реалист
