ТЕГЕРАН (ИА Реалист). В Иране — крупнейшая за последние годы забастовка в транспортной отрасли: более 135 городов, тысячи водителей грузовиков, такси и фургонов прекратили работу, выдвигая требования по снижению цен на топливо, страхование и поставку запчастей. Но за экономическими лозунгами — политический кризис.
Как отмечает Фуад Кейхосрави, представитель Конфедерации иранских профсоюзов в изгнании, многие рабочие рассматривают забастовку как шанс для более широкой гражданской неповиновения:
«Многие понимают, что их требования не могут быть решены в рамках существующей политической системы».
Протест уже вынудил парламентскую транспортную комиссию отказаться от трёхуровневой схемы ценообразования на дизель и пообещать перерасчёт квот, страховое покрытие и доступ к запчастям. Но активисты считают это уступками на поверхности.
Особенность нынешней акции — небывалая широта: к традиционным протестующим водителям грузовиков присоединились таксисты, фрилансеры, водители без собственного транспорта, объединившись в единое социальное давление на режим.
По данным активистов, если забастовка разрастётся, она может охватить до миллиона работников и парализовать не только логистику, но и значительную часть экономики страны.
С 2022 года, после смерти Махсы Амини, Иран живёт в условиях постоянного социального напряжения. На этом фоне даже профсоюзный протест способен быстро выйти за рамки профсоюзной повестки.
Организация забастовки ведётся преимущественно через мессенджеры и соцсети — в обход традиционных профсоюзов, которые в Иране запрещены. Это делает движение гибким и децентрализованным, но и уязвимым.
То, что началось как протест дальнобойщиков, уже не выглядит как частная акция сектора. Это сигнал о растущем классовом давлении и истощении терпения на фоне санкций, инфляции и отсутствия политических каналов для переговоров. Даже если власть пойдёт на уступки, это не снимет фундаментального вопроса — кто управляет страной и в чьих интересах. Иран снова приближается к точке кипения.
