ВАШИНГТОН (ИА Реалист). Африканские лидеры из-за отсутствия общественного контроля и политической этики зачастую используют партнерские отношения с Китаем для продвижения своих личных интересов, считает научный сотрудник Африканского центра стратегических исследований Пол Нантуля.
В основе китайской политики в Африке лежит система неформальных связей гуаньси. Она представляет собой дружеские, клановые и семейно-родственные связи, но не несет в себе отрицательной окраски и обозначает помощь, поддержку, услугу. Эта система является противоположностью официальной структуре, но не противоречит ей. В Китае многие современные фирмы, организации и система власти по-прежнему строится на создании преференций для людей из своей провинции, уезда или клана.
«Гуаньси — некий «социальный кредит», который свидетельствует о вашем личном статусе. Это и ваш потенциал, который вы можете привлечь себе на помощь, если это однажды понадобится. Порою гуаньси оказываются важнее, чем профессиональные навыки, знания, опыт работы. И хотя сегодня их роль постепенно уменьшается, гуаньси в Китае, как и в любом азиатском обществе, продолжают играть главенствующую роль во всех делах», — так описывает китайскую систему российский китаевед Алексей Маслов.
Научный сотрудник Африканского центра стратегических исследований подчеркивает, что «чистый эффект от гуаньси заключается в том, что африканские элиты получают финансовую выгоду и укрепляют свои сети покровительства, в то время как китайские фирмы получают выгоду, увеличивая свое политическое влияние. Короче говоря, это «беспроигрышный» вариант — для вовлеченных лиц».
Изучение географии китайской иностранной помощи в Африке показало, что проекты, финансируемые Китаем в 49 странах в период с 2000 по 2012 год, с гораздо большей вероятностью распределялись по регионам, в которых родились африканские президенты.
«С 2000 по 2021 год африканские страны заключили 1141 финансовую сделку с различными китайскими политическими и коммерческими банками, государственными предприятиями, дипломатами и бизнес-элитами. Общественный надзор за такими инструментами и раскрытие условий этих соглашений были скорее исключением, чем нормой», — добавил Пол Нантуля.
Железная дорога Madaraka Express стоимостью $3,6 миллиарда — самый дорогой проект Кении с момента обретения независимости —пример того, как африканские лидеры умело использовали гуаньси для собственной выгоды. Madaraka Express был детищем кенийского предпринимателя Джимми Ванджиги, который имел тесные связи с Китаем и высокопоставленными кенийскими чиновниками. Он представил Китайскую корпорацию по строительству дорог и мостов правительству Кении в 2008 году для заключения сделки.
