НЬЮ-ЙОРК (ИА Реалист). Америка перестает быть страной, куда стремятся переехать, и превращается в государство, которое хотят покинуть. Впервые со времен Великой депрессии США зафиксировали отрицательное чистое сальдо миграции: страну покинуло около 150 тысяч человек больше, чем въехало. Джордж Клуни, перебравшийся во Францию, стал символом новой тенденции — американцы массово ищут лучшей жизни в Европе, а молодежь по всему миру все чаще находит культурные ориентиры не в Голливуде, а в Азии, пишет обозреватель Fortune Ник Лихтенберг.
В 1883 году американская поэтесса Эмма Лазарус написала сонет «Новый Колосс», ставший символом американской мечты для миллионов иммигрантов: «Отдайте мне ваших усталых, ваших бедных, ваши сбившиеся в толпы массы, жаждущие дышать свободно». Для миллионов американцев, голосующих ногами в 2020-х годах, эти строки вполне могли бы стать лозунгом Франции или Португалии.
Происходит нечто странное: Америка, долгое время бывшая маяком для ищущих новой надежды и новой жизни, начинает ощущаться как «старая страна», которую люди тихо планируют покинуть. Более того, быть американцем становится откровенно некруто.
Когда Клуни в прошлом году получил французское гражданство и подтвердил, что основным домом его семьи теперь является ферма в Провансе, это посылало сильный сигнал о состоянии американской мечты. Клуни был необычайно откровенен о том, что означает этот переезд: ставка на то, что его дети будут иметь «гораздо лучшую жизнь» в стране, где слава значит меньше, законы о неприкосновенности частной жизни сильнее, а детство может быть более обычным, чем в Лос-Анджелесе.
Великая неамериканская миграция
Клуни далеко не одинок в поисках лучшей доли за пределами США. В 2025 году Америка впервые со времен Великой депрессии зафиксировала отрицательное чистое сальдо миграции: по расчетам Brookings, страну покинуло около 150 тысяч человек. Анализ выявил «миллионную» американскую диаспору, все чаще выбирающую учебу, удаленную работу и выход на пенсию за границей, привлеченную более доступным здравоохранением, безопасными улицами и пешеходными городами, где их американские зарплаты позволяют жить лучше.
В Португалии число американских резидентов выросло более чем на 500% после пандемии. В Испании и Нидерландах, по данным Wall Street Journal, число американцев почти удвоилось за последнее десятилетие, а в прошлом году больше американцев переехало в Германию и Ирландию, чем немцев или ирландцев в США.
Экономическая эрозия
Как утверждают венчурный капиталист Сет Левин и журналистка Элизабет Макбрайд в своей книге «Capital Evolution», экономическая модель опустошила средний класс и разрушила историю, которая когда-то делала пребывание в Америке стоящим. По их мнению, «капитализм, ориентированный только на акционеров, не работает», создав «неустойчивые трещины в нашей экономике и обществе», рассматривая рабочих и сообщества как «ресурсы, подлежащие извлечению».
Они отмечают, что зарплаты генеральных директоров выросли более чем на 900% с конца 1970-х годов, в то время как зарплата среднего рабочего почти не изменилась. Шансы человека, родившегося бедным, подняться в верхнюю четверть распределения богатства упали с примерно одного из четырех до примерно одного из двадцати. Средний возраст покупателя первого жилья вырос с двадцати с небольшим лет несколько десятилетий назад до примерно 40 лет сегодня.
Макбрайд говорит, что видит последствия в настроениях и поведении, а не просто в статистике. Люди больше не чувствуют, что «следование правилам системы приведет их куда-то», что отражается в снижении продолжительности жизни и «кризисе самоубийств среди белых мужчин».
Потеря культурного влияния
Политолог Сева Гуницкий утверждает, что США переживают «медленную эрозию» мягкой силы, поскольку их некогда не имеющее себе равных культурное доминирование уступает место реальной конкуренции со стороны Европы, Азии и Латинской Америки.
Доля Голливуда в мировых кассовых сборах упала с примерно 92% до примерно 66% за два десятилетия, в то время как доля Китая почти утроилась. Все 10 лучших фильмов в Китае в прошлом году были отечественными. На Netflix контент иностранного производства занимает экраны американцев: треть того, что американцы сейчас смотрят на стриминговых платформах, приходится на неанглоязычные названия, а просмотр неанглоязычного контента среди американцев вырос на 71% с 2019 года.
Доля англоязычных треков среди 10 000 самых транслируемых песен в мире упала с 67% в 2021 году до 55% в 2024 году, поскольку K-pop и латиноамериканская музыка резко выросли.
Вкусы поколения Z отражают этот сдвиг в миниатюре. В социальных сетях молодые американцы осваивают китайские привычки образа жизни — от каши и вареных яблок до тайцзи и тапочек дома — после массового перехода на китайскую платформу Xiaohongshu, когда возникла угроза запрета TikTok в США.
Конец привлекательности
Даже старая роль Америки как мировой учебной аудитории размывается. Число новых иностранных студентов, поступающих в американские колледжи, упало на 17% в прошлом году, в то время как число американцев, поступающих на программы получения степени в Европе, удвоилось с 2011 года. В глобальных рейтингах США сейчас имеют самое низкое за всю историю количество университетов в топ-500.
Ничто из этого не означает, что США уже стали захолустьем. Страна по-прежнему лидирует по многим показателям культурного влияния и остается крупнейшей экономикой мира. Но когда голливудская королевская особа перебирается в Прованс, удаленные работники меняют Даллас на Берлин, а тренды оздоровления поколения Z идут через Пекин и Сеул вместо Бруклина, картину трудно не заметить.
Америка начинает выглядеть, в глазах своих собственных граждан и следующего поколения искателей крутизны, меньше похожей на будущее и больше — на старую страну, которую покидают, чтобы построить другую жизнь где-то еще.
Левин и Макбрайд не призывают к отказу от капитализма; они утверждают, что он уже мутирует в то, что они называют «динамическим капитализмом». Их центральное предложение — «экономика собственности», которая более широко распределяет капитал через владение акциями работниками и более широкий доступ к частным рынкам. Восстановление американского среднего класса и возвращение каких-либо претензий на лидерство зависит не столько от лозунгов об исключительности, сколько от того, почувствуют ли обычные люди снова, что у них есть реальная доля в системе. Другими словами, если почувствуют, они, возможно, останутся.
