ЕРЕВАН (ИА Реалист). Левон Епископосян — доктор биологических наук, заведующий лабораторией эволюционной геномики Института молекулярной биологии Национальной академии наук Армении, уникальный специалист в области популяционной генетики и палеогеномики. Более тридцати лет он изучает генетическую историю армянского народа, его корни и связи с соседями.
В интервью ИА Реалист и медиаплатформе Basis News учёный рассказывает, почему армяне являются коренным (автохтонным) населением Армянского нагорья, как войны и миграции повлияли на генофонд, почему в Турции пытались скрыть результаты генетических исследований и какой процент тюркского следа на самом деле несут в себе турки. Отдельное место в беседе заняли вопросы генетической близости с талышами, курдами, грузинами и персами, а также роль Кавказской Албании в этногенезе народов региона. Учёный также размышляет о том, что важнее — ген или душа, и почему люди, будучи генетическими братьями, часто оказываются по разные стороны баррикад.
Левон Михайлович, можно ли с помощью генетики установить реальный ареал обитания того или иного народа?
Левон Епископосян: Вопрос хороший, потому что он касается не только современного населения, но и наших предков. Мы не можем ограничиться исследованием только современных армян, где бы они ни проживали. Нужны данные о древней ДНК — генетическом портрете предков. Ответ короткий: да, конечно, можно. Но для этого надо изучить погребения различных эпох как на территории современной Армении, так и за её пределами, которые в своё время были исторической Арменией.
Насколько современная Армения исследована в плане генетики?
Левон Епископосян: Здесь нам есть чем гордиться. Весь наш регион — Юго-Западная Азия — исследован по-разному. Если брать Южный Кавказ и Переднюю Азию, то наиболее досконально изучена армянская популяция.
Без ложной скромности, в этом наша «вина»: мы начали исследование ещё в 1997 году, то есть 29 лет назад. За это время только нашей лабораторией исследовано около 7000 образцов ДНК. А если учесть другие направления (услуги компаний в Америке и России — исследования Y-хромосомы, митохондриальной ДНК), то их количество давно перевалило за 10–15 тысяч.
В чём особенность генетики армянского народа и её отличие от соседей? Я понимаю, что мы все генетически родственники, но наверняка есть что-то, что отличает армян от соседних народов.
Левон Епископосян: Несмотря на близкое соседство, у нас есть генетические особенности. Они накапливаются по главной причине — изоляции в течение веков и тысячелетий. Генетическую изоляцию называют ещё репродуктивной: браки совершались внутри популяции, межэтнические браки были редки.
На примере армян: они имеют долгую историю проживания на Армянском нагорье. В январе 2025 года в ведущем журнале по генетике человека — American Journal of Human Genetics — появилась статья представительного международного коллектива. Мы убедительно показали, что армяне являются аборигенным, автохтонным, коренным населением региона и проживают здесь как генетическая общность на протяжении нескольких десятков тысяч лет. Прошу понять правильно: люди, жившие здесь 8 тысяч лет назад, не считали себя армянами, не говорили на армянском языке. Но прослеживается непрерывность, преемственность проживания наших предков.
Международный коллектив доказал: 8000 лет проживания на данной территории наших прабабушек (по митохондриальной ДНК). Для прадедушек (по Y-хромосоме) — около 6000 лет. Поэтому мы вправе говорить, что наши корни автохтонны. Распространённая теория о приходе армян с Балканского полуострова не имеет научной основы и теперь должна быть отброшена, оставшись только в истории.
Мы жили на этой территории как общность, постепенно формировавшая свой генофонд. Исторические данные говорят, что сюда вторгались скифы, киммерийцы, тюркоязычные племена, римляне, греки, монголы, арабы. Есть ли следы их присутствия в армянском генофонде? Вот наша задача.
Отвечая на ваш вопрос: армянская популяция отличается от соседей, потому что мы долго жили обособленно. Причина — отдельный язык (армянский, индоевропейская семья). Наши соседи: иранцы говорят на индоевропейском языке (лингвистическая близость); соседи справа и слева — на тюркском; грузины — на кавказском. Тюркский язык не имеет глубоких корней в регионе — ему максимум тысяча лет. До этого народы на территории современного Азербайджана и Турции говорили на других языках.
Генетически близкими будут те народы, которые географически близки. Не надо удивляться близости между населением Армении и восточных областей Турции. Во-первых, древние корни; во-вторых — главная особенность — тюркизация и исламизация включила в себя широкий пласт армян. Первая публикация на этот счёт была у турецкого аспиранта в лаборатории Стэнфорда в 2003 году.
А генетический след тюрок в Армянском нагорье — сколько по времени?
Левон Епископосян: Нашествие тюркских племён началось примерно с X–XI века. Единичные, спорадические походы раньше не оставили следа даже в записях. На Армянском нагорье и в Передней Азии тюркские племена появлялись волнами в течение четырёх-пяти веков. Эти волны были не очень массивными, поскольку регион пережил демографический бум в бронзовом веке. Пришельцы из Центральной Азии в генетическом смысле растворились.
Процент тюркского генетического элемента в генофонде населения Ирана составляет 4–5%. Это данные уважаемой компании Ancestry, которая имеет десятки тысяч образцов по населению Турции. Данные появились два-три года назад и привели в замешательство самих турок.
В Армении, по нашим данным (сотни образцов, тысячи по Y-хромосоме), присутствие тюркоязычных сигналов в генофонде составляет 0,5%. Несмотря на продолжительное присутствие, они не оставили заметного следа.
Генетического следа тюркоязычных племён нет и в популяции грузин. В Иране (кроме северной части, где тюркский пояс) — 4–5%. Один из моих аспирантов из иранского Азербайджана исследовал эту проблему: в северном Иране — около 12%. Сравните: 12% в Южном Азербайджане, 4–5% в Турции и 0,5% у нас. Это указывает на барьеры и яркое неприятие влияния. Мы можем гордиться: 8000 лет непрерывности материнского генофонда, 6000 лет — отцовского.
Добавлю: начиная с бронзового века на Армянское нагорье хлынула большая масса населения из Ближнего Востока. Причина, возможно, — сильное землетрясение в районе сегодняшних Израиля и Ливана (IV–III тысячелетие до н.э.), вызвавшее отток населения на север. Точные цифры: на западной части нагорья это влияние составило около 45%, на восточной — ниже 30%. После бронзового века (последние три с половиной тысячи лет) инородного влияния на наш генофонд не было. Мы имеем генетически изолированную армянскую популяцию.
Что на ваш взгляд важнее: душа или ген?
Левон Епископосян: Я не специалист, но интересуюсь. Тело — биология, генетика. Душа — идеология, культура, наследие. Душу формируют колыбельные бабушек, сказки, поля и леса детства, горы, деревни. Всё это важно. Но надо учесть, что мы все очень близки. Народы на одной территории близки. Несколько тысячелетий назад мы говорили на одном праязыке, и без границ люди свободно передвигались. Генетическая разобщённость стала кристаллизоваться после появления государств.
К сожалению, люди забывают, что они генетические братья, и войны начинаются из-за идеологических, духовных, религиозных различий. Мне больно, когда генетически близкие люди воюют. Сегодня это видно на Ближнем Востоке и в Европе. Ответ: культурно-идеологическое, духовное различие сегодня превалирует. Хотелось бы, чтобы люди оглянулись и подумали, как мы генетически близки.
В сети появляется много постов, что в Турции ввели запрет на генетические исследования, подчёркивающие присутствие армянского гена у турок. Что вам известно об этом?
Левон Епископосян: Это общеизвестный факт. Три-четыре года назад компания Ancestry опубликовала данные, что турецкий генофонд аборигенный, а тюркский элемент — всего несколько процентов. В Турции существует сайт Turkish DNA Project с графиками и таблицами, где были высосаны из пальца результаты, не имеющие научной основы.
Действительность: 4–5% — это наличие тюркского генетического пласта в генофонде турецкого народа.
Я говорю «турецкого», имея в виду, что исследования обычно проводят без указания этнической принадлежности. Самая известная работа (Стэнфорд, 2003, более 500 доноров) показала средний процент тюркского элемента в мужском генофонде около 7–8%. Образцы собрали по всей Турции, классифицировали только по регионам. А мы знаем, что 100 лет назад бабушки и дедушки участников наверняка были не только турками, но и армянами, езидами, курдами, евреями, греками. Так что 4–5% — в среднем по стране. Существуют изолированные высокогорные популяции, где тюркский элемент может достигать 15–20%, но не больше.
После публикации Ancestry, Turkish DNA Project убрал все свои графики. Данные Ancestry научно обоснованы: под каждым результатом — фамилии, адреса. Инцидент произошёл четыре года назад. А за семь-восемь лет до этого открыли архивы, и многие узнали, что их предки были армянами. Были даже самоубийства — фанатичные националисты не могли смириться с армянской кровью.
Резюмирую: современное население Турции — результат слияния многих этнических групп. Оно несёт в себе примерно 4–5% тюркского генетического субстрата. В серьёзной науке единомыслие: генетические особенности не определяют этническое самосознание. С этим надо смириться.
Тюркизация и исламизация произошли под страхом смерти, под ятаганом — с этим надо смириться как с историческим фактом, а населению Турции — как с генетическим.
Если генетически мы все братья, то нас разделяет именно идеология?
Левон Епископосян: В общем-то, да. Представьте: за рекой Аракс живут люди, считающие себя курдами, турками, хемшилами. Но генетически они — наследники армян, живших там до прихода тюркоязычных племён или до отуречивания и исламизации.
У современного человечества генетическая идентичность отступает перед политической и этнической. Два родных брата, воспитанные в разных средах, будут иметь разную идентичность.
В 2017 году международный коллектив (с нашей лабораторией) исследовал генетические расстояния между 12 народами региона. Оказалось, что у армян генетическая близость (по Y-хромосоме) наиболее близка к населению, проживающему на территории, полностью соответствующей исторической Армении. Это научный факт, опубликованный в известном журнале с соавторами из России, Англии, Армении и Ближнего Востока. Работа не вызывает сомнений.
Вы имели в виду Великую Армению?
Левон Епископосян: Да, я имел в виду Великую Армению. Историческая Армения — это где исторически проживали армяне, в первую очередь Великая Армения (не Малая, не Каппадокия). Контуры генетической близости полностью совпадают с контурами Великой Армении.
Восточная Армения и Западная Армения — эти две части нашей родины отличаются генетически?
Левон Епископосян: В раннем Средневековье Армения разделилась на Западную (под Византией, потом Турцией) и Восточную (под Персией). Изоляция была. Посмотрите на язык: существуют различия в диалектах. Чем дольше разобщение, тем глубже различия. Наиболее разительное отличие — между амшенским и карабахским (гадрутским) диалектом. Носители могут не понять друг друга.
Генетически, слава Богу, это не так. Для накопления различий нужны тысячелетия и десятки тысячелетий. Различия выражаются только в частотах признаков. В армянской популяции нет территориальной группы, сильно отличающейся от других.
Например, в гадрутских армянах больше светлолицых, голубоглазых, светловолосых. На других территориях — более тёмные глаза и волосы. Это отличие по нескольким генам. Африканского элемента (высокая курчавость) у нас нет.
Киликийские армяне жили в тесном контакте с крестоносцами, и те должны были оставить след. Мы сейчас исследуем этот элемент. Восточная Армения оказалась более «чистой» от инородных генов. В глобальной армянской популяции одни и те же мутации, просто с разными частотами. Изначальное ядро было на определённой территории, а потом разрослось по всему Армянскому нагорью.
Кавказская Албания стала яблоком раздора. Бакинский режим присвоил её себе. Насколько Азербайджан может считаться её наследником с точки зрения генетики?
Левон Епископосян: В генетике мы касаемся многих проблем: этногенеза, миграций, контактов. Одно из принципиальных мест — Кавказская Албания. Древние авторы говорят, что это конгломерат этнотерриториальных образований на левом берегу Куры. Об этом писали даже в учебниках Азербайджана 1960-х годов. Сегодня — диаметрально противоположная интерпретация.
На первый план выходят идеология и политика. Политика всегда мешала науке. Руководство соседней страны собирает Академию наук и даёт наказ доказать пришлость армян. Единственный способ противостоять — глубоко научные исследования.
До появления национальных образований люди свободно смешивались. Мы видим общие корни армян, курдов, езидов, грузин. У нас есть данные по удинам — одной из составных частей албанского населения Южного Кавказа. Жаль, что участие удинов в проектах затормаживается руководством соседнего государства. Они не хотят прояснять истинную картину.
В Азербайджане нет глубоких научных проектов по генофонду — политическое руководство боится, что генофонд окажется коренным.
Пример: лет 16 назад в Москве защитили диссертацию по генетике талышей. Исследовательница указала, что талыши генетически ближе к армянам, чем к другим этносам Азербайджана. Она получила угрозы жизни, не смогла вернуться и получила политическое убежище в Западной Европе.
Некоторые государства боятся объективных исследований. Мы имеем основания говорить, что кавказские племена — конгломерат Албании — участвовали в этногенезе народов Южного Кавказа. Косвенные факты: сегодня есть представители Албании — христиане и мусульмане из одного народа. Часть приняла христианство и вошла в армянский этнос, другая, приняв ислам, — в азербайджанский.
Какова доля албанского присутствия в армянском этносе? Мои грубые оценки: 20–25% на уровне Y-хромосомы, может, до 30%. Это нормально для доисторических пластов. Небольшой пласт есть и в исторические времена.
Работа предстоит. Было бы неплохо выполнить её вместе с азербайджанскими исследователями, но это фантазии. Сотрудничества не будет: слишком глубоки инструкции, которые они получают, и они отличаются от тех, что мы не получаем, слава Богу.
Вы согласны тем фактом, что талыши генетически ближе к армянам, чем к азербайджанцам?
Левон Епископосян: Талыши оказались близкими, потому что мы соседи, и они сохранили свою этническую и генетическую идентичность («чистоту»). Мы, армяне, тоже сохранили. Чем глубже мы уходим в пласты, тем ближе оказываемся к соседям.
У талышей — полное отсутствие тюркского следа. Поэтому мы генетически близки. Ничего необычного. Мы очень близки с персами — общее генетическое и лингвистическое древо. Там, где есть тюркский элемент, различия очевидны.
Армяне — аборигенный народ, но не единственный. Аборигенные представители на Южном Кавказе, Иранском плато, Ближнем Востоке есть, но не все народы автохтонны. Армяне принадлежат к этому числу. Если взять Южный Кавказ, всего несколько народов могут причислить себя к коренным этносам региона. Я убеждён, что и народы, входившие в конгломерат Кавказской Албании, тоже коренные.
Нам надо сделать совместный проект генетиков Дагестана, Азербайджана и Армении, чтобы исследовать корни народов Кавказской Албании. Может, это утопия, но в отношении удинов и лезгин он осуществим. Я очень надеюсь, что в будущем смогу рассказать о генетических связях армянской популяции с удинами и лезгинами.
