В современной России происходит очередной этап «переоценки ценностей»: трансформируется народное сознание, складываются новые идеалы жизнеустройства, изменяется сам образ жизни обыкновенного человека, происходит социальное расслоение людней, усиливается противоречие между социальными и духовными устремлениями. Огромное влияние на эти процессы оказывают западные страны, и оно вряд ли пройдёт бесследно для русской экономики, культуры и вообще духовной сферы нашего общества.
Изменение политической и экономической системы общества в 1990-е годы создало почву для обострения политических, социальных и экономических отношений, что поставило в сложное положение обеспечение безопасности Российского государства.
С точки зрения консерваторов, вывести Россию из состояния глобального кризиса возможно через синтез капитализма и социализма на базе национальной идеи, целевой экономики. Так, А. Кругин утверждает, что в массе своей россияне фатально зациклены на экономике, с головой погружены в экономическую сиюминутность, считают, что проблемы экономики и текущей политике самые главные, насущные, а всё остальное – второстепенное и не серьёзно[1], но просто «экономического выбора» не бывает. Выбор модели экономического развития неразрывно связан с интегральным стратегическим и экзистенциональным выбором, который делает общество. Выбор экономики означает и выбор детерминирующего образа жизни. Поэтому при выборе экономической модели следует исходить не из абстрактно рациональной экономической модели, а из системы ценностей, идеалов, соответствующей национальной традиции.
Согласно И.Б. Чубайсу, автору наших первых экономических реформ, «центральная идея новой России – идея обустройства, качественного интенсивного роста». Поскольку возможности экстенсивного пути развития исчерпаны, пришло время сконцентрироваться на внутренних проблемах страны, отказавшись от распыления сил вовсе, от экспансии в любом виде. Идея России как цивилизации согласуется с данными пониманием задач современной России[2]. Заметим, что не следует пренебрегать и достижениями марксистской теории в этой области научных исследований. Действительно, как пишет П. Самуэльсон, «марксизм слишком ценен, чтобы оставить его одним марксистам»[3].
Миром правят мнения, в суде истории решают дело факты. И поэтому есть надежда, что над ныне тотально искажёнными мнениями о нашем прошлом, которые, безусловно, мешают и наносят нашей стране огромный ущерб, возобладают объективные факты, только факты и ничего кроме фактов. Исходная точка нашего успешного преобразовательного развития – здесь. Распознаем её, станем вести счет будущему отсюда – начнём прогрессировать, нет – тогда нас ждут очередные катастрофы и трагедии. Зрелые цивилизации на ошибках не учатся, они их не повторяют.
Когда мы выстраиваем идеальные модели эффективной экономики России, мы должны исходить из ценностного аспекта. Он предполагает следующее:
— для успешного реформирования нужна политическая стабильность, гражданский мир;
— необходим учёт специфики России отсутствии в её менталитете абстрактных понятий «деловой успех», «деловая культура» и т.д., наличие мощной духовности, душевной теплоты;
— нужна общенациональная идея (то объединение Руси, то изгнание врагов, то идея православия, народности, самодержавия, то строительство коммунизма). Сравним: у американцев – мечта достичь индивидуального успеха, она воспитывается с детства. Для русского человека чрезвычайно важна национальная идея, дающая индивидуальной жизни основание и возможность участия решении надындивидуальных задач. ( Возможно эти элементы «детства», «взросления» этноса. Так, Л.Н. Гумилёв, развивая неоспоримую теорию этногенеза, причисляет русский этнос к числу развивающихся, молодых)[4].
— нужен образ идеальной новой России убедительной и понятной россиянам!
Думается, что в обществе, имеющем великую цель, более серьёзно отношение людей к религии, философии, искусству, поискам смысла жизни. Жизнью конкретного человека в таком обществе руководят стимулы, достойные человека: удовольствие от осмысленного, созидательного, творческого труда, совесть, честолюбие, стремление к самореализации.
Россиян более привлекает шведская модель капитализма, а американский образец отвергается, ибо он направлен только на потребление, ведёт к чрезмерной жестокости и упадку культуры. Российский национальный идеал должен строиться на нашей ментальности и духовности, на возрождении национального духа, преодолении демографического и экологического кризисов.
Какой может быть великая цель для России? Ответ на этот вопрос имеет особенное значение. Построение коммунизма во всем мире или благочеловечество, или например, колонизация (освоение) космических пространств – всё это может быть целью развития не только отдельной страны, но и человечества в целом. И эти идеи не уничтожены, некоторые из них были в той или иной мере реализованы в нашем социалистическом прошлом.
Все проблемы общества, его потребности потенциал развития, перспективы и цели, в конечном счёте, существуют, функционируют не в качестве какой-то абстрактной всеобщей самостоятельности и отделенности, а как воплощенные в реальные индивидуально-конкретные потребности, интересы, цель каждой личности, каждой индивидуальности.
Личность существует в неразрывной связи с социальными общностями и социальными отношениями. Находясь в своей микросреде, проживая собственную жизнь с её неповторимыми возможностями и тенденциями, личность получает достаточно имуществ обуславливающих её жизнедеятельность. «Каждое единичное лицо есть только средоточие бесконечного множества взаимоотношений с другим и другими, и отделять его от этих отношений – значит отнимать у него всякое действительное содержание жизни, превращать личность в пустую возможность существования».[5]
Человек, как носитель духовного начала, интегрируется в общество через общественные идеалы, светские и религиозные, по-своему их восприятие и интеграция, исследование механизмов формирования и развития идеалов общества немыслимо без изучения личностных смыслов, социальных идеалов и путей их достижения конкретным человеком.
Каждый из периодов современной эпохи характеризуется своей системой социальных идеалов и ценностей. Их анализ, исследование социогенетических механизмов формирования и развития – весьма актуальная проблема социально-философского и исторического знания.
Русский мыслитель Н.Н. Страхов писал, что «важно сохранять своё стремление к самобытному развитию, а внешним противникам показать, что с ними соперничает не азиатское государство, а другая цивилизация, более крепкая и твёрдая, наша русская цивилизация»[6].
Именно в этом и состоит наш ответ на вызовы, которые несут в себе для России взаимоотношения с современной Европой. Наша страна постепенно освобождается из добровольного плена «евроцентризма». Деваться-то некуда: заложенная в подкорку историческая память народа предупреждает, что на этот раз наказание за еврофильство, за поиск на Западе идей и кумиров может быть разрушительным для страны.
Да и без исторических параллелей наглость, с которой Запад вторгается в нашу жизнь, в наш традиционный жизненный уклад, в происходящее на территории исторической России, способна пробудить и подвигнуть на противодействие даже того, кто ещё вчера считал, что «ничего страшного не происходит, ведь Россия – это тоже Европа».
Мало кто услышал слова С. Хантингтона о том, что «Запад – страшное, хрупкое, ни на что не похожее образование, которому ни в коем случае нельзя придавать статус общечеловеческого… Западный путь развития никогда не был и не будет общим путём для 95% населения Земли… Запад уникален, а вовсе не универсален»[7]. Гласом в пустыне прозвучали слова известного американского экономиста Мансура Олсона о том, что переход от плана к рынку обнажил «провал» в западной экономической мысли – ею до сих пор не дан ответ на главный вопрос: что представляет собой процветающая рыночная экономика как система?[8].
Вопрос о реальной направленности социально-экологической трансформации остается открытым. По признанию Экс-Президента Российской Федерации Д. Медведева на V Красноярском экономическом форуме 15 февраля 2008 года «Мы фактически занимаемся последние годы «ручным» управлением экономикой. Такое управление понадобилось потому, что «невидимая рука рынка, на которую возлагались основные надежды, после распада СССР так и осталась абсолютно невидимой во многих отраслях экономики. Свободная игра рыночных сил не произвела ни одного корабля или атомного реактора, ни одного автомобиля или нового самолёта, не решила проблемы нищеты, в сферах образования и здравоохранения и т.д.»[9]. И это, заметьте, по прошествии уже нескольких лет признания мировым сообществом существования в России рыночной экономики.
Сегодня Россия обеспечивает 1,8% мирового ВВП, 2,3% общемирового совокупного и 0,5% высокотехнологического экспорта. Страна находится на 62-м месте по рейтингу конкурентоспособности, представленному Всемирным экономическим форумом[10].
В последние годы в выступлениях, публикациях призывы к необходимости разработки и принятию на вооружение некой общенациональной идеи, призванной сплотить в едином и возрожденном порыве всё общество. В очередной раз общественное внимание и энергию пытаются направить в заведомо ложное русло, посеять иллюзии, давным-давно опровергнутые реальной жизнью.
О какой общенациональной идее, о каком «согласии» и «единении» можно говорить в стране, где разрыв между богатыми и бедными, чуть ли не самым большим в мире, где эта пропасть с каждым годом всё расширяется, угрожая самим основам существования государства как такового?
Люди, всерьёз призывающие к этому, проявляют поразительное невежество по отношению к недавней истории своей страны. Объединяющая всю нацию «идея», так же как и общественное «согласие» и «примирение», возможны лишь при социализме. Именно здесь все государственные механизмы работают на интерес трудового большинства. Вечно недовольное меньшинство, с его элитарными поползновениями и жаждой привилегий за счёт этого «серого» большинства, вынуждено подчинятся более общим интересам, что и создаёт реальную почву для «единения» нации. Всё это, как показывает наш исторический опыт, достаточно эффективно работало в нашей стране в 30-е, 40-е и частично 50-е годы XX века, в те самые «тоталитарные времена», от которых сегодня так рьяно пытаются отлынивать нынешние руководители России, подчёркивающие «общность» своих ориентиров и целей с «цивилизационным» Западом.
Широко известна критическая позиция Э. Тоффлера относительно индустриальной цивилизации. Все социальные пороки «второй цивилизационной волны» проистекают, по его мнению, из действия мести взаимосвязанных принципов индустриализма, программирующих поведение миллионов людей: первое – стандартизации, второе – специализации, третье – синхронизации, четвёртое – концентрации, пятое – максимилизации, шестое – централизации.
Постиндустриальная эпоха должна преодолеть недостатки и «искупить грехи» предшествующей индустриальной эпохи.
Постиндустриализм – синтез позитивных достижений двух предшествующих эталонов развития. Сущность этого синтеза выражается в идеальном типе нового социокультурного пространства. Его обобщенный образ – «новая деревня».
«Новая деревня» как идеальный тип социокультурного пространства ориентированы не только на идеализированную старину, не только на замкнутую гармонию аграрного мира, архаичные формы культуры, но и на новые технические достижения современной цивилизации.
Технологическая революция на информационно-компьютерной основе формирует новое социокультурное пространство. Она ведёт к тому, что мир становится «новой деревней». Что же в нём деревенского?
По мнению теоретиков постиндустриализма, информационно-компьютерные системы открывают пути перехода к экологически комфортной промышленности, децентрализованному, ресурсосберегающему производству. Производственно-экологическая деятельность ориентируется на восстановление и сохранение окружающей среды, восстановление и сохранение окружающей среды, восстанавливает былое, но утраченное единство общества с природой. Новая электронная культура позволяет также сочетать преимущества урбанистической застройки с элементами сельской природы и максимумом комфорта для всех видов общественной жизнедеятельности. Данная позиция дополняется концепцией коттеджной цивилизации Э. Тоффлера: коттедж с земельным участком, оснащенной электронной техникой и производственно-бытовыми автоматическими системами, обеспечивает комфорт, высокий уровень общения, доступ к информации. Модель нового социокультурного пространства содержит те же типические черты, которые характерны для деревни. Но эта «новая деревня», возникающая на базе новационных технологий, порождённых технотронной революцией.
Постиндустриализм – это использование энергетики, базирующейся на обновляющихся, а не истощающихся источниках. В отличие от индустриального производства, в котором главным были мускулы и машинная технология, в развитых отраслях постиндустриального производства главными становятся информация, творчеств индустриальная технология.
В своём диалоге с миром человек ищет опору для себя и, если не находит, отворачивается от него как от чего-то чуждого и враждебного. И всё же человек живёт надеждой. За свою праведную жизнь, жизнь по совести он ждёт соответствующей компенсации от мира, который зачастую выступает для него в образе власти, правителя и т.п.
Большинство россиян, несмотря на все невзгоды жизни, всё же надеются на то, что будет построено общество социальной справедливости, общество культуры и внешних духовных ценностей. Верят в это те люди, которые не утратили чувство человеческого достоинства, глубокого убеждения в том, что вся человеческая жизнь истоками своими уходит в духовное начало, в соответствующую духовную организацию человека и общества. Ещё мыслители прошлого подчёркивали важность этой духовной опоры. «Как свеча не может гореть без огня, говорит индийский религиозный деятель Рамакришна, — так человек не может жить без духовной силы. Дух живёт во всех людях, но не все люди знают это. Радостна жизнь того, кто знает это, и несчастна жизнь того, кто не знает этого».
Слепое копирование западных форм общественной жизни привели к тому, что наша страна в своём развитии была отброшена вспять к истокам её преобразования первым императором России – Петром I. Мы дважды в ХХ веке понесли фатальные потери из-за того, что не совершенствовали общественно-политическую систему, как это делали и делают другие народы, а отбрасывали её в пользу антипода. В то же время ряд народов Запада и Востока постепенно используя передовую мысль общественно-экономического и политического развития, в том числе и бесценный опыт социальных преобразований нашей страны, постепенно трансформировали его к своим условиям и достигли положительных результатов (КНР, Швеция, Норвегия, Финляндия и целый ряд других государств Европы и Юго-Восточной Азии). А мы, три четверти спустя со времени Великого перелома, оказавшего сильнейшее влияние на весь ход исторического развития мира отказались от социализма в пользу криминального капитализма, в его дикой брутальной форме, вместо того, чтобы использовать накопленный опыт социалистического строительства в разных странах на основе достижений фундаментальной естественной и общественной науки и практики, что давало бы возможность гармонизированного развития государства и общества.
Экономический и социальный прорыв, модернизация страны должны иметь ясное стратегическое целеполагание, близкое и понятное абсолютному большинству россиян. Именно тогда стремление к общему благу станет не только общим, но и личным делом, станет важнейшей составляющей мировоззрения страны.
Не может быть возрождения страны без благосостояния, без воспитания высоких идеалов и нравственно ориентированного мировоззрения, питомниками, формирования которых является образование, воспитание и культура. Именно эти питомники и призваны учить людей, принадлежащих к разным религиозным конфессиям, а также людей нерелигиозных, задумываться о нравственной стороне поступков, осознавать свою общность, чувствовать себя данным народом. Понимание образования как единства обучения и воспитания должно быть решительно восстановлено.
Следствием «демократической» трансформации общества явилась быстрое вымирание населения России и прежде всего государствообразующего русского народа.
Болезни, алкоголизм, самоубийства, голод, недоступность медицины, изъятие либеральной властью всех денежных сбережений граждан страны и социальных благ, завоёванных и созданных титаническим трудом трёх поколений советских людей, нищета, развал социальной сферы, утрата человеческого достоинства и смысла жизни привели к тому, что люди слабеют, опускаются, ведут асоциальный образ жизни, умирают. Нарастает жестокость, насилие, потерянность человека, исчезают бескорыстие, взаимопомощь, дружба, милосердие, чувство общности и взаимной заинтересованности с людьми и со страной. Россия заняла первое место в мире по психическим заболеваниям. В России 3 миллиона зарегистрированных алкоголиков. Предполагают, что не зарегистрированных от алкоголизма у нас ежегодно умирает 45 тысяч человек.
В России на сто тысяч человек приходится 860 смертей от инфарктов и инсультов (а, к примеру, в Англии – 200).
По данным Института социально-политических исследований РАН, в 2002 г. в нашей стране было три миллиона нищих, 5 млн беспризорных детей, три миллиона уличных и привокзальных проституток, шесть миллионов больных СПИДом, пять миллионов наркоманов. Детей-сирот насчитывается 750 тысяч. Даже после войны в мае 1945 года, во всём СССР было около 678 тысяч.
Отсутствие идеологии, кроме идеологии удержания власти. Именно это привело к крупным политическим и социально-экономическим ошибкам. Сформировали имитационный стиль государственного управления.
«Всякая власть развращает абсолютно». Новые политики, входя о властные коридоры, будь то коридоры Белого дома, Елисейского дворца, Кремля или Бундестага, конечно же, сознают эту опасность, и тем не менее, несмотря на заявления о приверженности демократии, снова и снова попадают в эту ловушку.
Современный кризис российской экономики является проявлением глубокого структурного кризиса, заложенного стратегией трансформации и, прежде всего, моделью кухонной приватизации. Приватизация, которой отводилась роль катализатора реформы, привела лишь к формальной смене института собственника, но не создала реального собственника, заинтересованного в проведении эффективной про экспортной промышленной политики. Произошел своего рода перелив национальной собственности в банки через тесное сращивание банков, инвестиционных приватизационных фондов и предприятий. Разочарование в итогах приватизации, «инфляцию ожиданий» во многом предопределили изменения в политических пристрастиях и ценностных ориентирах Российского общества.
Олигархи и прочая крупная буржуазия хранит деньги за рубежом, там же учатся их дети, там куплена недвижимость и окончание своей жизни они связывают с заграницей. Капиталы, сколоченные на российских ресурсах, они вкладывают в иностранную промышленность. И, таким образом, выступают как представители иностранного капитала и противостоят России.
Наибольшая угроза безопасности России кроется в разрушении системы духовного и воинского воспитания населения страны. Без сохранения исторических традиций, без высокой духовно-нравственной мотивации невозможно добиться успеха в деле обеспечения безопасности государства.
Патриарх Московский и всея Руси Алексий II говорил на Втором Московском епархиальном собрании: «Мы должны осознать, что против нашего народа ведется хорошо спланированная война, имеющая целью его уничтожение. Это обязывает нас бороться за спасение нашего народа, организовать национальное сопротивление»[11].
[1] См. об этом работы: А. Кругин. Экономика Великой цели или как преодолеть «барьер потребления»; Потребительский «рай» и как с ним бороться. – М., 1998
[2] См. Чубайс И.Б. От русской идеи к идее Новой России. 1998
[3] Цитируется по Брагинскому С.В., Певзнеру Я.А. Политическая экономия: дискуссионные проблемы, пути обновления.- М., 1991 – с 22.
[4] См. Гумилев Л.Н. Этносфера. История людей и история природы.- М., 1993
[5] См. Соловьев В.С. т. 1 – 1988- с. 281.
[6] См. Литературная газета 26 февраля – 4 марта 2014, с 2.
[7] Huntington S. West is unique, аnd not so universal // Foreign affairs. Apr. 8.
[8] См. Олсон М. становление рыночной экономики в странах Восточной Европы.- М., 1994, с.8-9.
[9] См. Точки над «и»//Российская газета. 2008, 16 февраля.
[10] См. Трансформация на постсоциалистическом пространстве//Отв. ред. С. П. Глинкина – СПБ, 2009, С.348.
[11] См. Отечественные записки, 2008 г. Выпуск.147. Сопротивление против уничтожения.
Анатолий Хутин – доктор исторических наук, профессор, заместитель начальника отдела Аналитического управления Аппарата Государственной Думы Федерального Собрания РФ, специально для ИА «Реалист»
