После выхода из ОПЕК Катар сможет приступить к продаже иранской нефти в Азию и Европу. Об этом азербайджанскому агентству Trend сообщил директор международной трейдинговой и консалтинговой компании SBI Markets Сем Барден.
“Катар не получает преимуществ от членства в ОПЕК. Страна не является крупным производителем нефти по сравнению с другими участниками картеля. А время, требуемое на поддержание отношений с ОПЕК, не соответствует полученной выгоде в рамках членства в организации”, – отметил Барден.
По его словам, решение Катара о выходе из ОПЕК оправдано с политической и экономической точки зрения.
Что повлияло на решение Дохи? На вопрос ИА “Реалист” ответил кандидат политических наук Ваге Давтян:
“Как бы ни открещивались катарские власти от политической подоплеки решения о выходе из ОПЕК, все же политическая компонента сыграла немалую роль в данном вопросе. Конечно, сугубо экономические аргументы, приводимые Дохой, вполне логичны и обоснованны, однако наивно полагать, что лишь они являются главными детерминантами процесса. Они скорее являются инструментами для достижения более масштабных геостратегических задач. При этом речь идет о геостратегии, направленной на обслуживание интересов Катара в долгосрочной перспективе.
Дипломатический кризис 2017 г. подвел важную черту во взаимоотношениях между Катаром и рядом арабских стран. Особенно с Саудовской Аравией, проявившей себя наиболее жестко в разгар дипломатического бойкота. Учитывая, что именно Саудовская Аравия является одним из наиболее важных бенефициаров картельной сделки ОПЕК+, и с учётом того, что экономика Катара не сильно зависит от нефтяной торговли (ежесуточная добыча здесь составляет чуть больше 600 тыс. баррелей), Катар решил выйти из организации для выстраивания самостоятельной энергетической политики.
В рамках последней Доха, по-видимому, стремится освободиться от необходимости подстраиваться под наднациональные структуры и прекратить косвенно обслуживать интересы недружелюбных соседей, плотно подсевших на нефтяную иглу. Более того, выход из ОПЕК создаёт неплохую платформу для активизации катаро-иранского диалога. Последний сегодня является необходимостью для Дохи, которая совместно с Тегераном разрабатывает крупнейшее в регионе газовое месторождение Южный/Северный Парс. Следовательно, планы Катара по увеличению производства сжиженного природного газа с действующих 77 до 110 млн тонн в год непосредственно сопряжены с увеличением объёмов бурения на данном месторождении.
Вместе с тем, обеспечивая лишь 1,5% нефтедобычи в ОПЕК, Катар своим решением особенно не сможет повлиять на рост нефтяных котировок, о чем свидетельствует также то, что после заявления катарских властей нефтяные рынки не продемонстрировали особой чувствительности. И в этом смысле решение покинуть клуб является не саботажем, а политическим актом.
Последний, думаю, помимо всего прочего, нацелен также против США, стремящихся посредством антииранских санкций блокировать экспорт катарского СПГ. Очевидно, что увеличение производства сжиженного газа в Катаре позволит понизить его себестоимость и, следовательно, составить достойную конкуренцию Вашингтону, который демпингует на мировом СПГ-рынке”.
Ваге Давтян – кандидат политических наук, доцент Российско-Армянского (Славянского) университета, специальнодля ИА “Реалист”
