Конкуренция между Москвой и Вашингтоном за обладание европейским газовым рынком трудно вписывается в традиционную рыночную логику, ибо как с ценовой, так и транспортно-логистической точек зрения оба актора действуют в совершенно разных условиях. Стремление США обеспечить Европу своим СПГ, вытеснив российский трубопроводный газ, — не более, чем политическая риторика, больше применяемая как инструмент геополитической, нежели сугубо рыночной конкуренции. Конечно, рыночные процессы нередко переплетаются с геополитическими, образуя так называемый геоэкономический пласт мировой политики. Однако геоэкономика бесплодна без применения конкретных и измеримых рыночных стратегий. И поскольку у США сегодня, по естественным причинам, прежде всего сводящимся к отдаленности от европейского рынка, нет эффективных рыночных инструментов, которые помогли бы воплотить в жизнь стратегию продвижения своего СПГ в Европе, то и геоэнергетическая стратегия США в данном направлении пока не обещает блестящих результатов.
Можно возразить, приведя хотя бы данные о том, что за последний год, начиная с июля 2018 г., импорт американского СПГ в Европе увеличился на 350%. Показатель, конечно, внушительный, однако при изучении структуры поставок геополитический срез вновь демонстрирует свою органическую первичность. А именно: на протяжении года основным покупателем американского СПГ оставалась Польша – неизменный сателлит Вашингтона в Восточной Европе, импортирующий заокеанский СПГ по сильно заниженным ценам. Демпингуя в польском направлении, США стремятся решить сразу две задачи:
1. Вытеснить с рынка «Газпром», обеспечивающий до 70% поставок газа в Польшу;
2. Создать в Польше центр реэкспорта своего СПГ, для доставки последнего на украинский рынок после прекращения транзита российского газа по территории данной страны. Обе задачи имеют подчеркнутое геополитическое содержание, которое можно объяснить значимостью Восточной Европы для реализации евроатлантической стратегии. Вспомним классика геополитической мысли Хелфорда Макиндера, утверждавшего после Первой мировой войны, что поддержка восточноевропейских стран позволит создать естественную преграду на пути сближения России и Германии. «Что станет с силами моря, если однажды великий континент политически объединится, чтобы стать основой непобедимой армады?», — восклицал он.
Аналогичного мнения придерживался и президент Вудро Вильсон, включивший вопрос о создании независимого польского государства в свои знаменитые «14 пунктов». Стратегия атлантистов в отношении Восточной Европы и, в частности, Польши остается неизменной по настоящее время. Трансформировался лишь инструментарий: в данном случае – это энергетическая геополитика и, в частности, подписанный зимой 2018 г. 24-летний контракт между польской PGNIC и поддерживаемой Белым домом американской Cheniere Marketing International о поставках СПГ.
Кстати, о политической поддержке энергокомпаний. При оценке конкуренции между Москвой и Вашингтоном за обладание газовым рынком Европы, прежде всего, необходимо учесть принципиальную разницу, наблюдаемую в российской и американской моделях энергетической политики. Если в России единственным экспортером трубопроводного природного газа является «Газпром», то американских поставщиков СПГ хоть отбавляй, и не все, заметим, пользуются протекционистской поддержкой правительства. Иными словами – мотивировать их на поставку газа в Европу крайне сложно.
Не вызывает сомнения, что без протекционистской поддержки властей данным компаниям будет крайне сложно конкурировать на европейском рынке, чему в значительной степени способствуют транспортно-логистические проблемы. К слову, помимо высокой доли транспортной составляющей в конечной цене (около 30%), важно принимать во внимание также ограниченность американского СПГ-флота, что создает также некоторые проблемы для энергобезопасности самих США. Так, согласно действующему в США с 1920 г. «Закону Джонса», запрещается привлекать иностранные суда для осуществления каботажных перевозок, в результате чего некоторые северные штаты то и дело оказываются в состояния энергодефицита. В результате американская энергосистема то и дело вынуждена уповать на импортный газ, не раз поставляемый, кстати, российским НОВАТЭКом. Вопреки геополитике.
Готовы ли сегодня США применить «польскую модель» в отношении всего европейского рынка? Вряд ли. Так как если демпинг для сравнительно небольшого польского рынка позволяет продолжать геополитическую партию с Россией, то в общеевропейском масштабе он чреват серьезными финансовыми потерями, к которым ни Белый дом, ни тем более частные американские энергокомпании не готовы. Вот почему, осознавая эти риски, Дональд Трамп зовет Катар на европейский рынок, обещая лоббировать здесь его интересы взамен на $20 млрд катарских инвестиций в нефтегазовый сектор США.
Ваге Давтян — президент Института энергетической безопасности (Армения), специально для ИА «Реалист»
