Крах либеральной модели: потребление оживить больше не удается

О причинах кризиса. Дело не в финансовых рынках. Мы наблюдаем глобальную катастрофу привычных экономических и политических систем. Если говорить более широко – подошел к концу железный век, для которого было характерно непременное материальное воплощение идеи или мечты, а также определенный тип производства, то есть базовый энергоноситель с прилагаемой к нему политической системой. 

Все чаще раздающиеся призывы искать новые источники энергии означают согласие с непременной сменой привычных политических и идеологических моделей. Вернее, основной либеральной западной модели, в основе которой лежит очень простая схема – поднять уровень потребностей и удовлетворить. Поднять-удовлетворить-поднять-удовлетворить.

Сначала движение вперед (создание новой модели, как например, IPhone), потом замедление движения — расширение (создание модификаций, улучшение возможностей) и вновь движение. Главная задача власти в этой модели – создавать механизмы оживления потребления. Благодаря этой системе создается иллюзия стабильности. 

Во-первых, общество наблюдает процесс развития и совершенствования, а значит и движения вперед. Во-вторых, процесс удовлетворения спроса является механизмом покупки властью лояльности у населения. В-третьих, возникает жесткая связка между количеством денег (материальными благами) и количеством счастья, то есть каждая новая модель «Мерседеса» должна сделать человека более счастливым по определению. Вроде бы все очень логично.

Однако больше 15 лет назад были замечены первые признаки надвигающегося нынешнего кризиса. Тогда западные социологи и экономисты пришли к выводу, что когда валовой внутренний продукт достигает примерно $10000 на душу населения, дальнейший экономический рост уже не приводит к росту среднего уровня удовлетворенности жизнью. Мало того, в последние годы намечается явная тенденция к падению удовлетворения от жизни. В стройно отлаженной схеме возникла непредвиденная деталь – рост количества материальных благ оказался прямо пропорционален количеству времени и сил, затрачиваемых на их получение.

Таким образом наступил крах либеральной модели накачивания возможностей роста потребления. Потребление оживить не больше не удается. Вместе с этим стало очевидным, что и современная демократия есть доведенная до совершенства система манипулирования и на оттачивание этого совершенства работает сегодня все – от новых моделей телефонов до «мнения интернета». 

В основе либеральной политической западной системы лежало убеждение, что есть неотчуждаемые права и их нужно только соблюдать. Кроме того, нужно в равной степени наделить прочими правами всех, и возникнет общественный консенсус. Однако эта модель также показала свою несостоятельность, ибо права сегодня не соблюдаются и попираются вполне открыто, то есть больше не обеспечивают место человека в обществе.

Последние десятилетия эту отжившую модель пытались спасать путем постоянного расширения круга новых благопотребителей. Первый раз от кризиса перепроизводства благ США были спасены распадом колониальной системы в 1960-е годы, когда в погоню за счастьем кинулись десятки стран Африки и Латинской Америки. Второй раз – в 1990-е с распадом социалистического лагеря (как видим, срок созревания кризиса 25-30 лет). Сегодня пришла третья волна, которую пытались направить на Ближний Восток, но сделать это не удалось. 

Система производства благ сегодня работает вхолостую, затапливая себя и отчетливым показателем этого являются огромные долги, поскольку возможности, которые больше нельзя наращивать в реальности, продолжают наращиваться в виртуальном пространстве. Значит, главной проблемой системы стала сама система и выйти из нее можно только выбравшись из под развалин.

Борис Якеменко – историк, заместитель директора Центра исторической экспертизы при РУДН