Консорциум швейцарского сырьевого трейдера Glencore и суверенного фонда Катара QIA (QHG Oil) уведомил китайскую CEFC о расторжении соглашения о продаже 14,16% акций “Роснефти”, передаёт газета “Ведомости”.
Glencore и QIA также приняли решение о выходе из консорциума, который был создан в декабре 2016 г. специально под приобретение 19,5% акций “Роснефти”. С роспуском консорциума Glencore и QIA перейдут в прямое владение своими долями акций российской компании: 0,57% останется у Glencore, 18,93% – у QIA. Эти доли соизмеримы с первоначальными инвестициями компаний в акционерный капитал, отмечается в сообщении.
В рамках расторжения консорциума 14,16% пакета акций “Роснефти” будут переданы в 100%-ную дочернюю компанию QIA. Такое соглашение было заключено сегодня для урегулирования обязательств, взятых на себя консорциумом. Соглашение вступит в силу 7 мая.
Что дальше? На вопрос ИА “Реалист” ответил экономический обозреватель Андрей Стариков:
“Приватизация пакета акций “Роснефти” в 19,5% состоялась в конце 2016 года. Купили катарцы и консорциум Glencor. Инвестор не стратегический, но портфельный: далее новые акционеры планировали перепродать большую часть – чуть более 14% акций – CEFC China Energy Company Limited.
По условиям договоренности китайцы должны были перечислить 20% от суммы сделки в апреле 2016 года, однако транзакция не была произведена. Несмотря на активные попытки привлечь деньги на совершение операции CEFC не удалось: на Западе отказались кредитовать такую покупку из-за антироссийских санкций, в самом же Китае правительство не объявило о поддержке сделки.
Неспособность китайской стороны выполнить свои обязательства сопровождалась информацией об уголовном преследовании руководителя CEFC, о финансовых трудностях китайской компании. CEFC начала распродавать активы, а часть их акций была заморожена судом; возникли проблемы с выплатой заработных плат сотрудникам.
В итоге катарцы решили оставить пакет акций “Роснефти” себе, переквалифицироваться из портфельного инвестора в стратегического. Рыночная привлекательность российской компании (несмотря на санкции против “Роснефти”) для них выросла, ведь и цена на нефть с момента изначальных договоренностей (конец 2016 года) повысилась более чем на 30% и вероятно продолжат восходящую динамику.
Для самой “Роснефти” несостоявшаяся сделка с CEFC и замена китайцев катарцами – позитивная новость. CEFC оказалась неблагонадежным инвестором, а те проблемы в компании, которые сегодня открываются в рамках следствия в отношении ее руководства, сыграли бы “Роснефти” в минус. Катарцы – акционеры на порядок серьёзнее, обладающие существенными инвестресурсами. Их решение перейти в прямое владение пакетом “Роснефти” – определенное достижение для российской компании, частичный прорыв санкционной блокады”.
Андрей Стариков – экономический обозреватель, заместитель главного редактора аналитического портала RuBaltic.Ru, специально для ИА “Реалист”
