В основе всех проблем лежит одна большая политическая ошибка – она заключается в том, что Владимир Путин вообще решил обнулить свои сроки.
Совершив эту стратегическую ошибку, дальше – на тактическом уровне – власть действует более-менее правильно. Чтобы не обижать ядро своего электората, Кремль назначил «всенародное голосование» – ритуал, бессмысленный с точки зрения протестной аудитории, однако с его помощью у лоялистов можно попробовать создать ощущение, что с ними все-таки «посоветовались». Немаловажно по нынешним временам, ведь растущее чувство собственного достоинства – одна из самых ярких примет эпохи.
При этом правда, поскольку арсенал хороших решений исчерпан, пришлось одновременно очень сильно разозлить протестную аудиторию, однако в Кремле давно уже махнули на нее рукой и даже не пытаются ей понравиться.
Властям пришлось максимально облегчить использование фальсификаций. Это плохо, но, если вывести моральную составляющую за скобки, этому есть простое объяснение: велик риск, что протестная явка окажется выше лояльной, а проиграть придуманное самими голосование было бы неимоверной глупостью.
Самое правильное действие властей (повторюсь, исключительно с технологической точки зрения) – это тщательная маскировка «поправки Терешковой». Если голосование превратится в референдум по вопросу об еще двух сроках Путина, Кремль имеет все шансы его проиграть.
Кремлю имело бы смысл запустить сейчас версию, о которой я говорил еще в марте, когда «поправка Терешковой» была только внесена и передана на рассмотрение в Конституционный суд. Вот, я специально нашел свой тогдашний комментарий «Медузе»: «Думаю, что КС заставят выдать положительное заключение, а затем – в канун выборов – Путин сам объявит, что на следующий срок не пойдёт и предложит преемника. Во-всяком случае это было бы логично. Ведь именно в этом случае все будут счастливы и благодарны самому Путину, а не какому-то там суду». То есть, с технологической точки зрения Кремлю имеет смысл сейчас понизить ставки – сбить накал страстей по вопросу о будущем Путина. Показать, что решаться он будет не сейчас, а ближе к 2024 году. Это позволит уменьшить протестную явку. Для этого кремлевские эксперты должны говорить что-то в духе: «Я не уверен, что Путин однозначно решил остаться. Думаю, «поправка Терешковой» понадобилась, чтобы подвесить ситуацию, чтобы никто из соратников его со счетов не списал, чтобы до последнего висела угроза, что он останется, чтобы все были лояльны лично ему, а не какому-то там преемнику. Для политика, тем более такого активного как Путин, нежелание превратиться в «хромую утку» раньше времени – вещь вполне естественная».
Кроме того, на месте Кремля я бы сделал еще пару вещей. В принципе, я об этом тоже уже писал. Во-первых, срочно внес бы несколько новых поправок, связанных с особенностью функционирования государственных институтов в экстремальных условиях. Например, написал бы, что «в чрезвычайных ситуациях президент имеет право совмещать свой пост с должностью премьер-министра», ну или еще что-нибудь в этом духе. Цель – актуализировать тему поправок и привязать ее к коронавирусной повестке. Надо понимать, что темы, обсуждавшиеся в феврале-марте, уже неактуальны и во второй раз людей ими ты не заинтересуешь (этот тезис в ходе обсуждения, кстати, подтвердили и некоторые другие эксперты).
Ну и, конечно, за месяц до голосования я бы раздал людям пресловутые «вертолетные деньги». Дескать, на карантине вы, дорогие граждане, изрядно поиздержались, поэтому вот вам деньги, которые мы копили в резервных фондах – как раз для таких случаев, чтоб помогать людям.
Последнее нужно не только для того, чтобы продемонстрировать заботу о гражданах. Раздача денег покажет, что деньги в государстве есть и тратятся правильным образом. Люди воспримут это в качестве подтверждения правильности того курса, который реализуется режимом. Очень важная штука в нынешней ситуации, когда людьми по этому поводу все чаще овладевают сомнения.
Аббас Галлямов – политтехнолог
