Мы часто слышим, что надо рассказать правду. Всю правду. И чаще всего те люди, которые хотят этой “правды”, имеют в виду только зло, рассказ о чем-то плохом, злом и преступном. Вспомним хотя бы “перестройку” и все те превращения мира и нашей истории в сплошное собрание злых событий и людей. Но жизнь не состоит только из этого. Жизнь – не голливудский триллер. Неважно, верите Вы при этом в Христа или в коммунизм.
Память нашего “мемориала” не может состоять только или прежде всего из зла и плохого. Вернее, она должна помнить самое главное и важное добро. Вспомните хотя бы память детства. Я до сих пор помню рассказ из учебника 2-го класса “Рiдной мови”. И, конечно же, помню я его не потому, что рассказ был на украинском. Рассказ о том, как мальчик забыл дома бутерброд и во время большой перемены все едят, а он нет. Один из мальчиков спрашивает: – А что, ты забыл бутерброд дома? Жаль, а то бы мог со мной поделиться, – сказал мальчик и откусил большой кусок своего бутерброда. Мальчик отошел в сторонку и встал у окна. И вдруг другой мальчик разломил свой бутерброд на две части и протянул половину забывшему завтрак дома: – На, їж (на, ешь)!
В жизни очень много добра, иначе нас с Вами просто бы сейчас не было. Надо еще честнее сказать, что в жизни не просто много добра, его огромное количество. Безмерное. Но мы о нем не говорим или говорим мало и не замечаем, как само собой разумеющееся. Своеобразное умолчание добра. А это неправда.
Всегда надо говорить правду, а она включает рассказы, прежде всего, о добре. Ведь потом дети нас спрашивают: чем можно гордиться в России? Просто всегда надо знать и понимать, что для Вас главное в жизни и в другом человеке – его глаза, человеческое в этих глазах, или… У нас всегда есть возможность выбора, на какой и почему мы стороне. – Что есть Истина?
Это касается как индивидуальной жизни человека, так и нашей общей истории, истории страны, истории России. Именно поэтому мы начали говорить у себя в Институте в последнее время не просто об истории, а именно о позитивной истории.
Вот и я хочу рассказать обычную историю из нашей жизни эпохи рубежа 1920-30-х гг., эпохи коллективизации, или той эпохи, которую на Украине политики лживо зовут сегодня “голодомором”. Речь не идет о том, что голода тогда не было. Он был и не только на Украине, и не только в эти годы. И даже не только в XX веке.
Вспомним хотя бы XVII век, например. И что? Может, малороссов и шляхту объявим виновниками голода и Смуты в Московском царстве начала XVII века? Объявим этот век голодомором и холокостом со стороны Польши?
Когда в истории начинают бороться с прошлым то, как правило, это один из первых признаков, что сейчас вокруг нас начинает формироваться новое зло, начинают готовиться и осуществляться новые преступления; античеловеческое, человеконенавистническое поднимает голову.
“В эпоху голодомора” – стали писать в украинских учебниках, выступать политики, и так стали воспринимать прошлое обученные ими дети. А это неправда. Даже не просто неправда, это сознательная ложь. Не было никогда в СССР политики национального уничтожения. А про Украину можно сказать дополнительно, что именно от этой республики, её активного участия как в гражданской войне, так и в социалистическом строительстве зависело будущее советской страны, сама возможность этого советского будущего в нашей общей стране.
За само употребление этого слова «голодомор» и политику разрушения памяти людей на Украине можно назвать таких деятелей государственными преступниками. Они совершают государственные, политические и духовные преступления – это сознательная государственная политика исторической национальной амнезии.
1930 год. УССР – Украинская Советская Социалистическая Республика. Была тогда моя бабушка совсем молодой, жила вместе с родителями. И настало время голода. Семьи часто тогда не могли прожить вместе. Хотя это и сейчас частое явление в тех же местах. Молодёжь, когда подрастала, уходила тогда “в люди”. Вот и моя бабушка была такой же, как наши первокурсники. Она уехала из одной области в другую, из Ситковцев Немировского района Винницкой области в Голованевск Кировоградской области. Было моей бабушке 17 лет, и стала работать она кассиром на железнодорожном вокзале.
Каждый день моя бабушка приходила в столовую и смотрела, как едят другие люди. Ей очень хотелось есть. Но денег на еду у нее не было, она ещё их не заработала. Воровать она не могла, просить не умела. Она была очень честная, как и очень многие советские люди того времени. Это были обычные наши люди.
Однажды кассир столовой спросила у неё:
– Девочка, а ты почему не ешь?
Вы представляете глаза этой девочки? В общем, она сказала, что пока еще не заработала. Женщина предложила ей записывать каждый день её обед, а когда она получит зарплату, то сможет расплатиться за записанное в долг. Ещё здесь интересно внимание людей того времени друг к другу. И не просто внимание, но ещё и активное внимание, когда люди не только откликались на просьбу помощи, но и сами очень активно готовы были помочь другому человеку, предложить ему помощь.
В 1980-е годы моя бабушка встретила ту женщину на вокзале в городе Гайсине Винницкой области. Она уже была немолодой, а женщина была ещё старше. Они встретились случайно, а бабушке удалось помочь этой женщине спустя годы.
И бабушки уже нет, и женщины той, которая ей помогла в голодные годы, тоже уже нет, а память о человеческом осталась. “Добрый человек из доброго сокровища выносит доброе, а злой человек из злого сокровища выносит злое“. Отношение к нашему общему прошлому, к нашей общей жизни, нашей любви и показывает, кто какой стороны придерживается.
Память о встреченном добре остается навсегда и ведет человека потом через всю жизнь. Делайте добро. Совершайте добро. Живите им и в нем.
Алексей Ананченко – кандидат исторических наук, директор Института истории и политики, заведующий кафедрой новейшей отечественной истории Московского педагогического государственного университета, специально для ИА “Реалист”
