Русская Православная Церковь против коронавируса: кто кого?

11 марта Священный Синод РПЦ принял резолюцию о санитарно-гигиенических и профилактических мерах по предотвращению распространения коронавирусной инфекции среди верующих на всей канонической территории РПЦ. Все богослужебные предметы, которые так или иначе связаны с непосредственным тактильным контактом  должны  тщательно дезинфицироваться. Подобная мера не обошла и Святое Причастие. Лжицу (ложку с которой верующим преподаются таинства) рекомендовано обрабатывать спиртовым раствором и вытирать рот самостоятельно, так же запивать после Причастия нужно из одноразовой посуды.

Подобное распоряжение вызвало неоднозначную реакцию в среде верующих. У многих из них возник вопрос: в чем же тогда наша вера? Священники в этом смысле вынуждены подчиниться и высказывать несогласие устно и деятельное чревато репрессиями. Миряне в данном вопросе более свободны.

Представитель РПЦ по взаимосвязям с обществом и СМИ Владимир Легойда дал весьма противоречивый комментарий. Согласно официальной позиции от Св. Причастия невозможно заразиться, так как это «источник жизни», однако дезинфекция после каждого приёма таинства проводится. Объясняется данная мера любовью и заботой, так как в ином случае люди не «не пойдут в храм к Причастию из страха заболеть», заявил официальный спикер РПЦ в эфире программы «светлый вечер» на радио «Вера».

Подобная рекомендация, на наш взгляд, не столько решает проблему, сколько порождает новые вопросы:

1. В чем смысл такой практики, когда люди и так толпятся перед св. чашей?

2. Если Причастие дается «во исцеление души и тела» и оно не способно никого заразить (практически любой священник это может подтвердить, исходя из многолетней практики. Ведь священники обязаны в конце Причастия потреблять Св. Дары), то зачем все эти танцы с бубном вокруг дезинфекции?

3. Встает вопрос относительно и других заболеваний, таких как туберкулез, оспа, холера и т д. Ведь придется и от них «дезинфицировать Причастие»? А этим болезням в стране подвержены гораздо больше людей. Выходит, что против этих болезней благодать Причастия была сильна, а коронавирус оказался ей не по зубам?

В данной связи хочется отметить, что подобная ситуация с коронавирусной истерией, бросает вызов в первую очередь не только грешном миру сему, но и Церкви: во что она верит? Вера Церкви, Святое Причастие — это реальность объективная, или это плод иллюзий, культурной инерции, формальной религиозности, политики и прочее? Пусть каждый ответит на этот вопрос сам.

Севак Мирабян — шеф-редактор отдела «Религии» ИА «Реалист»