Движение «Наши» – социальный лифт, который работал вопреки всему

Пятнадцать лет назад, в мае 2005 года было создано молодежное движение «Наши» – самый масштабный и перспективный молодежный проект постсоветской России.

Сегодня, спустя 15 лет, наблюдая за окружающей действительностью, понимаешь, какого шанса на перемены лишила себя власть, согласившаяся с уходом движения «Наши». Почти все, что они провозглашали, сегодня не теряет актуальности. Масштаб движения поражал – более 300 тыс. активистов. Проекты охватывали все сферы деятельности – от туризма до миссионерства. Акции движения стали самыми масштабными в истории молодежи постсоветской России, на которые собиралось от 10 до 80 тыс. человек.

В постсоветской России нет и не было никого, кого все – от чиновников до оппозиционеров – ненавидели бы так, как «Наших». Не Госдеп, не коррупционеры – «Наши», вот кто были настоящие враги. Для борьбы с ними были мобилизованы огромные силы и миллионы долларов, на дискредитацию проекта работали Тимакова, Максимовская, Альбац, Политковская, Быков, Никонов, Галимова, Таратута, Кашин, Барабанов, Азар, Белковский, Шендерович, Проханов… И многие другие. То есть на искренних чувствах людей, на их патриотизме, на их желании работать десятки подонков, уничтожавших этих людей, сделали карьеру.

Уничтожавших людей… Это не эмоциональная фраза. Именно уничтожавших. Именно людей. «Наши» были самым эффективным социальным лифтом, что видно только по перечню проектов. Десятки тысяч людей из разных городов, вступив в движение, оказывались рядом с теми, кого они могли только видеть по телевизору. Провинциальные мальчики и девочки напрямую общались с руководителями страны, спрашивали их и даже требовали с них. Это был социальный лифт, который работал вопреки всему. Это был их единственный шанс.

Этого шанса их лишили те люди, о которых только что шла речь. Они загнали сотни молодых людей назад в пьянство, безысходность, одиночество. То есть убили их. Убили тысячи молодых людей, которые могли бы сегодня изменить страну, могли бы жить и быть успешными. Ведь указанные выше существа боролись с юношами и девушками, вся вина которых была лишь в том, что они не хотели быть быдлом и гопниками.

Характерно, что Носик, которого, к счастью больше нет, обвинял руководство «Наших» в том, что они внушают им патриотические идеи вместо того, чтобы сделать из них менеджеров в «Евросети». Примечательно, что за те несколько лет, что нет «Наших», ни один из бывших членов движения при всей его многочисленности не оказался замешан ни в одном громком скандале – людей воспитывали на совесть. В отличие от оппозиции, где уже было все. От убийств с расчленением до воровства и подлогов.

Не менее важно понять и еще одну вещь. «Наших» обвиняли в том, что они нагнетают атмосферу ненависти. Их обвиняли в том, что из-за них в политическом поле нет ничего здорового и позитивного. Но вот уже несколько лет нет «Наших», все, что ими было сделано, разделено и присвоено «победителями» – разве на освободившемся поле что-то взошло? Разве исчезла «атмосфера ненависти»? Ее стало больше.

Оказалось, что дело было не в «Наших». Оказалось, что атмосферу ненависти создавали и создают кашины, быковы и их хозяева. Которые теперь просто ищут новые жертвы, новые объекты провокаций. И уже находят. Исчезли «Наши» и, оказалось, что не стало политики, а осталось только ток-шоу. Оказалось, что больше некому развенчивать оппозицию, некому нарушать правила – поэтому борьба с Навальным идет много лет, в то время как «Наши» покончили бы с ним за несколько месяцев. А те, кто захватил то, что сделали «Наши», даже не сумели этим воспользоваться. За редким исключением типа «Бессмертного полка».

Сегодня все чаще вспоминают, что «Наши» были совсем неплохи, что-то, что они делали, было нужно и полезно. Поняли, что простой мальчик, который хочет для страны сделать свой проект, лучше, чем венедиктовы, у которых нет ни Родины, ни родителей, ни идей, ни принципов. Но мальчика больше нет. Есть намозолившие глаза рыла, получающие от хозяев ставку, рыла, которые привыкли только жрать одних и гадить на других.

Держите.

Борис Якеменко – заместитель директора Центра исторической экспертизы при РУДН