Без вины виноватые: как уничтожается чувство собственного достоинства

МОСКВА (ИА Реалист). Заметил, что вокруг прямо и косвенно в обществе нагнетается чувство вины. И в общем и в частном. В целом это выглядит так. Нынешняя ситуация тотального, полюсного разделения на богатых и бедных, успешных и лузеров приводит к интересной ситуации. Живущие хорошо, то есть те, которых хоть как-то устраивает их положение, прекрасно знают, что в своем благополучии ни перед кем не виновны, ни у кого ничего не украли и никого не околпачили.

Однако все окружающее информационное пространство постоянно убеждает их в том, что нельзя выжить в наши дни, не оказавшись виноватым за то, что у них все хорошо, что они живут нормально, в то время как другие нуждаются, перебиваются с гроша на копейку, болеют или погибают. Все время показывают болезни, катастрофы, ужасы, голодных людей, разрушающиеся дома. Весь интернет наполнен стонами «помогите на операцию», «сгорел дом», «умирает ребенок», «болеет мать», по улицам, в метро стоят, идут, едут десятки нищих с табличками, на которых стандартные тексты о помощи.

Аргумент «что ты жалуешься, вон посмотри, им еще хуже» стал главным ответом на все претензии. В итоге годами благополучным людям приходится наблюдать унижение, беды, катастрофы других, слышать этот аргумент и чувствовать, что можешь и должен помочь, но не можешь или не хочешь. Вывод делается очень простой – тебе хорошо, всего хватает, все устраивает – следовательно, ты виновен. «Он ест и спит, и пьет, и носит платья» (Данте. Ад), а другим-то в этот момент есть нечего. Причем выйти из этой ситуации невозможно – нет такого дна, опустившись на которое человек бы не чувствовал, что снизу все равно стучат.

Человеку внушается, что даже если он считает, что невиновен, то все равно обязан испытывать чувство вины за свое благополучие, возможности, успехи. И тут же на самых разных уровнях объясняется, что помогать человек обязан. В интернете тысячи проклятий адресованы тем, кто имеет деньги, но помогать не хочет. Нищие на улицах уже не просят – требуют. Хорошо помню, как подал сто рублей и услышал раздраженное: «Дай хоть пятьсот».

С другой стороны, СМИ, постоянно демонстрирующие искрометный успех и возможности всякой дряни от телеведущих до засиженных мухами «звезд» сериалов рождают чувство «вины наоборот» – за то, что недопроцвел, недоуспел, недоработал. Ничтожества, шаркуны, угодники богатых Буратин и сами Буратины с экранов прямо или косвенно объясняют, что ты, сидящий у экрана, виноват уже тем, что работаешь честно, как положено, имеешь принципы и убеждения. А не надо так. У всех была равная возможность урвать, продаться, отдаться, мы свою использовали, а ты нет, так что сам виноват, унтерменш.

К этому следует добавить генетическое чувство вины перед государством. Столетиями в наших людях воспитывали осознание того, что они с рождения крепко задолжали государству, которое долгов не прощает и в любой момент взыщет. «Государство тебе все дало, а ты…» – лейтмотив русской истории, горючее для мотора государственной машины.

Поэтому все время взыскивались и взыскиваются долги – налоги, обязательное распределение, служба в армии, облигации, всякие сборы.

Все вместе создает какую-то отравляющую смесь, которая мешает нормально жить миллионам людей, вызывает чувство раздражения и желания отделаться от назойливых просителей любой ценой. «Дайте мне спокойно жить» – этот отчаянный клич несется от многих хороших, порядочных людей, которых довели до белого каления протянутые руки и галдеж «дай!», «пожертвуй!», «уступи!», «уплати!», «внеси!», «верни!» Так уничтожается чувство собственного достоинства, рождается желание отдать все, чтобы только отстали. Именно это и нужно. Тем более, что все равно не отстанут. У В.Быкова в повести «Бомба» хуторянин Петрок решил отбиться от назойливых полицаев бутылками с самогоном и дело кончилось ожидаемо: «теперь будут ездить и кринковские, и вязниковские, и еще многие из далеких и близких деревень… И Петрок ужаснулся при мысли; что же он затеял с тем самогоном? Разве можно напоить этих собак изо всей округи? Разве у него хватит на это времени, хлеба, двух его старых натруженных рук?».

Именно.