В недалеком будущем традиционные школьные учебники собираются заменить цифровыми и, что гораздо страшнее, заменить традиционный межличностный обучающий процесс некой обучающей программой, которая, якобы, будет анализировать индивидуальные возможности ребенка и составлять план его индивидуального развития. Замечательная “замануха” для родителей, мечтающих об индивидуальном подходе к каждому учащемуся. В материале, размещенном 20 июня на сайте РБК “Цифровизация за 500 млрд: как школьников отучат от бумажных учебников” подробно описываются виртуальные выгоды, обещают облегчение работы учителей. Цифровизация в школе преподносится как великое благо, признак высокого уровня цивилизации, избранности. На форумах, посвященных новым технологиям, идут еще дальше, предлагая заменить учителя роботом-андроидом. Если ознакомиться с рекомендациями к роботам-андроидам, то “минус” только один – высокая стоимость, а “плюсов” не счесть: это и обучение детей, которые не могут посещать школу по состоянию здоровья, и помощь детям-аутистам, и освобождение педагогов от школьной рутины и пр. В качестве примеров, должных вызвать восторг и полное доверие, приводят Южную Корею и США (запомните, мы еще вернемся к этим примерам, пока же нам до них, слава Богу, еще далеко).
Еще один бич нашей цивилизации – аутизм. Двадцать лет назад аутизм встречался у одного ребенка из 5000 (пяти тысяч), сейчас – у одного из 50 (пятидесяти). Раньше основным контингентом детского психиатра были умственно отсталые дети, но сейчас аутисты уверенно обгоняют их. По состоянию на 2012 год в США каждый пятидесятый житель был диагностирован, как аутист. На территории Южной Кореи такой диагноз был поставлен каждому 38 жителю. По данным ВОЗ, во всем мире в 2012 году аутизмом страдал 1 из 88. Откуда такое существенное расхождение с данными по всему миру у столь продвинутых стран? Вернитесь к началу статьи: именно эти страны являются передовыми в цифровых технологиях. Та самая “цифровизация”, в которую обещают загнать всех нас, там уже состоялась, и результат заставляет содрогаться. Что значит ребенок-аутист? Это инвалид, для социальной реабилитации которого необходимы грамотные специалисты и большие материальные затраты. Те из них, кто сможет реализовать свой интеллектуальный потенциал, будут испытывать трудности в создании семьи, фактически будут исключены из процесса воспроизведения населения (т.е. не оставят потомства). По прогнозам ВОЗ, к 2025 году аутистом может быть один из тридцати новорожденных. Господа, вдумайтесь! Из чьих зарплат станут начислять пенсии через 20-30 лет, если мы доживем до обещанных 63-68 лет?
Еще одна проблема, грозящая превратиться в беду: задержка речевого развития у детей. Двадцать лет назад двухлетний ребенок, читающий стихи Барто, ни у кого не вызывал особого умиления – таких было немало. Сейчас таких – единицы. В поликлинике проводятся медосмотры психиатра у детей в 2 года. Из 10-15 детей, приходящих на прием, только 1-2 ребенка могут назвать знакомое животное, многие двухлетние дети используют в своей речи всего 5-10 слов (мама, папа, баба, дай, пить, ам-ам – норма годовалых детей для поколения нынешних родителей), хотя неплохо понимают обращенную речь (приносят нужную игрушку, могут показать части тела). Возникает вопрос: почему? Ответ очевиден на улицах города: большинство мам одной рукой везут коляску, а в другой держат телефон-смартфон: чадо глазеет по сторонам, и мама интересно проводит время, а если надо ответить на лепет малыша – отвечает, не отрывая глаз от экрана. И вот тут-то кроется корень проблемы: чтобы развивалась речь у ребенка, ему недостаточно слышать ее, он должен видеть мимику и артикуляцию матери, чтобы за счет работы “зеркальных” нейронов активизировалась его собственная артикуляция. Никакие аудио-игрушки, “игрушки-повторюшки”, никакие интернет-программы не научат ребенка говорить, если он не видит лицо разговаривающего человека. Возможности “зеркальных” нейронов еще не полностью изучены, вокруг них много мифов, но безусловно одно: именно “зеркальные” нейроны передают навыки речи, навыки мыслительных операций (сравнения, анализа, синтеза – как раз эти мыслительные операции плохо развиты у отстающих школьников) от взрослого человека ребенку. Именно так: “зеркальные” нейроны взрослого передают информацию “зеркальным” нейронам ребенка, которые, в свою очередь, запускают работу нужных зон коры мозга. Если информация будет подаваться ребенку с другого источника, “зеркальные” нейроны не включатся. То же самое происходит во время учебного процесса: если при подаче учебного материала не участвовали “зеркальные” нейроны педагога, то не включатся мозги учеников. Попробуйте-ка заменить объяснения учителя по новому материалу аудиозаписью, а потом дайте ученикам проверочную работу. Результат вас сильно огорчит.
Замещение цифровыми технологиями естественной передачи знаний от старшего поколения младшему неизбежно приведет к утрате навыков самостоятельного мышления. В результате подрастающее поколение станет всего лишь частью матрицы, управляемой силой, которая контролирует цифровые и информационные потоки уже сейчас. А это угрожает не только суверенитету страны, но и каждому человеку в отдельности.
Многие с настороженностью воспринимают подобный “прогресс”, и не зря. Конечно, не страшно, если бумажный учебник будет записан на “флэшку”, но электронное устройство, открывающее его, будет подключено к ГИС (Государственной информационной системе), а значит, иметь выход в интернет. Справятся ли школьники с соблазном воспользоваться интернетом вместо урока? Даже умственно отсталые дети быстро учатся пользоваться интернетом, что уж говорить об интеллектуально здоровых детях, которые с легкостью взламывают пароли и обходят родительские интернет-запреты. Но вспомните, какая беда все больше поражает наших неглупых интернет-продвинутых детей? Интернет-зависимость. Все чаще приходится сталкиваться с жалобами родителей, что ребенок не хочет общаться со сверстниками, а потом и с родными, все свободное время (а также и время, которое должно быть потрачено на учебу) проводит в соцсетях, отстраняется от жизни своей семьи, становится все более безразличным, эмоционально холодным, нарушается взаимопонимание. Этих детей выхолащивает интернет: ведь общаясь с человеком напрямую, возникает необходимость в сопереживании, в умении разделить радость или печаль собеседника, а это, безусловно, требует какой-то жертвы, каких-то затрат. А в соцсетях все просто: выбрал нужный смайлик – и нет проблем. Ты как бы откликнулся на чужую беду, не переставая вести счет своих виртуальных побед.
Екатерина Кулебякина – детский психоневролог врач высшей категории, специально для ИА “Реалист”
