В конец марта c.г. сразу в нескольких провинциях Исламской Республики Иран, как на севере, так и на юге, произошло сильнейшее в современной истории наводнение. На пути водных потоков оказалось 28 провинций — 70% территории страны. наибольший урон был нанесен провинциям Лорестан, Фарс, Хузестан, Кохгилуйе, Бойерахмад, Чахармахал и Бахтиари, Керманшах, Северный Хорасан, Мазандаран, Систан и Белуджистан, Илам и Курдистан. Иранцы, страдающие от засухи на протяжении долгих лет, оказались не готовы к природному катаклизму. И хотя в некоторых регионах, в частности в провинции Керман, остановить потоки воды все еще не удалось, в Иран начали подчитывать понесенный ущерб.
По словам Бехнама Саиди, представителя Иранской организации по управлению кризисами, пострадали 259 городов и 5148 деревень. По данным Министерства здравоохранения Ирана, 76 человек погибли, 1173 получили ранения и около 300 тыс. были перемещены. Большинство жертв наводнения были из провинций Фарс, Хузестан и Лорестан. По словам директора регионального управления Всемирной организации Красного креста, наводнение затронуло 10 млн человек, и по крайней мере 2 млн из них нуждаются в гуманитарной помощи.
По данным статистики и сообщениям СМИ, нанесен ущерб на сумму в 20 трлн туманов (официальный курс доллара в ИРИ составляет 4210 туманов, однако реальный курс доходит на рынке доходит до 13-14 тыс.). Согласно последним предупреждениям Метеорологической организации Ирана, все еще существует вероятность наводнения в южных провинциях Ирана.
25 апреля в Исламском консультативном совете остоялось открытое заседание, посвященное проблеме наводнения. На заседании присутсвовали министры энергетики, дорог, сельскохозяйственного джихада и внутренних дел, которые отчитались перед парламетариями о свой сфере деятльности.
Мохаммад Эслами, министр дорог и городского развития, сказал, что во время недавнего наводнения было повреждено около 11 тысяч технических зданий (включая мосты и сточные каналы) и 725 мостов были полностью разрушены. Он оценил ущерб дорог, железнодорожных путей, технических зданий и градообразующих предприятий в 3,25 млрд туманов. Было повреждено около 150 тыс. жилых единиц в городах и селах, 50 тыс. единиц требуют востановления, а 100 тысяч — должны быть отремонтированы. Более 6 тысяч километров основных, пригородных и сельских дорог были повреждены в в более чем 6800 участках. В необходимых работах было задействовано 12 тысяч человек из данного министерства в 24 провинциях страны.
Колоссальный ущерб был нанесен сельскому хозяйству. Министр Махмуд Ходжати оценил потери производителей различных подсекторов аграрного сектора Ирана в 13 трлн туманов. Наибольший урон потерпела провинция Хузестан. Сильно пострадали садоводство, животноводство, пчеловодство и птицефабрики. В социальных сетях можно найти видеоролики с тем, как жители сел в едином порыве и рискуя собственными жизнями спасали животных от мощных водяных потоков.
Заместитель министра сельского хозяйства Ирана Аббас Кешаварз сообщил, что около миллиона гектаров земли были затоплены, около 55% из которых повреждены на 25-55%. Около 250 тыс. гектаров сельскохозяйственной продукции и около 150 тыс. гектаров садов исчезли. Более 6 тыс. птицефабрик и около 100 рыбоводных хозяйств также были повреждены.
Реза Ардаканиан — министр энергетики, заявил в парламенте, что наводнение, длившееся несколько недель, нанесло вред энергокомпаниям на сумму до 2,1 млрд туманов. Он сообщил, что только за первые дни наводнения было затоплено 380 деревень, оказавихся оторванных от энергоснобжения. Ранее министр нефти Ирана Биджан Намдар Зангане, сообщал о потерях в один триллион туманов на нефтяных объектах в Хузестане.
Последствия стихийного бедствия могут оказаться не только материальными. Ряд политических деятелей, в виду своей неосведомленности, посчитали наводнение «спасением» от многолетней засухи, однако ряд специалистов и ученых в области гидрометеорология н разделяют оптимизма политиков. Глава Метеорологической организации ИРИ Сахар Таджбахш, так же выстпившая в Медлисе, заявила, что недавнее наводнение было вызвано последствиями изменения климата и волной глобального потепления. Таджбахш утверждает, что Иран все еще находится под влиянием засухи и еще даже не вступил в самый суровый период. Она добавила, что, независимо от водных притоков, от 60 до 65% территории страны продолжает страдать от засухи.
«В будущем у нас будут очень разрушительные и сильные наводнения, а также широко распространенные засухи, волны тепла и холода», — сказал глава Метеорологического института Аббас Ранджбар, — поэтому недавние дожди не являются основание утверждать, что в следующем году у нас не будет сильной засухи». В интервью информационному агентству ISNA о действиях Метеорологического института по созданию систем прогнозирования и оповещения о наводнениях в зонах водосбора эксперт сказал: «В 96-м году (2018 г.) мы представили заинтересованным властям предложение о плане прогнозирования и предупреждения наводнения в Ширазе, но надлежащего внимания плану уделено не было».
Борьба с катаклизмом в Иране выявила еще одну серьезную проблему — кризис в системе управления. Официальные власти активно создают видимость успешной деятельности и кризисного управления, вовлекая всевозможные СМИ и общественность. Однако вспышка протестов пострадавших от наводнения, заявления некоторых депутатов и чиновников, а также ряда информагентств свидетельствуют о наличии проблем с управлением. В частности, критике подвергается министерство внутренних дел за неэффективную работу своего кризисного штаба.
После затопления города Пол-е Дохтар в провинции Лорестан, выяснилось, что отсутствует система координации действий между различными учреждениями, долгое время невозможно было установить связь с большинством из пострадавших сел. Это подтвердил даже губернатор провинции, отметив, что все ведомства не знают своих задач, отсутствует координация действий и разделение труда, за что так же отвечает руководство МВД. 97 деревень в Лорестане остались без электричества.
Депутат из Ахваза (Хузестан) в Меджлисе сообщил, что в ряде городов провинции, оказавшихся на пути течения воды, недостаточно техники для разбора последствий, а также отсутствует система управления в кризисной ситуации, в то время как вода продолжает двигаться из выше расположенных районов вниз. Он сообщил, что вода не дошла до самого города, и основной ущерб нанесен сельской местности, целые поля ушли под воду. Во избежание новых жертв в провинции было эвакуировано около 100 деревень. По его словам, основными причинами подобной ситуации в Хузестане — большой объем воды за плотинами и несливание ее в феврале и марте, а также отсутствие дноуглубительных работ на реках. С депутатом согласилась и представитель Тегерана, член фракции «Надежда» Парване Мафи, заявив об отсутствии надлежащего управления речными потоками и маршрутами паводков. По оценкам экологов причины были как природными засуха последних десятилетий, и человеческими — преднамеренное уничтожение лесов, строительство плотин на русле реки и изменение их течений в экономических целях.
Политика чрезмерного строительства плотин для обеспечения питьевой водой, сельского хозяйства, электричества и промышленности, нанесла огромный ущерб природе и населению Ирана. За последние годы высохли озера и болота, как, например, озеро Урмия. Еще в 2015 году реформистская газета «Шарг» писала о строительстве 700 лишних плотин, которые не принесут никакой пользы гражданам страны, а только строительным компаниям.
На помощь пострадавшим прибыли не только спасатели, но и армейские силы. Бригады Корпуса стражей исламской революции и члены Басидж по сей день продолжают заниматься расчисткой завалов, восстановлением инфраструктуры. Наводнение в Иране стало очередным поводом говорить о разногласиях между президентом ИРИ Хасаном Рухани и КСИР. Дело в том, что в социальных сетях распространился видеоролик с записью телефонного разговора командира пехотных сил КСИР с начальником Генерального штаба Вооруженных сил генерал-майором КСИР Мохаммадом Хоссейном Багери. Командир пехоты бригадный генерал Мохаммад Пакпур в неизвестном месте недалеко от пострадавшего от наводнения города Пол-Дохтар явно критикует правительство. «Люди настолько разгневаны, что никто из правительственных чиновников не осмеливается посетить этот район», — говорит Пакпур Багери, добавляя:»Люди недовольны ситуацией настолько, что находятся на грани беспорядков». Пакпур сообщает, что, хотя членов администрации Рухани ненавидят в регионе, силы КСИР на месте происшествия приветствуются и уважаются людьми, пострадавшими от наводнения.
Ранее Рухани косвенно обвинил КСИР за его «бесполезные» так называемые «контролируемые взрывы» в пострадавшем от наводнения городе Аккала, провинция Голестан, для отвода паводковых вод от жилых районов. В ходе этого процесса инженеры КСИР разрушили часть железнодорожной линии, соединяющей Иран с Туркменистаном. «Единственным результатом взрывов было перетекание паводковой воды из одной зоны бедствия в другую», — заявил Рухани. Исходя из этого, можно сказать, что выпады Пакпура в адрес президента являются ответом на это обвинение. напряжение между Рухани и руководством КСИР длится уже несколько лет. Став президентом, Рухани значительно сократил бюджет революционной гвардии. С тех пор, военные не упускают возможности высказать критику в адрес правительства. Неслучайно, поле наводнения в Ширазе президент направил туда никого иного, как министра разведки Махмуда Алави, который, находится в негласной конкуренции с командующим КСИР генерал-майором Мохаммадом Али Джафари. Соревнование Алави с Джаафари за общественное внимание символизирует глубокое межведомственное соперничество между министерством разведки и разведывательной организацией КСИР. Перекрывающиеся поля ответственности между двумя организациями поддерживают постоянную конкуренцию за власть, финансирование, персонал и тому подобное. Под руководством Алави министерство разведки предприняло структурные изменения, чтобы конкурировать со своим бюрократическим соперником.
В ответ на обвинения Пакпура глава государственной Национальной организации по борьбе со стихийными бедствиями сказал, что, несмотря на принижающие высказывания Пакпура, он лично посетил город Пол-Дохтар сразу после того, как правительственным спасателям удалось открыть коридор.
Один из арабских активистов ахвази, проживающих в Лондоне, сообщил СМИ об инциденте с участием служащих КСИР. По его словам, военные открыли огонь по протестующим и убили одного из них в в районе Дашт-э-Азадеган провинции Хузестан, когда жители района попытались помешать КСИР разрушить дамбу и направить паводковые воды на их сельскохозяйственные угодья. Оппозиционная группа Национального совета по свободным выборам Ирана заявила, что силы КСИР хотели перенаправить потоки воды, чтобы предотвратить их попадание в контролируемые корпусом нефтяные установки в соседнем городе Сусангерд. В своем посте в Instagram группа заявила, что один протестующий был убит и несколько были ранены ксировцами. На следующий день агентство Fars, аффилированное с КСИР, подтвердило, что в ходе инцидента были произведены выстрелы, и что два полицейских и один сельский житель получили ранения. Fars заявил, что власти пытались убедить жителей деревни покинуть свои дома и разрешить разрушение дамбы в обмен на компенсацию.
Ида Саркисян — востоковед, эксперт по Ирану, специально для ИА «Реалист»
