Радикализация общества меняет методы достижения перемен

МОСКВА (ИА Реалист). Сегодня повсеместно мы наблюдаем радикализацию общества. По всему миру растут движения, желающие быстро изменить существующее положение вещей насилием, ибо быстрые перемены в громадных обществах возможны только с помощью насилия и отмены правил — естественные перемены происходят слишком медленно, конструкция проседает под собственной тяжестью, а все устали ждать. Эти процессы идут и у нас.

Данная радикализация — рефлекторный, закономерный ответ на выдуманный, пластиковый, сотканный из вранья и круговой поруки мир, в котором мы живем последние несколько десятилетий. Ответ на то, что все видят и понимают одно, но читают в газетах и слышат от политиков совсем другое. Что нет никакой демократии и прав человека. Что нет политики. Нет процветания и прогресса. Кругом фантомы — Билли Айлиш не певица, Грета Тунберг не борец за экологию, Кирилл Серебренников не режиссер, Алексей Навальный не оппозиционер, Захар Прилепин не писатель, Йозеф Бойс и Дэмиен Херст не художники, что круговая порука денежных мешков и ловких проходимцев из журналистов и аналитиков не делает кляксы на стенах искусством, голый зад на сцене спектаклем, ритмизованную эпилепсию на эстраде пением, а эпатажные выходки – политикой.

Надоело доказывать аксиомы сопливым, объевшимся суши идиотам, объяснять, что СССР победил фашистскую Германию, что Владимир Путин — лидер мирового масштаба, что Илья Репин и Антон Чехов — гении, а Мамышев-Монро и Сорокин – дерьмо.             

Отсюда и радикализм. Безысходность, ощущение, что все, что выше, не кончится уже никогда, что, как говорит их кумир «художник» Кабаков, «в будущее возьмут не всех», вызывает реакцию: «Чтобы вы сдохли!» ибо сами они не уйдут, им некуда, они ничего не умеют делать. Ненависть и агрессия растут, ибо громадное число людей понимает, что именно их в будущее брать не планировали, а значит, они должны пройти туда сами, так, как они считают нужным.

Если ребенка годами заставляли жить по правилам, демонстративно их не соблюдая у него на глазах, стоит ли удивляться родителям, которых повзрослевшее чадо без правил выкинуло с синяками из дома догнивать под забором. Миллионы людей, которых кланы, олигархи, элитка держали за таких детей, повзрослели и теперь так же без правил восстанавливают свои права, возвращают то самое «украденное детство», воруя старость у узурпаторов и лжецов.

Они чувствуют, что за ними правда обкраденных, угнетенных, околпаченных, в то время как за лохотронщиками корме банковских счетов и журналистской челяди не стоит ничего и никто. Мало того, они прекрасно знают, что они лохотронщики, что лишает их возможности защищаться. 

В свое время движение «Наши» хором обвиняли в том, что оно нагнетает атмосферу ненависти, так как называет Людмилу Алексееву агентом Госдепа, а Эдуарда Лимонова — фашистом, в то время как элитка договорилась считать ее правозащитницей, а его великим писателем. Движения «Наши» давно нет, но атмосфера ненависти сгустилась так, как никогда. Собственно, потому она и сгустилась, что нет «Наших». Выясняется, что прямой причиной радикализации и роста уровня ненависти всегда были олигархи, элитка, все эти Быковы-Ефремовы-Серебренниковы-Гельманы-Невзоровы-Кашино-Яшины и те, кто за ними стоит. Они упорно продолжают вызывать к жизни желание убрать их с дороги, из нашей жизни любым способом, любой ценой. Ненависть и раздражение растут и когда-нибудь дорастут до того, что хлынут через край.

Власть или этого не видит, или считает, что это все ерунда или подогревает эти настроения тремя годами условно. Ну-ну.

Борис Якеменко — заместитель директора Центра исторической экспертизы при РУДН