СЕУЛ (ИА Реалист). 20 августа министр обороны Южной Кореи Ан Гю Бэк на заседании парламентского комитета по обороне заявил, что Сеул оценивает ядерный арсенал КНДР в 80–120 боеголовок. Это существенно выше цифры, которую накануне назвал американский президент Дональд Трамп, заявивший, что у Пхеньяна 57 «очень мощных» ядерных боеголовок.
«Наша оценка — от 80 до 120, но назвать точную цифру крайне сложно», — заявил Ан Гю Бэк в ответ на запрос депутата от оппозиционной Партии народной власти Сон Иль Чжона.
На чём основана оценка Сеула
Министр пояснил, что цифра основана на расчётах объёма плутония, который, по оценкам, КНДР могла произвести и накопить. При этом он подчеркнул, что данные получены от частных исследовательских организаций, и южнокорейские военные не могут официально подтвердить эти цифры.
Сеул традиционно избегал публичного раскрытия детальных оценок ядерного арсенала КНДР. Для сравнения: Стокгольмский институт исследования проблем мира (SIPRI) в 2025 году оценивал арсенал Пхеньяна примерно в 50 боеголовок, а также наличие материала для производства ещё до 40.
| Источник оценки | Количество боеголовок |
| Южная Корея (официально) | 80–120 |
| Дональд Трамп | 57 |
| SIPRI (2025) | ~50 (+ материал для ещё 40) |
Источник: заявления Ан Гю Бэка, SIPRI
Реакция на цифру Трампа
Комментируя расхождения с оценкой американского президента, Ан Гю Бэк ограничился лаконичным замечанием: «Цифры выглядят несколько иначе». Отвечая на вопрос, является ли упоминание Трампом конкретного числа признанием КНДР ядерным государством, министр сказал, что комментировать заявления президента США было бы «неуместно».
Официальная позиция Сеула: никакого признания
Несмотря на публичное озвучивание оценки, Ан Гю Бэк подчеркнул, что Сеул не может официально признать КНДР ядерным государством. Это противоречило бы многолетней политике поддержки денуклеаризации Корейского полуострова.
Министр также исключил возможность разработки Южной Кореей собственного ядерного оружия или размещения американских тактических ядерных вооружений на своей территории. «Мы не можем разрабатывать ядерное оружие. Мы не должны соглашаться на размещение американских тактических ядерных вооружений», — заявил он. Сеул продолжит полагаться на американский «ядерный зонтик».
Трамп идёт на контакт с Ким Чен Ыном
Заявление Ан Гю Бэка прозвучало на фоне активизации дипломатических усилий Вашингтона. Дональд Трамп 19 августа заявил, что намерен встретиться с Ким Чен Ыном до конца 2026 года, стремясь возобновить диалог, застопорившийся после саммитов 2018–2019 годов.
Одновременно Трамп распорядился сократить масштаб совместных военных учений США и Южной Кореи Ulchi Freedom Shield, назвав их «враждебными» по отношению к КНДР. Однако Пхеньян отреагировал на этот жест сдержанно: влиятельная сестра северокорейского лидера Ким Ё Чжон заявила, что сокращённые учения остаются провокационными и агрессивными.
Мнение эксперта: «Расхождение оценок — сигнал для Вашингтона»
Директор Центра корейских исследований Института международных отношений (Сеул) заявил:
«Публичное озвучивание Сеулом оценки в 80–120 боеголовок — это не просто технический доклад, а политический сигнал. Южная Корея даёт понять Вашингтону, что масштаб угрозы может быть значительно серьёзнее, чем предполагает администрация Трампа.
При этом Сеул остаётся в рамках своей традиционной позиции: цифры названы, но официального признания ядерного статуса КНДР нет. Это тонкий баланс между реализмом и приверженностью денуклеаризации».
Анализ ситуации: расхождение союзников и дипломатический зондаж
Публичное раскрытие оценки ядерного арсенала КНДР — редкое событие для Сеула, который традиционно избегает таких заявлений. Оно произошло в момент, когда Трамп пытается возобновить личную дипломатию с Ким Чен Ыном, одновременно сокращая военное присутствие в регионе.
Расхождение между оценками Сеула (80–120) и Вашингтона (57) подчёркивает сохраняющиеся разногласия в восприятии угрозы даже между союзниками. При этом южнокорейский министр подчеркнул, что его страна не намерена менять свою позицию по денуклеаризации и не будет разрабатывать собственное ядерное оружие.
Вопрос в том, сможет ли дипломатический зондаж Трампа привести к реальному прогрессу, или же КНДР вновь использует переговоры для затягивания времени, продолжая наращивать арсенал.
