Шеайто Муссаллам: Иран — главное препятствие на пути к Большому Израилю

БЕЙРУТ (ИА Реалист). Ближний Восток сегодня — это эхо разрывающихся бомб, дипломатические тупики и десятки противоречивых интерпретаций того, что на самом деле происходит.

В хаосе особенно ценны голоса тех, кто видит за событиями не только тактику, но и стратегию, не только кровь, но и доктринальные замыслы.

Один из таких голосов принадлежит доктору Шеайто Муссалламу — директору московского бюро телеканала Al Mayadeen, человеку, который на протяжении многих лет профессионально анализирует геополитические процессы на Ближнем Востоке.

ИА Реалист обратилось к доктору Муссалламу с серией острых вопросов. В интервью наш собеседник делится своим видением планов США и Израиля по Ирану и Палестине, рассказывает о сговоре Азербайджана с Западом, описывает судьбу Ливана и объясняет события в регионе, опираясь на учение Карла Маркса.

Война в Газе, удары по Ливану, война с Ираном. Существует ли, по-вашему мнению, единый план США и Израиля по перекройке карты Ближнего Востока?

Шеайто Муссаллам: Не только существует, они работают над его реализацией. План ясен: не просто переделать границы, а создать в Западной Азии «Большой Израиль». Главная проблема для них — палестинский народ, который хотят либо уничтожить, либо выгнать.

Иран был самым главным препятствием к реализации плана, поэтому война оказалась неизбежна. Они не стесняются, открыто заявляют, что их граница — весь регион от Ирана до Египта.

Даже посол США в Израиле говорит, что это их религиозное право, им обещано, и они должны это реализовать. Все эти войны и конфликты связаны с данным планом.

Как связаны войны в Ираке, Сирии и Йемене с войной в Иране?

Шеайто Муссаллам: Все войны в регионе связаны. Движения в Ираке, Ливане и Йемене — это шииты, они помогают друг другу, особенно сейчас, когда идёт война против Ирана, которая приобретает религиозный характер. Если уничтожить Иран, то в Ливане и Ираке легко реализовать свои планы. Ирак уже разрушен после американского вторжения. 

Поэтому все местные силы уверены: если не объединяться и не защищаться, их очередь скоро настанет. 

Кроме религиозного фактора, важен и арабский фактор: для них проблема Палестины — прежде всего, и защищать её — это и арабский долг, и вера. Так что их многое объединяет.

Если мысленно обратиться к учению Карла Маркса, как он оценил бы нынешние войны в Иране и Ливане?

Шеайто Муссаллам: Это кризис капитализма, можно сказать, жадность капитализма. Они считают себя единственными хозяевами. Трамп всегда говорит о нефти и газе — ресурсы в Ираке уже захватили, теперь очередь Ливана и Ирана. Чтобы продолжать строить империализм, быть более жестокими и контролировать мир — это подтверждает теория Маркса.

То есть учение Маркса по-прежнему актуально?

Шеайто Муссаллам: Да, естественно.

Иран для многих — символ сопротивления западному доминированию. Кто на самом деле его союзник в противостоянии США и Израилю?

Шеайто Муссаллам: В военном смысле союзников нет. Есть партии в Ливане, Йемене, Ираке, но это негосударственные организации. Есть политическая поддержка — из Китая, России, Северной Кореи.

Как мы видели в Совете Безопасности, Россия и Китай наложили вето в защиту Ирана. Многие страны мира поддерживают Иран политически, потому что понимают: если Иран устоит, мир изменится и они спасутся. Так что политических сторонников много, но в военном плане Иран одинок.

Иранские источники утверждают, что Азербайджан предоставил свою территорию для ударов по Ирану. Согласны с этой информацией? В чьих интересах сегодня действует азербайджанский режим?

Шеайто Муссаллам: Точно так и было.

Азербайджан действует в интересах англосаксов. Они тесно связаны с американцами и англичанами. Даже операция в Нагорном Карабахе не могла бы быть успешной без помощи США, Британии, Израиля и Турции. Азербайджан чувствует себя могущественным из-за слабости соседей: Армения слаба, Грузия слаба, а Россия занята войной. 

У руководства Азербайджана есть мечта — отобрать у Ирана «кусочек» территории. Это не их проект, а англосаксонский: соединить Каспий с Средиземноморьем. 

Представьте себе: Иранский Азербайджан плюс территория ближе к Ираку — стратегический регион с огромными запасами нефти и газа, и всех местных жителей объединяет шиизм. 

Англосаксы думают, что при помощи азербайджанцев смогут проложить коридор от Персидского залива до Каспия. Лично я считаю это нереализуемым — они переоценивают свои возможности.

В иранской шиитской идеологии сопротивление Израилю имеет религиозное измерение — защита угнетённых и борьба с высокомерием. В израильском дискурсе Иран — наследник Персидской империи. Возможно ли чисто прагматическое, секулярное соглашение между государствами, если отбросить религиозные и мессианские компоненты?

Шеайто Муссаллам: В принципе, возможно. До Исламской революции 1979 года Иран и Израиль были близкими союзниками, «Моссад» и «Савак» тесно сотрудничали. Если отбросить религиозный фактор, они могли бы быть союзниками. Но это не мечта Израиля. 

Они надеялись поменять режим в Иране, но не получилось — либо плохо знают шиизм, либо самонадеянно думают, что с американцами всё могут. 

Поэтому религиозный фактор очень важен для защиты Ирана и его противостояния Западу.

Россия и Китай имеют свои интересы в регионе. Могут ли они выступить гарантами урегулирования иранского кризиса?

Шеайто Муссаллам: Могут, у них есть все предпосылки. Россия и Китай имеют хорошие отношения со всеми конфликтующими сторонами. 

Особенно Россия: у неё хорошие отношения с Израилем (там два миллиона русскоязычных), с арабскими странами и с Ираном. Они могли бы сыграть важную роль, но американцы им этого не позволят. 

У США другие планы: захватить Иран — если не территориально, то его сырьём и стратегическими коридорами «Север-Юг» и Шёлковым путём через Иран. Поэтому США будут препятствовать.

Как вы оцениваете вероятность наземного вторжения в Иран со стороны американцев и израильтян?

Шеайто Муссаллам: Вероятность есть — на северо-западе Ирана, где живут курды, на границе с Арменией и Азербайджаном. Американцы и израильтяне много вложили в курдские организации. 

Кроме того, они могли бы показательно захватить какой-то небольшой остров, чтобы заявить о победе и диктовать условия. План у американцев есть, и всё, что мы видим, — это подготовка к вторжению.

В случае военного поражения одной из сторон — исчезнут ли доктринальные противоречия между Израилем и Ираном?

Шеайто Муссаллам: Если победит Иран, все планы Израиля рухнут. Сам Израиль или станет маленьким государством, или вернётся к первоначальной палестинской территории. 

У Израиля нет выхода, кроме победы. Если не победит — значит, проиграл. А для победы нужно полностью разрушить Иран. 

Поэтому любое компромиссное решение будет временным, недолгим. Израильтяне и англосаксы считают свой план реализуемым, им только Иран мешает, и они будут повторять попытки.

Какую роль в данном контексте вы отводите Турции?

Шеайто Муссаллам: Роль Турции непонятна. Она увеличивает свои возможности, защищена от внешнего давления. Но если Иран устоит 40 дней или два месяца, Турция не продержится больше 15 дней. 

В Турции нет единства — там курды, арабы, разные настроения. В отличие от Ирана, где во время войны объединяются, в Турции объединиться невозможно. 

Арабы там считают себя сирийцами, не согласны с уничтожением их культуры. Курды тоже. Если Иран разрушится, курды почувствуют себя сильными, но без выхода к морю и без своей территории в Турции они ничего не добьются. Так что в случае падения Ирана Турция не сможет себя защитить.

Вы ожидаете распространения конфликта на Турцию?

Шеайто Муссаллам: Конечно. Израильтянам мешают Иран, Турция и Египет. Если упадёт первый, следующий — Турция. А Египет один не выстоит — у него много экономических и социальных проблем.

Все арабские страны будут разрушены. Поэтому надежда только на Иран.

Как вы оцениваете переговорный процесс между Израилем и Ливаном, который был запущен в Вашингтоне?

Шеайто Муссаллам: Это переговоры между людьми, не связанными с реальностью. Ливанская власть не имеет возможности выполнить то, о чём договорится.

Без участия «Хизбаллы» не получится?

Шеайто Муссаллам: Даже если договорятся, парламент не примет того, чего требует Израиль. Это происходит под давлением США — Трамп хочет показать, что он решает ливанский вопрос. Но Иран решает его на практике. 

Это не первый раз: в 1982 году израильтяне захватили Бейрут, подписали договор с Ливаном, а через месяц всё рухнуло, и Ливан отказался от договора. 

Так что без участия «Хизбаллы» никакого решения нет. Израиль, конечно, будет использовать свои методы — убивать и разрушать, как в Газе. У него есть возможности.

Каким вы видите будущее Ливана на фоне этих событий?

Шеайто Муссаллам: Ливан сам по себе ничего не может определить. Всё зависит от исхода войны с Ираном. Это маленькая страна, но когда-то она имела огромные функции — банковскую систему, туризм, услуги, университеты, медицину, культуру. Всё это разрушено «благодаря» Израилю и некоторым арабским странам. 

Эти функции перенесли в ОАЭ, а теперь Израиль мечтает забрать их оттуда к себе. Маленькие страны в этой ситуации ничего не могут сделать.