ВАШИНГТОН (ИА Реалист). 13 августа глава Минфина США Скотт Бессент заявил в интервью Newsmax, что «следите за этим пространством — на следующей неделе последуют новые объявления, потому что мы собираемся применить меры, подобных которым не видели в истории экономической изоляции страны». По его словам, новые санкции станут частью «двойного удара» наряду с продолжающейся морской блокадой иранских портов.
При этом, как отмечают аналитики, после десятилетий санкций и полной морской блокады неясно, какие именно значимые экономические меры США могут ввести, не прибегая к вторичным санкциям против покупателей иранской нефти, таких как Китай. США уже ввели около 2200 санкций против Тегерана с 2018 года.
По данным Bloomberg Economics, «если 47 лет санкций не сломили волю Тегерана, то больше того же самого вряд ли приведёт к каким-либо изменениям». Аналитики считают наиболее вероятным сценарием сохранение текущего курса — поддержание санкций и блокады наряду с ограниченными ударами и дипломатическими усилиями.
Позиция Трампа: «мне всё равно»
В кратком интервью Fox News президент Дональд Трамп заявил, что США намерены «нанести сильный удар по экономике Ирана» и что его не волнует, завершится ли конфликт до ноябрьских промежуточных выборов.
В интервью Axios в выходные дни Трамп охарактеризовал свой подход как «низкопрофильный»: «Мы просто наблюдаем за Ираном с его огромной инфляцией и тем фактом, что у них нет денег». При этом, как отмечают аналитики, Трамп «пытается найти путь к выходу из конфликта по мере приближения промежуточных выборов».
Выступая 14 августа на Лонг-Айленде, Трамп назвал американскую блокаду иранских портов «стальной стеной», которая даёт Вашингтону контроль над проливом, и в шутку пообещал: «Очень скоро я объявлю Ормузский пролив территорией Соединённых Штатов». Иран, в свою очередь, утверждает, что контролирует движение в проливе.
Почему Трамп переключился на санкции
По данным источников, администрация делает ставку на экономическое давление вместо военной эскалации по нескольким причинам:
- Нехватка боеприпасов: США столкнулись с дефицитом необходимых боеприпасов.
- Внутренняя оппозиция: военная кампания сталкивается с растущим сопротивлением внутри страны на фоне приближающихся промежуточных выборов в ноябре.
- Риск роста цен на топливо: полномасштабная эскалация может отправить цены на бензин выше $4 за галлон, что стало бы дополнительным ударом по республиканцам на выборах.
- Давление на экономику: высокие цены на нефть и бензин уже бьют по кошелькам американских избирателей.
Как отмечает Reuters, официальные лица администрации всё чаще признают, что конфликт, скорее всего, «в той или иной форме продолжится к моменту промежуточных выборов». Один из советников Трампа заявил Axios, что президент колеблется между «началом новых ударов» и «ожиданием, пока экономические санкции против Ирана вступят в полную силу».
Позиция Ирана: Ормузский пролив закрыт до выполнения условий
Иран сохраняет жёсткую позицию. Секретарь Высшего совета национальной безопасности Ирана Мохсен Резаи заявил, что Ормузский пролив останется закрытым, пока США не прекратят войну и блокаду, не разблокируют замороженные иранские активы и не согласятся на региональное прекращение огня, включая Ливан и Газу. Трамп отверг эти условия и, по данным источников, пока не рассматривает возможность новых военных действий для открытия пролива.
Позиции сторон
| Сторона | Действия |
| США | Подготовка новых «беспрецедентных» санкций, сохранение морской блокады, отказ от крупной военной эскалации |
| Иран | Удержание контроля над Ормузским проливом, ожидание выполнения условий (снятие блокады, разблокировка активов) |
| Риски | Новые санкции против Китая как покупателя иранской нефти могут спровоцировать ответные меры Пекина и рост цен на энергоносители |
Мнение эксперта: «Трамп пытается выйти из игры»
Политический аналитик, директор Центра ближневосточных исследований (CISR) в интервью ИА Реалист отметил, что новая санкционная риторика Вашингтона — это не столько усиление давления, сколько попытка администрации найти выход из затянувшегося конфликта перед выборами.
«После 47 лет санкций и 2 200 ограничений говорить о «беспрецедентных мерах» — это признание того, что военный сценарий зашёл в тупик. Трамп не может эскалировать из-за дефицита боеприпасов и риска роста цен на топливо. Но он не может и признать поражение.
Поэтому он переключается на риторику санкций, создавая видимость активности. Иран это прекрасно понимает и не собирается уступать, пока не получит реальных уступок».
Администрация Трампа пытается совместить жёсткую риторику и экономическое давление с осторожностью в военной сфере на фоне приближающихся выборов. Однако остаются открытые вопросы: какие именно «беспрецедентные» меры сможет предложить Вашингтон после почти 50 лет санкций против Ирана, и насколько эффективным окажется экономическое давление без реальной угрозы эскалации.
Иран, в свою очередь, демонстрирует готовность к длительному противостоянию, удерживая контроль над Ормузским проливом — стратегическим узлом, через который проходит около 20% мировой нефти.
