ЛОНДОН (ИА Реалист). Лекарственные препараты принесут пользу там, где они дадут солдатам дополнительные преимущества, устраняя человеческие слабости в конфликте или бою, отметила в интервью Chatham House майор британской армии Элоиза Гудли.
«Во-первых, это преодоление усталости. Недосыпание — очень распространенная проблема в конфликтах. Во-вторых, сила, так как в ходе тяжелых упражнений и тренировок солдаты теряют силу и способность восстанавливаться. Наконец, есть психическая травма — посттравматическое стрессовое расстройство — хотя в своей статье я отклонила эту сферу, как потенциальную для применения фармацевтических препаратов», — пояснила она.
Гудли подчеркивает, что военное ведомство тратит много времени и средств на защиту людей на войне с помощью такого оборудования, как бронежилеты и датчики, но мы не задумываемся о других доступных вариантах.
«Во многом это связано с тем, что идея использования лекарств для повышения работоспособности человека является табу. Этот запрет в основном связан со спортом — и в этом проблема. В спорте это считается обманом, несправедливым, неэтичным и незаконным способом. Но конфликт — это совершенно другое дело, и вы не пытаетесь достичь того же результата, как в спортивных состязаниях. В спорте употребление спецпрепаратов не приносит социальной пользы, но в конфликте наоборот», — полагает офицер британской армии.
Майор британской армии считает важной проблему моральной ответственности, потому что государство в ответе за действия госорганов, ведомств и отдельных лиц, действующих от его имени таких, как вооруженные силы и военнослужащие.
Она напомнила, что войска вермахта в период Второй мировой войны употребляли препараты в основном, чтобы не спать, а также для борьбы со страхом.
«К концу войны почти все союзные державы использовали фармакологические препараты для солдат, но, что интересно, немцы это прекратили. Это произошло потому, что они испытали на себе негативные побочные эффекты. Самым большим из них была паранойя, приведшая к подрыву доверия внутри подразделений из-за конкретных лекарств, которые принимали солдаты», — сообщила Элоиза Гудли.
Сегодня единственная страна НАТО, которая использует какие-либо формы фармакологического усиления своих войск, — это Соединенные Штаты.
