“Российская газета” опубликовала заметку “От Донбасса до Курил” (16 июня 2017 г., № 130 /7296/, стр. 3), в которой сообщается: “После четырехчасовой Прямой линии президент вышел к журналистам: рассказал об отношении к протестным акциям и политическому долголетию, а также поделился видением ситуации в Донбассе и будущего Курильских островов… Ответил президент и на вопрос о Курилах: совместная работа там возможна, нужно создавать благоприятные условия для решения территориальных проблем. “Какую форму приобретут окончательные решения, мы пока не знаем”, – сказал он”.
Что дальше? Об истоках конфликта и геополитических вызовах, стоящих перед Россией, Экспертной трибине “Реалист” рассказал доктор исторических наук Вячеслав Зимонин:
У России “территориальных проблем” с Японией нет! Курильские острова в соответствии с нормами международного права исконно принадлежали Российской империи. В период сёгуната Токугавы, свидетельствуют карты японского атласа, не только Курилы, но и крупный остров Японского архипелага Хоккайдо считались заграницей.
Жест доброй воли по передаче Южных Курил Японии в 1855 г. во имя установления добрососедских отношений и развития торговли был воспринят императорской Японией отнюдь не адекватно: в результате Японско-русской войны 1904-1905 гг. Япония аннексировала и южную часть принадлежавшего России Сахалина, проводила агрессивную политику в отношении Советской России в годы иностранной интервенции, в канун и в годы Второй мировой войны.
Южные Курилы окончательно возвращены России по факту безоговорочной капитуляции Японии 2 сентября 1945 г. и ряду международно-правовых документов, в том числе Сан-Францискскому мирному договору 1951 г. Япония же постоянно муссирует тему о “северных территориях”, более того в 2009 г. официально провозгласила наши южные Курилы своей неотъемлемой частью.
Однако в том, что касается японских территориальных претензий к нашей стране, следует четко себе представлять, что они касаются отнюдь не только того, о чем говориться громогласно – южных Курил, хотя и это неправомерно с точки зрения международного права, закрепившего итоги Второй мировой войны, в которой Япония как один из главных виновников развязывания этой войны, потерпела поражение и была наказана мировым сообществом. Есть много свидетельств того, что реваншистские притязания к нашей стране Южно-Курильской грядой отнюдь не ограничиваются.
В мае 1988 г. по заказу японского правительства был подготовлен “Промежуточный отчет по исследованию внешней политики и комплексного обеспечения национальной безопасности” (Токио, май 1988 г., с. 13). “Япония, – говорится в нем, – должна продолжать требования о возврате всех северных территорий… Заключить японо-советский мирный договор после возвращения четырех северных островов. Япония должна также пытаться заключить японо-советский мирный договор, включая возвращение всех Курильских островов.
Объявить пункт с) 2-й статьи мирного договора с Японией (Сан-Францискского. – В.З.), в котором утверждается, что Япония отказывается от Курил, недействительным». То есть, ревизовать международно-принятый договор, поставивший точку во Второй мировой войне, под которым стоит подпись и самой Японии.
В ежегодно издаваемом на японском и английском языках официальном правительственном документе “Белая книга по обороне Японии”, начиная с первого выпуска в 1981 г., “северные территории” обозначаются еще более фривольно. Как в выпуске за 1981 г. [1], так и в издании 1996 г., которое имело многообещающий подзаголовок “К новой эпохе”, и в варианте “Белой книги” 2000 г. японские границы обозначены в районе Курильских островов севернее острова Итуруп, а “спорные территории” простираются до середины острова Сахалин и полуострова Камчатка, отсекая от нее все Курилы.
В одной из карт-схем выпуска 1996 г. и в разработке японского военного ведомства, опубликованной в Интернете 13 января 2002 г., авторы, однако, “великодушно” оставляют за Россией один из островов Курильской гряды, расположенный непосредственно у южной оконечности полуострова Камчатка, очевидно, остров Шумшу, на котором в ходе освобождения Курил советскими войсками шли самые ожесточенные бои.
В этой ситуации у России остался бы всего один проливный выход в Тихий океан между Шумшу и Камчаткой, не обеспечивающий безопасный проход всех классов кораблей даже в летнее время и контролируемый вооруженными силами Японии.
Показательно, что карта-схема с фривольным обозначением границ, опубликованная в Интернете, помещена в разделе “Миссия японских сил самообороны”[2].
Что это как не “картографические агрессии”? Скажут: “Ну, это же военное ведомство – что с него возьмешь… Оно всегда какие-нибудь стрелы рисует или границы отодвигает…”. Но, во-первых, именно такая картографическая агрессия, предпринятая японскими военными в 1930-х годах в виде подготовки сфальсифицированных карт и использования их в качестве оправдания агрессии против Монгольской Народной Республики, привела 11 мая 1939 г. к крупному вооруженному конфликту у восточных границ Монголии в районе реки Халхин-гол с далеко идущими целями, который, начавшись еще до общепризнанной даты начала Второй мировой войны, был разрешен не в пользу Японии лишь спустя две недели после этой даты.
А во-вторых, – этим грешит и японское министерство иностранных дел, в течение ряда лет публикующее в своих “Голубых книгах” карты с аналогичным изображением “северных территорий”.
Главная опасность картографических фальсификаций заключается в том, что они в годы японской агрессии в Азии использовались командованием японских вооруженных сил для обоснования правомерности вторжений на чужие территории, а в современных условиях активно используются для воспитания у мирных слоев японского населения, включая молодежь, недружественных по отношению к России, по сути, реваншистских настроений. На обложке и 26 из 66 страниц “Общественно-политического атласа Японии для начальной школы” и на 25 страницах из 150 “Нового географического атласа мира для старших классов японской средней школы”, которые изданы в начале 1980-х годов, например, южные части исконно российских островов Сахалина и Курильской гряды изображены (судя по соответствующей расцветке) как спорные, а на ряде карт – как японские территории [3].
Точно так же обозначены указанные территории и на красочной настенной “Полной карте Японии”, изданной в апреле 1997 г., под эгидой японского министерства строительства, где площадь страны указана с учетом вхождения в Японию южных Курил [4]. А в “Полном атласе Японии” [5], изданном в 1982 г., на первой же цветной карте разметка границ в районе Сахалина и Курил показана так же, как и в упомянутой выше “Белой книге по обороне Японии” за 1996 г.
И на картах солидного издания – “Большого атласа Японии”, идущего приложением № 1 к энциклопедическому словарю [6], под номерами 1, 3, 6, 8, 10, 11 – то есть с первых листов атласа – читателю также предлагается образчик картографической агрессии против России.
Квинтэссенцией “взрослых” упражнений в шулерстве с отнюдь не игральными картами, а теми, на которых обозначены международно-признанные границы суверенных государств, стало принятие в 2009 г. нижней палатой парламента Японии ничтожного с точки зрения международного права закона о том, что южные Курилы – это часть территории Японии. Таким образом, японский парламент попытался волюнтаристки реализовать одно из предложений упомянутой выше правительственной комиссии 1988 г.
Россия должна учитывать и заинтересованность военного союзника Японии США в установлении контроля над южными Курилами, что объясняется их стремлением обеспечить свои возможности на случай ведения боевых действий в российском Охотском море. Необходимость совершенствования комплексного обеспечения безопасности Курильских островов и подходов к Охотскому морю, по оценкам специалистов, обусловлена постоянным ростом числа внешних угроз, руку к созданию которых частенько прикладывают и заклятые друзья Японии – Соединенные Штаты, которые сами стали проводить в регионе все более агрессивную политику, направленную на ослабление российских оборонительных возможностей. США усиливают присутствие в западной части Тихого океана американского флота с многоцелевыми авианосными группами и атомными подводными лодками со стратегическими ракетами на борту, а также все более приближают к российским берегам свои эсминцы, вооруженные системой ПРО Aegis и крылатыми ракетами большой дальности Tomahawk, и подталкивают японских военных к усилению подготовки к развязыванию вооруженного конфликта с Россией. Японский министр иностранных дел Фумио Кисида прямо заявляет, что в случае получения контроля над южными Курилами на них будет распространятся действие японо-американского договора о безопасности, включая право США на создание здесь военных баз [7].
Япония готова на “полюбовный альянс” с кем угодно, лишь бы добиться признания “правоты” своей позиции по оспариваемым территориям, даже с находящейся в полном раздрае и фашизируемой далекой Украиной, упирая на то, что у обеих стран есть территориальные споры с Россией. В недавнем обширном интервью информационному агентству Укринформ японский посол в Киеве Сигэки Суми с удовлетворением отметил, что Япония является единственной азиатской страной, которая после Майдана ввела санкции в отношении России и выделила киевскому режиму больше других государств денежных средств – почти $2 млрд. Посол фактически признал, что все это не делается даром: “Мы также надеемся, что украинская власть и народ будут обращать больше внимания на вопросы безопасности (?! – В.З.) в Азии. С Россией у нас есть территориальные споры… В этих вопросах мы просим Украину поддержать японскую позицию” [8].
Уже давно поговаривают в Японии и о развитии тесного сотрудничества с НАТО [9], тем более, что этот блок фактически передвинул свою зону ответственности в Азию. Пока официально руководство НАТО принять в этот блок Японию из-за наличия у нее, по ее же словам, территориальных проблем не может. Но появление мирного договора с Россией, в котором нет никакой необходимости, так как прекращение состояния войны между нашими странами было зафиксировано еще в совместной Декларации 1956 г., предполагающего оформление согласованной границы, позволит Японии вступить в НАТО.
При всем этом приходится учитывать и степень влияния экстремистски настроенных элементов в самой Японии, готовых на неожиданные вылазки и провокации любого масштаба, активность которых ежегодно достигает пика во введенный в 1981 г. правительством Японии реваншистский праздник “День северных территорий” (11 февраля).
Видный военный эксперт, профессор университета “Цукуба” Я. Накагава назвал в журнале “Военные исследования” ставку на “сугубо оборонительную политику… поразительно глупой политикой”. “Япония, – считает он, – должна обладать силами, способными наносить удары по Сахалину, северным территориям, а также по Приморью; ей необходимо для этого принять соответствующую доктрину, в которой должны сочетаться как военный, так и человеческий факторы. Это должна быть действительно настоящая военная доктрина” [10].
Надеюсь, что уже этой, хотя и далеко неполной, аргументации достаточно, чтобы понять, что любые уступки Японии, какими бы благими намерениями они не объяснялись, не только не приведут к развитию добрососедских всесторонних отношений с этой страной (если бы это было так, то переживающая почти четверть-вековую экономическую стагнацию эта страна давно бы пошла на широкое развитие торгово-экономических отношений с Россией), но лишь разожгут территориальные аппетиты японских реваншистов и самым пагубным образом скажутся на авторитете Российского государства в мировом сообществе.
На этом фоне сомнительные прожекты по «совместному освоению» российских Южно-Курильских островов в условиях, когда Япония в 2009 г. решением парламента объявила их частью японской территории, представляются не только ничтожными, но и вредными с точки зрения защиты суверенитета и территориальной целостности нашего государства. Острова наши, и дело чести россиян самим решить все проблемы с развитием этой исконной части территории Отечества.
1. Нихон-но боэй. Боэй хакусё (Оборона Японии. Белая книга по обороне). Токио, 1981. С. 70.
2. См.: http://www.jda.go.jp./jasdf/asdf/mission.htm. 2002. January 13.
3. Сёгакко сякайка тидзу тё. Токио: Тэйкоку сёин хэнсюбухэн, 1981. С. 66; Синсё кототидзу. Токио: Тэйкоку сёин хэнсюбухэн, 1980. С. 50.
4. Nippon – Нихон дзэнтидзу. Tokyo: Shobunsya Publications, Ins., 1997.
5. Teikoku’s Complete Atlas of Japan. Tokyo: Teikoku-Shoin Co., Ltd., 1982.
6. Банью хякка дайдзитэн. Нихон дайтидзу. Токио, 1979. С. 156.
7. См.: Япония отдаст Курилы под военные базы США / www.dni.ru. 2017 . 14 февраля.
8. См.: Советская Россия. 2017. 15 апреля.
9. См.: Боэй хакусё (Белая книга по обороне). Токио, 1983. С. 7.
10. Гундзи кэнкю. 1987. № 10. С. 29-30.
Вячеслав Зимонин – доктор исторических наук, профессор, директор Института проблем безопасности и развития Евразии, капитан I ранга, специально для Экспертной трибуны “Реалист”
