Yandex Zen Подписывайтесь на нашу страницу в Facebook

Год «желтым жилетам» во Франции: закат движения или временная передышка

Париж, 21.11.2019, 23:25

Само течение юбилейных акций продемонстрировало как полную деградацию некогда многообещающего движения, так и то, что сегодня власти и правоохранительные органы на порядок превосходят оппозиционеров, подчеркнул Евгений Ворожцов

Фото: AFP

В минувшие выходные французское движение «желтых жилетов» отметило юбилей. Год своего существования. Для уличного протестного движения один год – это большой срок. Как справили первый «день рождения» желтые жилеты и каковы его итоги?

В субботу, 16 ноября с.г., по данным министерства внутренних дел Франции на улицы страны вышло 28 тыс. протестующих, в том числе 4 700 в Париже. Были и задержания. 254 человека по стране, из них 173 в столице.

«Желтый счетчик» насчитал 39,5 тыс. демонстрантов по всей стране. Цифры для жилетов удручающие. Напомню, что в первый день выступлений, ровно год назад, в массовых акциях участвовало порядка 300 тыс. человек, и тогда движение явно имело перспективу развития.

Для Французской Республики, с ее давними традициями массовых уличных выступлений, такие мероприятия, как «Акт 53» сложно даже назвать по-настоящему массовыми.

Само течение юбилейных акций убедительно продемонстрировало как полную деградацию некогда многообещающего движения, так и то, что сегодня власти и правоохранительные органы на порядок превосходят оппозиционеров.

В Париже жилетам согласовали акцию на Площади Италии (Place d’Italie). Это место оказалось одновременно и ловушкой, и провокацией, и издевательством. Кое-кто рассказывает в России, что во Франции якобы можно митинговать где и когда угодно...

Прежде всего, Площадь Италии находится на противоположном конце города от излюбленных мест протеста «угнетенных против угнетателей» – фешенебельных кварталов вокруг Елисейских полей.

Во избежание эксцессов, правоохранители максимально прикрыли Елисейские поля и престижные округа правого берега, сосредоточили там резервы, имея ввиду максимально быстро купировать возможные попытки несанкционированного сбора протестующих в неположенном месте.

Так же на этот счет тщательно отслеживались социальные сети «жилетов». Так что если вдруг и раздавался клич собраться где-то, то полиция там готова была оказаться раньше протестующих.

Здесь главной целью правоохранителей был не столько разгон и задержание несогласных, сколько локализация протеста: не дать людям собраться в сколько-нибудь значительных количествах и реализовать свои запланированные акции.

Сама Place d’Italie, которая была согласована для митинга, оказалась со всех сторон блокирована полицией и жандармерией. Доступ и выход с площади были достаточно затрудненными.

При этом само место фактически было приглашением к массовым беспорядкам, так как площадь в настоящее время находится на капитальной реконструкции, и, следовательно, завалена строительными материалами (по Парижским меркам).

Владимир Ворожцов: "Желтые жилеты" удерживают протесты благодаря наступательной позицииВ пропитанном дымом и слезоточивым газом парижском воздухе витает "дух" Франсуа Фийона

Увидев такое «роскошество», радикалы с присущей им радостью воспользовались предоставленными возможностями, и вскоре начались столкновения с полицией, включающие в себя поджоги строительного мусора и всего, что может гореть, закидывание правоохранителей камнями и тому подобное.

О том, что это не только не явилось сюрпризом, а было ожидаемо и даже желательно властями, говорит ряд факторов, в том числе и само дальнейшее течение событий.

Мэр XIII округа Парижа, уже после событий, многократно подтвердил, что муниципальные власти изначально были против выбранного места, так как площадь находится в состоянии реновации, не приспособлена в таком состоянии для проведения массовых акций, что обеспечение безопасности участников будет затруднено, о чем неоднократно и было просигнализировано в префектуру полиции.

Вокруг площади заранее были сконцентрированы части полиции и жандармерии, специально подготовленные для борьбы с массовыми беспорядками. При этом большинство выходов с площади было заблокировано.

Для французской практики проведения массовых акций это редкость. Согласно традиционной методики правоохранители перекрывают только направления движения в сторону значимых административных учреждений.

Здесь же был, по сути, заранее был оставлен только один коридор выхода, а манифестанты с самого начала оказались в кольце. После начала столкновений Префект полиции довольно оперативно принял решение о запрете митинга. Это вообще очень редкое, даже исключительное решение для французской полиции.

Оно требует особой, жестко регламентированной процедуры. Кроме того, такие решения зачастую могут быть уязвимы как с политической точки зрения, так и со стороны общественного мнения. К ним полицейские стараются не прибегать никогда.

Правоохранительные органы либо заранее запретят проведение акции «по соображению безопасности», либо уж будут стоять против протестующих, выдерживая с их стороны камни и оскорбления. Разогнать разрешенный митинг – дело для них очень редкое и неоднозначное.

Кроме того, считаю в принципе практически невероятным принятие такого решения без предварительного согласования с самыми высокими политическими кругами страны.

С моей точки зрения, это было заранее подготовленное, продуманное и согласованное со всеми возможными и невозможными инстанциями решение штаба сил правопорядка.

Итак, манифестанты были приглашены на площадь, которая, с одной стороны, была в достаточной мере наполнена залежами стройматериалов для активного нападения на полицию, а с другой – была заранее окружена превосходящими силами спецподразделений.

Владимир Ворожцов: "Жёлтые жилеты" вошли в клинч с полицией ФранцииРаспространение "Жёлтых жилетов" на всю Европу может придать движению новое дыхание

Активисты сопротивления с радостью воспользовались щедрым «приглашением» и занялись традиционным разогревом ситуации.

Полиция дожидается «красивой картинки», после чего запрещает митинг и требует прекратить мероприятие. Демонстранты, естественно, не торопятся расходятся, тогда площадь буквально закидывается газовыми гранатами со всех сторон и превращается в огромное газовое облако.

После этого, естественно, первыми с площади побежали «мирные» митингующие, а также моральные лидеры протеста. Затем постепенно рассосались и ультрас.

«Вишенкой на торте» послужило то, что в процессе всех этих событий пострадал памятник герою Второй мировой войны маршалу Альфонсу Жуэну (Juin). Для французов маршал очень знаковая фигура. Под его руководством в 1943-1944 годах французские войска из числа сторонников Де Голля одержали ряд побед над немцами в рамках операций союзников на территории Италии.

Фактически, только благодаря ему французы могут ссылаться на то, что они тоже держава-победительница фашизма, и даже могут предъявить конкретные победы в сражениях.

Естественно, уважение к памяти маршала является частью национального самосознания французского общества. Поэтому повреждение монумента вызвало резкую критику от представителей всех частей политического спектра. Таким образом, заранее подготовленная ловушка сработала на все 100%.

Власти получили беспроигрышные поводы, чтобы снова и снова маргинализировать протестное движение, продолжая процесс его сепарации.

От «жилетов» и их акций активно продолжают дистанцироваться те, кто не готов на бесцельное насилие, или просто не готов оказаться в облаке газа.

Представители властей всех уровней в своих выступлениях всячески подчеркивали, что противостоящая им сторона, это не политически активные граждане, а откровенные хулиганы.

Министр внутренних дел Кристоф Кастанер (Castaner) так и заявил: «…хулиганы, пришедшие в субботу подраться, поджигать, мешая пожарным выполнять свою работу… все те, кто остались сегодня, это люди, которыми двигают злоба, ненависть и желание беспорядков».

В том же ключе высказалась пресс-секретарь правительства Сибет Ндиайе (Ndiaye): «Движение желтых жилетов на протяжении уже ряда месяцев отравлено гангреной ультрас, людей, полагающих политическое насилие легитимным».

Евгений Ворожцов: Кто защитит Макрона от "жёлтых жилетов"?В настоящее время во Франции реально действуют 60 рот, специально предназначенных для обеспечения общественного порядка и пресечения массовых беспорядков. Штат каждой из них в среднем состоит из 120-180 человек

Результат этой политики разъединения «желтых жилетов» кроме прочего проявился в юбилейную субботу тем, что помимо митинга на Площади Италии (численностью порядка 3000 человек), в Париже прошло еще два менее многочисленных шествия тоже желтых жилетов, но немножко других.

То есть, вроде бы единое движение даже для участия в юбилейной акции не смогло выступить единым фронтом. В провинции акции «желтых жилетов» также не смогли предложить ничего значительного.

Так, в Марселе собралось около 1 тыс. человек, попытались без особого энтузиазма атаковать полицию, получили в ответ газ и постепенно рассосались. В Лионе произошло примерно тоже самое.

Ни массовости, ни накала противостояния, ни осмысленных действий нигде продемонстрировать не удалось.

Что уж говорить, если на акцию памяти первой жертвы противостояния (всего за время протестов погибло 11 человек) пришло всего 80 сторонников «жилетов».

Да, конечно, погибшая год назад Шанталь Мазэ не может в полной мере претендовать на звание жертвы «кровавого режима» Макрона.

В тот день группа манифестантов попыталась перекрыть дорогу. К несчастью, у одного из водителей сдали нервы, и машина переехала одну из участниц. Вдобавок ко всему, впоследствии выяснилось, что водитель, - женщина, которая везла своего ребенка в больницу.

Так что Шанталь Мазэ, конечно, скорее жертва несчастного случая, чем герой сопротивления, однако столь малочисленная акция ее памяти также наглядно свидетельствует об упадке движения.

Владимир Ворожцов: "Настоящим" революциям нужна телевизионная картинкаЗачем "желтым жилетам" броневик у президентского дворца в Париже?

Итак, французские власти, выдержав первую волну активного протеста на пределе своих полицейских, политических и информационных возможностей, смогли удержать ситуацию и последовательно повели ситуацию к сепарации протеста и формированию атмосферы усталости от него, сопровождая все это скоординированной информационной кампанией.

Результатов пришлось ждать в течение года.

Даже жертвы стали понемногу забываться: тем более, что в странах Латинской Америки за месяц, во время идущих сейчас протестов, гибнет в три- етыре раза больше манифестантов, чем за год во Франции...

Сегодня очевидно, что движение «желтых жилетов» постепенно затихает, его активно и успешно маргинализируют.

Но причины возникновения столь самобытной формы массового и объективно детерминированного протеста сотен тысяч французов за этот год так никто не устранил.

Закат или временная остановка?

Вот вопрос, который требует дополнительного осмысления.

 

Владимир Ворожцов – российский государственный деятель, генерал-майор внутренней службы в отставке

Евгений Ворожцов – адвокат Межреспубликанской коллегии адвокатов, выпускник Высшей школы комиссаров французской полиции

Çàãðóçêà...