Yandex Zen Подписывайтесь на нашу страницу в Facebook

Память об освобождении Освенцима: убогая месть делает Польшу оврагом на краю Европы

Москва, 17.01.2020, 15:04

Освобождение Освенцима именно советскими солдатами при всем желании не дискуссионный вопрос – отменить этот факт невозможно по определению, напоминает историк Борис Якеменко

27 января 1945 года солдаты Красной Армии освободили узников Освенцима

Решение польских властей не приглашать Россию на 75-летие освобождения Освенцима странно, если не сказать, противоестественно во всех отношениях. И дело даже не в том, что освобождение Освенцима именно советскими солдатами при всем желании не дискуссионный вопрос – отменить этот факт невозможно по определению. И не в том, что былая Речь Посполитная имперскость нарывает (сегодня вообще бывшая имперскость проснулась во многих – в Турции и Великобритании, например), а Освенцим лишь повод к запоздалой, бедной мести.

Дело в том, что сведение счетов как бывшими союзниками в войне, так и противниками противоречит общеевропейским тенденциям, разворачивающимся в европейском интеллектуальном, социальном и политическом пространстве. Сегодня приобретают особую актуальность споры по поводу исторической памяти и ее форм (например, работы Алейды Ассман). В ходе этих дискуссий исследователями было констатировано, что нынешняя переломная эпоха маркирована, в частности, сменой мемориальных паттернов. Эта смена выражается в том, что эпоха национальной памяти, начавшаяся в 1960-х годах, когда основной опорной фигурой памяти был Герой, действующий в национальных рамках, вытесняется временем космополитической памяти, главной фигурой которой становится вненациональная Жертва, существующая в пространстве, не ограниченном ни национальными, ни культурными, ни религиозными рамками.

Великопольский суицид: Варшава помогла Гитлеру поджечь фитиль Второй мировой войныПолковник Виктор Стариков напоминает читателям ИА «Реалист», что 25 сентября 1938 года польский посол во Франции Ю. Лукасевич заявил американскому коллеге У. Буллиту следующее: «В случае оказания Советским Союзом помощи Чехословакии, Польша готова к войне с СССР плечом к плечу с Германией. Польское правительство уверено в том, что в течении трех месяцев русские войска будут полностью разгромлены, и Россия не будет более представлять собой даже подобия государства».

Если первая направляет процессы, формирующие память, «сверху» и с помощью социальных и политических институтов создает пространство памяти и фигуру Героя, то вторая ориентирована на восходящие «снизу» голоса Жертв, голоса, из которых складывается ткань памяти. И если фигура Героя закрывает прошлое, то фигура Жертвы открывает будущее, если Герой вступал в конфликт с виновником случившейся трагедии, то Жертва ищет с ним компромисса, который основывается на взаимном признании истории «другого».

На место зверств, которые пережили узники нацистских лагерей, после ухода всех непосредственных свидетелей трагедии приходит способность к рефлексии по поводу зверств и обмен воспоминаниями жертв и преступников. Как способность к рефлексии, так и обмен воспоминаниями стимулирует память об общем прошлом.

Кто на самом деле развязал Вторую мировую войну?Историк Владимир Ружанский напоминает читателям ИА «Реалист» - первыми, кто занялись вопросом о виновниках начала Второй мировой войны, были британские историки, которые вслед за Уинстоном Черчиллем, еще в сороковых годах прошлого века вынесли вердикт: в развязывании войны виноват Невилл Чемберлен и его правительство, проводившие политику умиротворения нацистской Германии.

Данная трансформация связана с тем, что сегодня в Европе в результате глобализационных процессов все большее число людей перестает определять себя только через принадлежность к определенной нации или этносу. В этих условиях закономерно возникает несколько вопросов. В каких формах будет происходить осознание произошедшего, сохраняется ли у нынешних поколений возможность объективно судить о событиях, к которым эти поколения не имеют прямого отношения? В чем социальный и политический смысл новой культуры памяти? Возможно ли в новых условиях объективно судить о произошедшем и какова степень этой объективности?

Дать совместные ответы на эти вопросы исключительно важно. Осознать вместе, что в Освенциме находилась громадная, не имевшая аналогов в истории, Жертва, в нем гибла Европа, необходимо. Чтобы объединиться вокруг этой Жертвы. А выяснение отношений, подростковые обиды, убогая месть делают Польшу оврагом на краю Европы, из которого сверкает мстительная улыбка. Зачем ей это? Не понимаю.

 

Борис Якеменко – историк, заместитель директора Центра исторической экспертизы при РУДН

Çàãðóçêà...