ИА “Реалист” публикует часть обращения Руслана Панкратова к президенту страны Раймонду Вейонису:
“Русскоязычные жители Латвии выражают обеспокоенность и опасения, связанные с будущем позором Латвии на международной арене, как государства пропагандирующие ярый национализм и гнусную идеологию латышского неофашизма. Такое превосходство одной нации, над 146 другими национальностями, проживающими на территории современной Латвии, способствует неконтролируемому увеличению напряжения внутри страны на межэтнической основе. Просим вас не провозглашать данный закон, до проведения международной юридической экспертизы. Правозащитное сообщество Латвии считает, что новые поправки к закону являются откровенно дискриминационным и грубо нарушают принцип равноправия по национальному и языковому признакам, что является явным нарушением ст.14 применительно к ст.6 п.1 и ст.8 ЕКПЧ. Так же считаем, что Латвийская Республика как высокая договаривающаяся сторона, взявшая на себя обязательства по соблюдению Всеобщей декларации прав человека (принятой на третьей сессии Генеральной Ассамблеи ООН резолюцией 217 А (III) от 10 декабря 1948г.) и Европейской конвенции «О защите прав человека и основных свобод» (принятой 4 ноября 1950 г. в Риме), грубо нарушила указанные международные правовые нормы. Права на национальную идентификацию в ЕС гарантировано статьей 8 ЕКПЧ, статьей 17 Международного пакта о гражданских и политических правах”.
О текущем положении русского населения в Латвии и ситуации с русским языком ИА “Реалист” рассказал политик, руководитель международной правозащитной НКО “Верните наши имена” Руслан Панкратов:
“Министерство образования и науки ЛР и стоящие за её спиной националистические партии утверждают, что это является соизмеримым вмешательством, имеющее легитимную цель – защиты прав других граждан Латвии на свободное использование латышского языка на всей территории Латвии, и кроме того, способствует стабильности системы латышского языка. С такой мотивировкой мы категорически не согласны, считаем её незаконной, грубо нарушающей право русскоязычных на свою национальную и этническую идентичность, а также нарушающим нормы международного права. Такого рода ограничения на обучение на родном языке могут быть направлены в демократическом обществе лишь в интересах государственной и общественной безопасности, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности, или защиты прав и свобод других лиц. Следуя логике правящей латышской политической элиты, образование наших русскоязычных детей на своём родном языке должно привести как минимум к началу дикого хаоса, жестоким беспорядкам, как минимум к массовому обнищанию всех латышей, и все они от этого видимо поголовно заболеют и станут абсолютно безнравственными, ну и конечно же все их права и свободы полученные “в тяжёлой и неравной борьбе” грубо нарушатся.
Мы не оспариваем употребление латышского языка, но есть же разница – учить латышский язык или учиться на латышском языке. В государстве и вне его, наша идентификация, как нелатышей, никак не мешает и не может мешать другим гражданам Латвии употреблять латышский язык в соответствии с нормами и традициями этого языка. Мы глубоко уважаем приверженность латышей к сохранению своей культуры и традиций, но хотели бы, чтобы уважали и нашу приверженность этническому наследию. И тем более данное желание никак не может послужить оправданием к насильственному вытеснению из системы образования. Наша русская национальность и этническая принадлежность является такой же равноправной, как и латышская, и мы не считаем необходимым давать какие-либо преимущества, поскольку такое преимущество носит для нас явный дискриминационный характер.
Насильственная ассимиляция разрушает нашу связь с родителями и предками и является незаконным вмешательством государства. Такое вмешательство для нас является унизительным, и мы полагаем имеет лишь одну цель – нарушить нашу историческую связь с своим народом и нашими семьями, нашими предками и нашим этносом. Это обстоятельство является самым грубым нарушением ст.8 ЕКПЧ. Статья № 114 Конституции ЛР определение “нацменьшинство” не выделяет какую-либо проживающую в Латвии национальную идентичность, а является как бы противопоставлением тем лицам, родной язык для которых латышский, не соответствует нормам международного права и Рамочной конвенции о защите нацменьшинств от 1 февраля 1995 года. Данный вывод доказывает, что мы являемся жертвами явной дискриминации, и это является нарушением ст.14 применительно к ст.6 п.1 и ст.8 ЕКПЧ. Рамочная конвенция о защите нацменьшинств вступила в силу на территории Латвии 1 июня 2005 года, а законы Латвии до сих пор не приведены в соответствие с указанной международной нормой права. Отсутствие таких норм в правовой системе Латвии свидетельствует о неисполнении международного обязательства и тем более никак не может служить правовым основанием в базисном цементировании неофашизма по отношению к русскоязычным соотечественникам.
Русский язык в Латвии является вторым по распространенности, родным его считает 37,1 % жителей страны. 27 июня 1997 года Латвия присоединилась к Европейской Конвенции по защите прав человека и основных свобод и, таким образом, обязалась признавать приоритет европейских норм над национальным законодательством. Руководство ЕС в Брюсселе никак не отреагировала на введение явно неонацистских норм. Изменения в законодательство об образовании вступают в силу уже с 1 января 2019 года”.
Руслан Панкратов – политик, руководитель международной правозащитной НКО “Верните наши имена”, депутат Рижской Думы (2009-2017), специально для ИА “Реалист”
