Россия останется лидером по экспорту зерна, заявил вице-премьер РФ Аркадий Дворкович. «Возможность наращивать экспорт у нас есть, у нас есть определенные планы и по увеличению урожайности за счет селекции и мелиорации, увеличения сейчас еще нераспаханных земель. Думаю, мы в любом случае выйдем опять на первое место. А в конкретном году, конечно, могут быть колебания, может, чуть меньше, чуть больше», – отметил он.
О положении дел в российском сельском хозяйстве Экспертной трибуне «Реалист» рассказал доктор экономических наук Михаил Делягин:
«То, что Россия, которая со времен Никиты Хрущева закупала зерно, уже довольно давно его экспортирует, — известие хорошее. Стоит помнить, что, когда наша страна начала его закупать Уинстон Черчилль сказал: «Я думал, что умру от старости, – а теперь умру от смеха».
Однако сегодняшний экспорт зерна – всего лишь импорт мяса. В Советском Союзе мы сами удовлетворяли свои потребности в нем, – и, поскольку корма имеют в своей основе зерно, нам его не хватало. Сейчас, если бы мы развили животноводство (даже если на основе современных технологий, которые требуют не одной тонны зерна на человека, как это было в Советском Союзе, а 800 килограммов зерна), – нам бы пришлось его импортировать.
Таким образом, экспорт зерна – проявление неэффективности нашего животноводства, не говоря о недостаточном развитии его переработки внутри страны.
Что касается качества, то Россия в основном производит зерно четвертого класса, которое используют в пищу лишь при добавлении «улучшителя» – зерна третьего класса. В чистом виде зерно четвертого класса используют в качестве фуражного. А зерна третьего класса мы производим недостаточно, – тем более это касается зерна второго и первого классов. Хотя это обычно вопрос соблюдения аграрных технологий, а не качества семян как таковых: там, где технологии не нарушают (как, например, в передовых хозяйствах Брянской области), там оно твердое.
Говорить о том, что у нас резко ухудшилось качество зерна, не стоит. Однако экспорт зерна, который мы хвалим, – это экспорт фуражного зерна. Иногда стране даже приходится докупать продовольственное зерно, чтобы добавлять его в зерно четвертого класса для употребления в пищу людям.
Нынешнее сокращение экспорта – результат зерновой войны, которую развязал против нас Реджеп Эрдоган, обиженный, что мы ему не восстановили беспошлинный импорт помидоров в Россию. Сокращением экспорта он нанес нам ущерб примерно на $1,5 млрд в год. Поскольку российское производство томатов оценивается в $500 млн, чистый ущерб, нанесенный нам Эрдоганом, – $1 млрд в год.
Вопрос состоит в том, как быстро наши производители найдут новые экспортные рынки. И государство должно им помочь в этом деле. Кроме того, Турция из нашего зерна производила муку, которую она продавала в третьи страны. Если мы начнем грамотно производить такую же муку, то сможем перехватить у турков их рынки. Для этого нужна поддержка государства в части поиска новых рынков и в части развития переработки, – так как сейчас создавать обрабатывающие производства при нынешней политике правительства РФ и дорогих кредитах крайне рискованно.
Таким образом, все зависит от государства, и разговоры Дворковича никого не должны обмануть. Вряд ли этот вице-премьер пошевелит даже мизинцем, чтобы что-то улучшить в реальном секторе. По крайней мере, подозревать его в подобном, исходя из его бэкграунда, я бы не советовал.
Сельское хозяйство действительно было локомотивом российской экономики в последние годы и развивалось довольно здорово, улучшая итоговые показатели по экономике в целом. Но в этом году развитие сельхозпроизводства остановило фактическое блокирование его кредитования, Банком России. Это блокирование осуществляется не только дороговизной кредитов (проценты по ним в разы выше инфляции и превышают рентабельность большинства отечественных производств), не только завышением рисков по кредитованию реального сектора, но и сугубо организационными технологиями.
Так, сейчас банки сплошь и рядом вынуждены переносить решения о выдаче кредита с мест в центральные офисы, которые о заемщиках не знают ничего и стремятся перестраховаться, – сначала запрашивая килотонны бессмысленных бумаг, а затем откладывая решение до того времени, когда потребность в кредите исчезает. Это причина резкого торможения роста сельхозпроизводства в 2017 году. Либеральные реформаторы во главе с Дворковичем могут праздновать победу – они сумели нанести нашему сельскому хозяйству существенный урон, лишили его роли драйвера российской экономики. Но, надеюсь, через некоторое время эта ситуация будет восстановлена, хотя для этого надо нормализовать и персональный состав правительства России».
Михаил Делягин – доктор экономических наук, директор Института проблем глобализации, специально для Экспертной трибуны «Реалист»
