ВОРКУТА (ИА Реалист). Поезд мчался на Север, в окне неспешно проносились арктические пейзажи. Снежную пустыню разрезали оранжевые лучи восходящего солнца, медленно карабкающегося по склонам Северного Урала. Всего через несколько часов оно скроется вновь: сутки коротки за Полярным кругом. Но пока пустыня утопала в расплавленном золоте его света. Свет очертил величественные синие уральские вершины, границы которых еще пару часов назад были размыты тьмой ночного неба. Мне повезло — Воркута встречала меня тёплыми красками.
Краски контрастировали со сдавливающим глотку арктическим морозом — первое, что встречает тебя на перроне. В день моего приезда было -30С. Здесь это далеко не предел, но и этого было достаточно для южанина вроде меня (южанами местные жители называют всех, кто проживает по ту сторону от Полярного круга). Здешние ураганные ветра — особая стихия. Они, точно бетонная стена, ударяют в лоб, поднимая из земли снег — острый как наждачная бумага.
Совсем скоро теплые лучи рассвета растворились в пелене серых облаков и колеях черного угольного дыма воркутинских шахт. Уголь был везде: в небе и на земле, даже снег здесь выпадает серый. Город произвел стойкое впечатление места, застывшего во времени, оно изобилует сталинскими постройками. Их стены изрезаны трещинами, местами краска отвалилась, обнажив кирпичную плоть старых фасадов. Они — последние свидетели светлых времен моногорода, многообещающего прошлого, давно ставшего удручающим настоящим. Даже в центре города проносящиеся мимо авто можно пересчитать практически по пальцам.
Всего 30 лет назад жизнь здесь била ключом. В одно мгновение угольная столица СССР превратилась в самый быстро вымирающий город современной России. В надгробную плиту советской добывающей промышленности. Но как?
Программа освоения Севера. История рассвета
Наша история начинается с центра. Над центром города возвышается старое монолитное здание угольного предприятия «Северсталь», на крыше которого сияет лозунг — «Больше угля Родине!». Когда-то Воркута была крупнейшим центром углепрома СССР. В годы Великой отечественной войны, когда Донбасские месторождения оказались под гитлеровской пятой, воркутинский уголь стал спасительным для Москвы и Ленинграда. Город на склонах Полярного Урала долгие годы был визитной карточкой Республики Коми (тогда Коми АССР). Воркута — самый восточный город континентальной Европы — притягивала людей как перспективный центр. Ключевую роль здесь сыграла эффективная программа освоения Арктики, фундамент которой был заложен Советским Союзом.
Первый камень в фундамент программы освоения ровно 100 лет назад заложил Владимир Ленин, выступив с речью: «Посмотрите на карту РСФСР! К северу идут необъятнейшие пространства, на которых уместились бы десятки культурных государств. И на всех этих пространствах царит патриархальщина, настоящая дикость. Десятки верст бездорожья отделяют деревню от железных дорог, то есть от материальной связи с культурой, с крупной промышленностью, с большим городом. Разве не преобладает везде в этих местах обломовщина и дикость?». Уже тогда государство понимало, Север — в первую очередь территория массивного геостратегического значения, население которой требует не только технического, но и культурного вектора развития. Кроме того, это — несчетные залежи полезных ископаемых, это выход к двум океанам. Это — немного немало — восточные военные рубежи, которые необходимо охранять.
Как известно, опорной точкой любой цивилизации являются города. В 1930-е годы был дан мощный импульс полномасштабной урбанизации северных просторов СССР. Огни городов озарили Арктику! Началось возведение опорных промышленных центров — моногородов — таких как Нарьян-Мар, Норильск, Воркута. Северная урбанистика представляла из себя систему городов-баз — специальных наукоемких компетенций, осуществляющих исследовательские услуги по освоению Севера, как например Норильск и Якутия, подарившие России целый ряд уникальных технологий, а также решений по строительству и обустройству городов на вечной мерзлоте. Светила новой цивилизации — великие города притягивали лучших специалистов!
Для многих стран подобное — феномен… Территория, максимально враждебная человеку, становится домом для сотен тысяч! Россия — единственная страна, чья арктическая площадь является зоной оседлой жизни, в то время как иные страны осваивают ее преимущественно вахтовым путем. И это не случайно, разница в подходе обусловлена извечной конкуренцией двух миров: рыночной и плановой экономических систем.
Капиталистическая парадигма США и Канады имела отличные от нас приоритеты в вопросе урбанизации северных земель. В условиях рынка поддержка городов в зоне экстремальных природных условий являлась экономически невыгодной стратегией. Практически повсеместно она была заменена дешевым вахтовым методом, исключавшим затраты на сооружения и обслуживание массивной городской инфраструктуры. Всё освоение зачастую ограничивалось лишь транспортировкой рабочих рук до промышленных центров, что обходилось государству куда дешевле…
В то же время в СССР градообразующее предприятие, вкупе с трудовыми лагерями, играло роль скелета, стремительно обраставшего плотью, кровью и сухожилиями из коммуникаций, логистики, поселений и полноценной городской инфраструктуры. Так и сама Воркута окружена скоплением поселений, формирующих «оболочку» градообразующего ядра — предприятия «Воркутауголь» — крупного горнодобывающего комплекса, расположенного на территории Печорского угольного бассейна. Превалирующее большинство населения моногородов, как нетрудно догадаться, непосредственно является персоналом градообразующего ядра, или как минимум занято в прилегающей к нему сфере. Уже к 1980-му году население Воркуты превысило отметку 100 тысяч. На пике экономического развития в городе функционировало 13 шахт, активно возводились новые жилые дома. Город дышал, его сердце билось, разгоняя горячую кровь цивилизации по венам холодной вечной мерзлоты.
Но биение однажды остановилось вместе с сердцем СССР…
Вымирание моногорода. История заката
Незадолго после приезда я посетили Рудник — вымерший поселок, связанный с Воркутой единственным полуразрушенным мостом и общей историей. Рудник основан в 1931-м и был первым населённым пунктом на реке Воркута. Сейчас он полностью заброшен, но бездыханные скелеты зданий напоминают о его былых временах, судя по всему эти места изобиловали богатым архитектурным ансамблем. Сейчас природа стремительно возвращает свои владения — центральный сквер, как и всё вокруг, поросло кустарником и причудливыми деревьями. Их корни врастали в бетон и дробили его изнутри. Кругом скованные льдом серые многоэтажки, из окон которых за тобой наблюдают тени пустых квартир. А в центре возвышался монументальный Дом культуры, в стенах которого больше никогда не заиграет музыка, не прозвучат голоса восторженной публики…
В России немало городов, понесших урон от кризисов прошлого. Страшнейший коллапс 1990-х стал большим гвоздем в крышку гроба для многих городов, некогда зиждившихся на горнодобывающей промышленности. Одним из этих городов, к сожалению, стала Воркута.
Кризис 1990-х повлек за собой падение добывающей промышленности, из 13 воркутинских шахт работать продолжают всего 4. С момента распада СССР население Воркуты сократилось более чем в два раза, и только по официальной статистике. С переходом к рыночной экономике угольная промышленность из источника жизни превратилась в аппарат искусственного жизнеобеспечения, изредка подающий разряды в тлеющее сердце трупа моногорода.
Воркуту можно по праву назвать «островом на континенте», город находится в отрыве от ключевых логистических центров и автодорожных коммуникаций. До города добраться не так просто, с “большой землей” его связывает лишь железная дорога и некруглогодичная автострада, о качестве которой говорить вслух не принято. Очевидно мы нуждаемся в значительной логистической артерии и в переосмыслении геополитического значения Коми-республиканского региона в целом.
Граница с Арктикой, изобилие природными ресурсами, а также наличие условий для размещения трудовых ресурсов позволят Воркуте стать крупным логистическим центром в Арктике. Развитие муниципалитета улучшит функционирование Северного транзитного коридора и ускорит темпы освоения Арктики. Выгодное геополитическое положение региона выражается не только во многочисленных месторождениях полезных ископаемых. Сенатор РК Елена Шумилова подчеркнула: «Воркута имеет все географические предпосылки для создания крупной дорожной артерии — транспортного коридора, выходящего к Северному морскому пути».
Владеешь морем — владеешь торговлей. Севморпуть — главное достояние и козырь России на мировом экономическом рынке. Он является кратчайшим торговым маршрутом между Атлантическим и Тихим океанами. Но единственной страной на планете, способной самостоятельно передвигаться по этим водам пока что является Россия, имея в своем распоряжении уникальный транспорт, венец инженерной мысли — атомные ледоколы. Они единственные, стальной панцирь которых способен раздробить вековые льды Арктики, прокладывая пути торговым судам из Азии и Европы.
Таким образом организация логистики северных районов Коми имеет не только региональное, но и федеральное значение. Это создаст предпосылки к возведению кратчайших торговых маршрутов, соединяющих Северо-западный, Центральный и Юго-западные регионы России с СМП, с портами Обской губы, Карского, Печорского и Баренцева морей.
Развитие транспортной артерии позволит обеспечить Республику новыми рабочими местами, повысит экономическое значение региона, а также поспособствует переосмыслению инвестиционного потенциала Коми, развитию малого и среднего бизнеса, туризма и прочих сфер жизни субъекта.
Параметры самодостаточного моногорода
Выстроить грамотный план устойчивого развития поможет верная расстановка приоритетов. Каковы параметры самодостаточного города? Это вопрос, которым должны задаться все мы, ответы на который ученые со всех предлагают уже не первое десятилетие. Как правило, градостроители выделяют 5 параметров, понимание которых откроет нам глаза на проблемы Воркуты.
Первый параметр — Цели и задачи города. То, как и в качестве чего город будет себя позиционировать в течении длительного периода времени. Здесь мы несомненно рискуем ошибиться в значении поставленных приоритетов. Куда более выгодным будет постановка долгоиграющих планов вместо множества узкоформатных целей. Вне всякого сомнения уголь был есть и будет градообразующим аспектом Воркуты, но город нуждается и в новых инициативных проектах как регионального, так и федерального масштаба. Город нуждается в переосмыслении своего потенциала на карте арктических коммуникаций.
Второй параметр — Планирование жизнедеятельности. Речь идет об острой необходимости диверсификации бизнеса Воркуты. Пример, на который стоит ровняться — норвежский город Тромсё, градообразующий фактор которого — морской и нефтяной промысел. Но в то же время город не обделен и универсальными видами экономической деятельности. Так и реальный потенциал Воркуты не должен ограничивается углем. Не стоит забывать, что город по совместительству является как научно-исследовательской базой, так и базой обслуживания газопровода Бованенково-Ухта.
Третий параметр банален, но от того он не менее важен — социальное программирование, подразумевающее комплексное всестороннее развитие городской среды, постройка жильем, снабжение населения трудовыми местами, объектами культуры и спорта. Данный аспект плавно перетекает в четвертый параметр самодостаточного моногорода — надёжная градостроительная основа. Важно установить приоритетные типы жилой застройки и их расположение на карте города. Многие поселки уже потеряли градостроительный потенциал, неперспективная периферия стремительно отмирает от здорового ядра. Поэтому для минимизации затрат эксперты предлагают переселять жителей импактной зоны в город, и посёлки Воргашора, Северного.
И, наконец, пятый параметр — единоначалие в планировании и управлении городским хозяйством. За один только 2015 год внешний долг Воркуты составил 1,5 млрд руб (1\4 часть от задолженностей всех муниципалитетов за жилищно-коммунальные услуги). Несомненно это можно назвать серьезным сигналом о наличии технических и организационных проблем функционирования единой городской системы, сопряженных избыточными затратами муниципалитета на содержание инфраструктуры, рассчитанной на куда большее число населения. Десятков домов-призраков, в которые уже никто не вернётся… А может вернется?
Вопрос, которым мы должны задаться — хотим ли мы, чтобы это население вернулось? Если да, то наш долг — позаботиться о том, чтобы они вернулись в город, достойный своего прошлого. Город стабильного настоящего. Город, жители которого устремлены в будущее.
Предстоит большая комплексная работа по реанимации моногорода, пересмотр приоритетов и потенциала как Воркуты, так и всей Республики Коми. Как уже было сказано ранее, ключевую роль в этом поможет сыграть ближайшие выходы к Севморпутю, налаживание межрегиональных транспортных коммуникаций. А ведь это всего один город. Сколько по всей россии разбросано таких? Забытых, холодных, серых. Очевидно — без помощи федерального центра не обойтись, но первый шаг должен сделать каждый заинтересованный республиканец.
А пока город продолжает медленно утопать во тьме полярной ночи. Все что осталось от былого величия города — тлеющие угли истории, их черный дым, небрежно царапающий низкие облака. В то время как тьма покоряет небеса, на земле власть устанавливает зима. Она хладнокровно отвоевывает подъезды, дома, улицы, кварталы… Я сидел в полупустом вокзале, дожидаясь поезда.
Уюта в атмосферу добавлял горячий напиток из ближайшей кофейни. Выбор был на удивление велик для такого скромного здания. Я как всегда: «Горячий шоколад с молоком, пожалуйста». Сделав глоток, я начал всматриваться в окно, в морозную тьму, которую разрезал холодный синий свет фонарного столба. Просто наслаждался тишиной, ее изредка нарушал стук подошвы шагавшего в соседнем зале полицейского…
Серж Мхитарян — журналист, специально для ИА Реалист
